DataLife Engine > Дифференциация уголовной ответственности > Дифференциация ответственности посредством градации типового наказания за преступления с квалифицированными и привилегированными составами -1

Дифференциация ответственности посредством градации типового наказания за преступления с квалифицированными и привилегированными составами -1


20-06-2010, 09:11. Разместил: admin

Изменение рамок санкции или дифференциация типового наказания (и тем самым уголовной ответственности)
— основная функция института квалифицирующих и привилегирующих признаков. Эти признаки изменяют пределы
ответственности в самом уголовном законе, определяя как основания изменения ответственности, так и размер такого
изменения; на этот факт давно было обращено внимание в правовой литературе2.
' Подробнее о правилах уголовно-правовой оценки преступлений с квалифицированными составами см.: Козаченко И. Я., Костарева Т. А.,
Кругли-ков Л. Л. Преступления с квалифицированными составами и их уголовно-правовая оценка. Екатеринбург, 1994.
2 См.: Уложение о наказаниях уголовных и исправительных 1885 г. Изд. 17-е. Спб., 1913. С. 159; Лекции по русскому уголовному праву,
читанные Н. С. Таганцевым. Часть Общая. Вып. 4. Спб., 1892. С. 1696.

Стр.313
Изменение рамок санкции квалифицирующими и привиле-гирующими признаками отражает изменение уровня
общественной опасности содеянного при наличии в содеянном признаков квалифицированного или
привилегированного состава преступления. Так, общественная опасность убийства, совершенного при превышении
пределов необходимой обороны, безусловно, ниже, чем убийства, совершенного при типичных обстоятельствах.
Характер общественной опасности остается стабильным в обоих случаях лишения жизни, поэтому содеянное
относится к виду преступления "убийство" как в первом, так и во втором случае. Однако степень общественной
опасности данных преступлений разнится столь сильно, что ее можно типизировать, отразить в законе,
сконструировав новую санкцию.
Отсюда очевидно, что санкции, соответствующие квалифицированным и привилегированным составам
преступлений, должны базироваться на санкциях, соответствующих основным составам преступлений. Без основной,
базовой санкции нечего изменять, варьировать.
Не подлежит сомнению, что санкции, соответствующие квалифицированным и привилегированным составам
преступлений, должны быть социально обусловлены и логически непротиворечивы. Любая санкция должна быть
социально справедливой. В качестве справедливой в литературе определяется "такая санкция, которая не только
соответствует тяжести описанного в законе преступного деяния, но и согласуется с санкциями, предусмотренными за
совершение других преступлений, и, кроме того, дает суду возможность индивидуализировать наказание с учетом
всех возможных вариантов совершения преступления в реальной действительности'4. Думается, такая
согласованность санкций должна включать помимо согласованности санкций отдельных видов преступлений и
санкций за преступления, относящиеся к различным категориям, еще и согласованность санкций основного и
квалифицированных (или привилегированных) составов в пределах одного вида преступления, а также санкций
квалифицированных и особо квалифицированных составов между собой.
Создание согласованной системы таких санкций предполагает, по нашему мнению: а) системный анализ
санкций, соответ-
' Келина С. Г., Кудрявцев В. Н. Указ. соч. С. 135.

Стр.314
ствующих квалифицированным и привилегированным составам преступлений; б) соотнесение названных санкций с
системой санкций, соответствующих основному составу преступления; в) выделение закономерностей, теоретических
основ и практических рекомендаций создания непротиворечивой системы санкций.
Необходимо отметить, что в теории уголовного права исследование закономерностей построения санкций имеет
не менее важное значение, чем построение диспозиций. Не следует забывать о том, что задача уголовного закона
состоит не только в том, чтобы определить, что именно наказывается. Не менее важно знать, в каком качестве и
количестве должно быть наложено наказание за соответствующее преступление. Иными словами, закон призван ус-
тановить меру, масштаб наказания, соответствующий тяжести совершенного преступления.
Однако в целом в отечественном уголовном праве санкциям за отдельные виды преступлений уделяется
несравнимо меньше внимания, чем построению соответствующих им диспозиций. Как справедливо отмечает М. И.
Ковалев, мировая уголовно-правовая наука еще не создала теорию санкций'. По существу, все теоретическое учение
Особенной части уголовного права ориентировано на анализ признаков состава преступления. Санкции же в курсе
Особенной части не анализируются. Вопросам построения санкций уделяется внимание в теории наказания, в
частности, рассматриваются проблемы конструирования санкций за преступления, оцениваемые по основному
составу2. Проблема же конструирования
' См.: Ковалев М. И. Конституция СССР как источник уголовного законодательства // Конституция СССР и дальнейшее повышение
эффективности норм уголовного права. Свердловск, 1980. С. Ю.
2 См., например: Осипов П. П. Теоретические основы построения и применения уголовно-правовых санкций. Л., 1976; Дементьев С. И.
Построение уголовно-правовых санкций в виде лишения свободы. Ростов-на-Дону, 1986;
Козаченко И. Я. Санкции за преступления против жизни и здоровья: обусловленность, структура, функции, виды. Томск, 1987; Козлов А. П.
Уго-ловно-правовые санкции (проблемы построения, классификации и измерения). Красноярск, 1989; Кригер Г. Л. Построение санкций в
новом законодательстве // Актуальные проблемы уголовного права. М., 1988. С. 112— 119; Ковалев М. И. Роль законодательной техники в
конструировании норм уголовного законодательства // Вопросы совершенствования уголовно-правовых норм на современном этапе.
Свердловск, 1986. С. 4—10;Дг/тонов В. К., Цветинович А. Л. Дополнительные наказания: теория и практика. Фрунзе, 1986; Малков В. П.
Вид и размер уголовного наказания (понятие и правовое значение) // Современное состояние преступности и реформа уголовного
законодательства. Тюмень, 1994. С. 11—26

Стр.315
санкций за преступления с квалифицированными и привилегированными составами привлекала к себе внимание в
основном лишь в плане постановки вопроса'. При этом в правовой литературе подчеркивалась необходимость
разработки и реализации в законодательной практике единых методик конструирования санкций за ква-
лифицированные составы преступлений2.
Выдвигаемые некоторыми авторами предложения по построению санкций за преступления с
квалифицированными составами выглядят небесспорными. Например, Н. И. Панов считает возможным
конструировать санкцию за квалифицированное преступление (R) по принципу линейного уравнения: R = S(l) + S(2),
где S(l) — наказание за основное преступление, a S(2) — наказание, установленное за квалифицирующий признак, в
частности в тех случаях, когда он образует отдельное преступление3. Думается, эта проблема не может быть решена
столь упрощенно. Во-первых, не всегда квалифицирующий признак образует самостоятельное преступление. Во-
вторых, при появлении квалифицирующего признака может изменяться не только размер, но и вид наказания, и в
этом случае принцип сложения неприменим. В-третьих, даже в тех редких случаях, когда выполняется первое из
упомянутых условий, а также адекватны виды наказаний по S(l) и S(2) и сумма последних не превышает
максимального размера данного вида наказания, остается открытым вопрос, что следует складывать в санкциях:
минимум S(l) с минимумом S(2) и максимум S(l) с максимумом S(2) или каким-либо другим образом. По нашему мне-
нию, предлагаемый Н. И. Пановым вариант может быть использован лишь в отдельных случаях.
Таким образом, в теории уголовного права не сформировались более или менее развернутые рекомендации по
построению санкций, соответствующих квал. фицированным и привилегиро-
' См., например: Дементьев С. И. Конструирование уголовно-правовых санкций с учетом повторности преступлений // Сов. государство и
право. 1985. №4. С. 117—120.
2 См.: Кругликов Л. Л. Квалифицирующие обстоятельства — важное средство дифференциации ответственности // XXVII съезд КПСС и
укрепление законности и правопорядка. М., 1987. С. 124—125. ^См.: Панов Н. И. Основные проблемы способа совершения преступления в
советском уголовном праве. Автореф. дисс. канд. юрид. наук. Харьков, 1987. С. 22.

Стр.316
ванным составам. Между тем потребности законодательной и пра-воприменительной практики настоятельно
требуют теоретически обоснованных прикладных исследований в данной области. Анализ действующего уголовного
законодательства свидетельствует о серьезных диспропорциях в системе санкций за преступления с
квалифицированными и привилегированными составами. На некоторые из таких диспропорций обращалось
внимание еще при подготовке УК РФ, равно как и на отсутствие системности в формировании всего массива
санкций проекта УК РФ (1994 г.)1.
Одно из первых исследований санкций, соответствующих квалифицированным составам преступлений, было
предпринято в 1988 г. В. И. Ткаченко2. Автор обоснованно отмечает непропорциональность повышения санкции
одним и тем же квалифицирующим признаком (повторность, рецидив и др.), в том числе в составах преступлений,
сходных по объекту. С. И. Дементьев отмечал непропорциональный учет в неосторожных преступлениях со сходным
родовым объектом последствий в виде гибели людей и вреда их здоровью^. На такую же непропорциональность
применительно к квалифицирующему признаку "совершение преступления вследствие ненадлежащего исполнения
лицом своих профессиональных обязанностей" в ст. 109 и 108 УК РФ 1996 г. обратила внимание В. С. Минская4. На
диспропорции в построении санкций в новом УК РФ с единым родовым объектом обращает внимание в своем дис-
сертационном исследовании Б. Г. Карганова5. Так, за основные составы преступлений "терроризм" (ст. 205 УК РФ) и
"пиратство"
* См., например: Побегаило Э. Ф. Проект Уголовного кодекса: надежды и разочарования // Вопросы уголовной ответственности и ее
дифференциации (в проекте Особенной части УК РФ). Ярославль, 1994. С. 76—77; Круг-ликов Л. Л. О структуре, санкциях и некоторых
элементах диспозиций статей Особенной части // Там же. С. 56; Кузнецова Н. Ф. О соотношении Общей и Особенной частей в проекте
Уголовного кодекса // Там же. С. 62;
Малков В. П. О системе уголовных наказаний и порядке их назначения // Проблемы уголовной ответственности и ее дифференциации (в
проекте УК РФ). Ярославль, 1994. С. 33—35.
2 См.: Ткаченко В. И. Составы преступлений с отягчающими обстоятельствами. С. 43 и след.
3 См.: Дементьев С. И. Аксиологические аспекты санкций за неосторожные преступления // Вопросы теории и практики предупреждения
преступлений. Барнаул,1986. С.87—88.
4 См.: Минская В. Дифференциация уголовной ответственности в УК РФ // Уголовное право. 1998. № 3. С. 20.
3 См.: Карганова Б. Г. Санкции за преступления против жизни и здоровья. Автореф. дисс. канд. юрид. наук. Краснодар, 1999. С. 9.

Стр.317
(ст. 227 УК РФ) установлено одинаковое наказание — лишение свободы на срок от 5 до 10 лет. Однако одно и то же
квалифицирующее обстоятельство по-разному изменило пределы санкции этих сходных по основному и единых по
дополнительному объекту преступлений. Если терроризм повлек по неосторожности смерть человека (ч. 3 ст. 205), то
следует наказание в виде лишения свободы на срок от 10 до 20 лет, а в случае наступления тех же последствий при
пиратстве (ч. 3 ст. 227) наказание в виде лишения свободы предусмотрено в размере от 10 до 15 лет. Сходные
диспропорции отмечены Б. Г. Каргановой в гл. 26 УК в составах загрязнения вод, атмосферы, морской среды и порчи
земли, квалифицированных последствиями в виде вреда здоровью'.
Еще большие рассогласования характеризовали систему санкций УК РСФСР. Такая ситуация во многом была
обусловлена тем, что категоризация преступлений не служила базой построения санкций в УК РСФСР. Так, А. Н.
Попов справедливо отмечал, что за тяжкие преступления было предусмотрено максимальное наказание как 5, так и 15
лет лишения свободы, а минимальное — как 3 месяца, так и 10 лет. По подсчетам этого исследователя, у 20% санкций
за преступления, отнесенные УК 1960 г. к тяжким, нижняя граница санкций была менее одного года лишения
свободы2. При таком подходе к построению санкций нельзя считать последовательной дифференциацию уголовной
ответственности, сложно говорить и о справедливости таких санкций.
Мы провели системный анализ санкций3 с целью определить пределы изменения типового наказания
квалифицирующими признаками, относящимися к блоку "группа лиц": "группа лиц", "группа лиц по
предварительному сговору," "организованная группа лиц".
1. В действующем законодательстве увеличение размера санкции при одном и том же квалифицирующем
признаке в разных составах происходит неравномерно: при наличии признака "группа лиц" оно осуществляется в
интервале от 1,33 до 10,5, "группа лиц по предварительному сговору" — от 1,25 до 16,5; "организованная группа" —
от 1,25 до 16,5 (см. таблицу ниже).
' См.; Карганова Б. Г. Указ. соч. С. 10—11. 2 См.: Попов А. Н. Принцип справедливости в уголовном законодательстве. С.128.
л Подсчет производился по медиане — среднему законодательному значению основного наказания в виде лишения свободы.

Кратность изменения медианы типового наказания квалифицирующими признаками блока
"группа лиц"








Стр.322
По нашему убеждению, подобные различия в степени влияния идентичных признаков неоправданны. По сути,
это означает, что одному и тому же виду группы лиц в одном случае придается исключительно большое значение
(например, надругательство над телами умерших и местами их захоронения, п. "а" ч. 2 ст. 244), при совершении же
других преступлений (например, убийство, п. "ж" ч. 2 ст. 105) типовое наказание увеличивается очень незначительно.
Представляется, что такое положение свидетельствует о резком рассогласовании системы санкций за
квалифицированные виды преступлений, кроме того, оно не соответствует законодательно провозглашенному
принципу равенства граждан. По нашему мнению, квалифицирующий признак призван влиять на типовое наказание
примерно в одинаковой степени по отношению ко всем видам преступлений.
Разумеется, установление единой степени влияния на наказание определенных квалифицирующих обстоятельств
связано с рядом трудностей, в том числе технического характера. Например, не во всех случаях можно усилить
наказание, скажем, в 5 раз, хотя бы потому, что максимальный размер определенного вида наказания ограничен. Но
есть немало норм, санкции которых позволяют увеличивать наказание в одинаковой пропорции. На первый взгляд, со
спецификой различных видов преступлений связано различное влияние на них квалифицирующих признаков'. Однако
это становится далеко не таким убедительным, если обратить внимание на существенный разрыв в степени влияния
квалифицирующего признака в пределах составов преступлений с одним родовым объектом (например, п. "а" ч. 3 ст.
161 и 162 УК РФ — признаки "организованная группа"). Тем не менее в целом санкции УК РФ за хищения
значительно более согласованы, чем в УК РСФСР 1960 г.
2. Различные квалифицирующие признаки, относящиеся к одному блоку и вследствие этого
отражающие различную степень
' Исходя из этой посылки С. И. Комарицкий утверждает, что один и тот же квалифицирующий признак не должен повышать санкции
различных видов преступлений в одинаковой пропорции (см.. Комарицкий С. И. Социальная обусловленность санкций уголовно-правовых
норм // Совершенствование уголовного законодательства и практики его применения. Красноярск, 1989. С. 94)

Стр.323
общественной опасности, приравнены законодателем по силе влияния на наказание^
Применительно к рассматриваемому блоку "группа лиц" необходимо отметить, что различные признаки,
входящие в блок (например, группа лиц по предварительному сговору и организованная группа; группа лиц и два
названных признака), нередко закрепляются в одной части статьи и, следовательно, одинаково влияют на типовое
наказание. Такая ситуация весьма распространена: п. "ж" ч. 2 ст. 105, п. "а" ч. 3 ст. 111, п. "г" ч. 2 ст. 112, п. "е" ч. 2 ст.
117, п. "б" ч. 2 ст. 131, п. "б" ч. 2 ст. 132, п. "в" ч. 2 ст. 141, ч. 2 ст. 146, ч. 2 ст. 147, п. "в" ч. 2 ст. 152, п. "а" ч. 2 ст. 164,
ч. 2 ст. 178, п. "б" ч. 2 ст. 200, ч. 2 ст. 204, п. "а" ч. 4 ст. 204, п. "а" ч. 2 ст. 213, п. "а" ч. 2 ст. 230, п. "а" ч, 2 ст. 231, п.
"а" ч. 2 ст. 244, ч. 2 ст. 245, ч. 3 ст. 256, ч. 3 ст. 258, п. "б" ч. 3 ст. 287, п. "а" ч. 4 ст. 290, п. "а" ч. 2 ст. 313, ч. 2 ст. 322,
ч. 2 ст. 326, ч. 2 ст. 332, п. "а" ч. 2 ст. 333, п. "а" ч. 2 ст. 334, п. "в" ч. 2 ст.335, ч. 2 ст. 338.
По нашему убеждению, квалифицирующие признаки, отражающие существенно различный уровень
общественной опасности, должны влечь различное изменение типового наказания. С этой точки зрения
представляется более удачной конструкция, используемая, например, в ст. 159 УК РФ. В п. "а" ч. 2 этой статьи
закреплен признак "группа лиц по предварительному сговору", повышающий медиану наказания в виде лишения
свободы в 2,29 раза, а в п. "а" ч. 3 той же статьи — признак "организованная группа", который повышает типовое
наказание уже в 4,29 раза.
3. Прослеживаются диспропорции в минимальных и максимальных значениях влияния на наказание
определенных квалифицирующих признаков. И максимально высоким (16,5 раза), и минимально низким (1,25 раза)
влиянием на медиану грозящего наказания обладают в одинаковой мере признаки "группа лиц по предварительному
сговору" и "организованная группа", в то время как признак "группа лиц" обладает большим минимумом и меньшим
максимумом.
4. Не прослеживается какой-либо закономерности при сравнении средних значений влияния на наказание
указанных призна-
' О неудачности такого решения см., например Дементьев С. И. Построение уголовно-правовых санкций в виде лишения свободы С 102—
103, 105, 107, Проценко В. П. Указ соч. С. 16.

Стр.324
ков. Так, самой большой степенью влияния обоснованно обладает признак "организованная группа лиц", между тем
наименьшее среднее влияние приходится на долю признака "группа лиц по предварительному сговору", а не признака
"группа лиц".
Представляется необходимым увеличивать степень влияния на типовое наказание по мере
увеличения степени общественной опасности содеянного ("группа лиц" — "организованная группа").
5. Для действующего уголовного закона характерны существенные диспропорции при выборе типа
санкции, вида и границ наказания за преступления с квалифицированными составами. В частности, в
отношении влияния квалифицирующих признаков на изменение типа санкции прослеживается тенденция
перехода от альтернативной к неальтернативной и от простой к кумулятивной санкциям при
введении в состав квалифицирующего признака. Например, санкции меняются от альтернативной к неаль-
тернативной в ч. 1—3 ст. 158, 159, 160, 161, 162, 163 и др.
Как правило, такое решение теоретически верно: исключая из санкции за квалифицированный вид преступления
более мягкие виды наказания, законодатель тем самым ужесточает репрессию.
Но в некоторых случаях сужение выбора вида наказания при движении от альтернативной к неальтернативной
санкции не обусловлено спецификой квалифицированного состава, например, когда имеются оценочные
квалифицирующие признаки. Так, в санкции ч. 1 ст. 274 УК РФ в качестве альтернативы установлены такие
наказания, как "лишение права", обязательные работы и ограничение свободы, а в санкции ч. 2 той же статьи
безальтернативно предусмотрено лишение свободы. Между тем диспозиция ч. 2 ст. 274 УК РФ содержит оценочный
квалифицирующий признак "тяжкие последствия", который теоретически не должен сужать ни рамки санкции, ни
набор видов наказания.
По нашему мнению, нельзя признать удачным и такое решение законодателя, исключив более мягкие виды
наказания, он предусматривает возможность назначения более тяжкого вида наказания, равного по размеру наказанию
за неквалифицированный вид преступления. Так, санкция ч. 1 ст. 112 УК РФ содержит типовое наказание в виде
ареста или лишения свободы на срок до трех лет. А санкция ч. 2 той же статьи безальтернативно предусматри-

Стр.325
вает наказание в виде лишения свободы на срок до пяти лет. Таким образом, и за простой, и за квалифицированный
виды умышленного причинения средней тяжести вреда здоровью может быть назначено наказание, скажем, в виде
лишения свободы на срок два года (причем без применения нормы о назначении наказания ниже низшего предела). В
данном случае, а также во всех сходных отказ законодателя от альтернативной санкции с целью усилить репрессию
компенсируется широкими границами, и в особенности низким минимумом санкции. Думается, квалифицирующие
признаки должны, как правило, изменять и верхний, и низший пределы типового наказания. С этих позиций
заслуживает внимания суждение Г. Л. Кригер, предлагавшей устанавливать минимальные пределы лишения свободы
в санкциях Особенной части. Она писала: "Построение санкций с указанием лишь на верхний предел лишения
свободы допустимо только по преступлениям, не представляющим большой общественной опасности, так как иначе
будет стираться грань между категориями преступных деяний'4.
Что касается тенденции изменения санкции с простой на кумулятивную при введении в состав
квалифицирующего признака, то она заслуживает одобрения. В самом деле, дополнительные наказания обладают
всеми признаками уголовного наказания, в том числе предусматривают определенную кару, усиливают неблаго-
приятные уголовно-правовые последствия для осужденного. Очевидно, что введение в санкцию статьи одного или
двух факультативных или обязательных дополнительных наказаний, изменение статуса дополнительного наказания с
факультативного на обязательный могут быть произведены лишь в случае необходимости усиления уголовной
репрессии. Думается, одним из таких случаев является образование квалифицированного состава преступления, сви-
детельствующего о значительном изменении степени общественной опасности содеянного. Именно поэтому
представляется оправданным активное использование дополнительных наказаний в процессе конструирования
санкций за преступления с квалифицированными составами. Примерами таких конструкций могут служить санкции ч.
1—3 ст. 161 У К РФ. В санкции ч. 1 этой статьи альтернативно
' Кригер Г. Л. Построение санкций в новом уголовном законодательстве // Актуальные проблемы уголовного права. М., 1988. С. 116

Стр.326
предусмотрены основные виды наказания в виде исправительных работ, ареста и лишения свободы. В санкции ч. 2
той же статьи безальтернативный основной вид наказания в виде лишения свободы сочетается с дополнительным
обязательным наказанием в виде штрафа, а в санкции ч. 3 той же статьи — с обязательным дополнительным
наказанием в виде конфискации имущества.
Новый УК РФ более активно использует дополнительные наказания, в том числе для дифференциации
ответственности. При этом практически в равной степени сочетаются "американский" и "французский" варианты
построения санкций. Так, для уголовного права Франции типичны санкции с дополнительными наказаниями
(например, лишение свободы со штрафом), а для уголовного права США характерны альтернативно названные ос-
новные наказания (например, лишение свободы или штраф). Думается, "американский" тип санкции более подходит
для основных составов преступлений небольшой тяжести, а "французский" вариант — удачное решение для
квалифицированных составов преступлений. При этом дополнительное наказание может вводиться в виде
факультативного (например, в санкции за квалифицированный состав) и в виде обязательного (в санкции за особо
квалифицированный состав). Такое решение позволяет детально дифференцировать уголовную ответственность с
помощью дополнительных наказаний.
К сожалению, несмотря на значительное расширение и упорядочение системы дополнительных наказаний в
новом УК РФ, их регламентация все же далека от совершенства. Необходимы теоретическое осмысление данного
вопроса и выработка конкретных рекомендаций законодателю, касающихся целесообразности введения в санкцию
дополнительного наказания, выбора его вида, определения размера, статуса (обязательное, факультативное). Это
могло бы, по нашему мнению, помочь избежать большинства разночтений, существующих ныне в кумулятивных
санкциях за квалифицированные виды преступлений.
Подлежит осмыслению и вопрос о признании за конфискацией статуса не только дополнительного, но и
основного наказания'.
' См Щерба С. П., Фистин А. Н., Болотский Б. С. Проект Общей части Уголовного кодекса как современная система уголовно-правовых
категорий, норм и институтов // Проблемы уголовной ответственности и ее дифференциации (в проекте УК РФ). Ярославль, 1994. С. 63.

Стр.327
Это наказание по своей репрессивной силе не уступает штрафу или исправительным работам, признанным основными
видами наказаний, и может дополнить арсенал "предпосылок" более детальной дифференциации уголовной
ответственности.
6. При изменении вида (набора видов) типового наказания при введении в состав квалифицирующего признака,
как правило, невозможно альтернативно применить менее суровый вид наказания. Например, в санкции за простой
вид мошенничества (ч. 1 ст. 159 УК РФ) альтернативно предусмотрены наказания в виде штрафа, обязательных работ,
исправительных работ, ареста или лишения свободы. В санкции ч. 2 той же статьи набор наказаний сужен с пяти до
двух основных (штраф либо лишение свободы) и одного дополнительного (штраф дополнительно к лишению
свободы). Наконец, в ч. 3 статьи предусмотрен лишь один основной вид наказания (лишение свободы) и один
дополнительный (конфискация имущества). Таким образом, здесь законодатель применил схему сужения набора
видов основного наказания без введения новых видов.