Сегодня
НАВИГАЦИЯ:
ЮРИДИЧЕСКОЕ НАСЛЕДИЕ:
РАЗНОЕ:
РЕКЛАМА:
АРХИВ НОВОСТЕЙ:
Понятие вины и ее форм в уголовном праве. -1
 (голосов: 0)
  Субъективное вменение и его значение в уголовном п | Автор: admin | 21-06-2010, 16:25
Вина является основной составляющей частью психического при совершении преступления. Значение вины многоаспектно, как в эти-мологическом, так и в функциональном плане. В юридической лите-ратуре была правильно подмечена этимологическая полисемия слова "вина". Это поступок, долг, штраф и т.д.3 Анализ научной литерату-
' Там же, с. - 15
2 Маркс К., Энгельс Ф. Соч., т.39, с. - 84
3 См.: Савинов В.Н., Молодцов А.Е., Благов Е.В. О категориях вины и ^новности в уголовном праве и процессе. В кн.: Вопросы взаимосвязи УГОЛОВНОГО права и процесса. Калинин, 1988, с. - 49

ры по проблемам вины, действующего законодательства показывав многофункциональное назначение данной категории.
Так, в У К РФ законодатель под виной понимает не только инсти¬тут уголовного права - глава 5, но и отождествляет ее с субъективным вменением (этот вывод можно сделать из ч.2 ст.5 У К РФ). Кроме того он рассматривает вину как непременное условие уголовной ответствен-ности за совершение общественно опасного деяния (ч. 1 ст.5 УК), вы-деляет ее как принцип уголовного права (название ст.5 У К) и называ¬ет ее одним из основных признаков в понятии преступления (ч. 1 ст. 14 УК РФ).
Еще более обширное функциональное назначение вины дается в науке уголовного права. Прежде всего вина рассматривается как си-ноним субъективной стороны состава преступления. Об этом свиде-тельствует само название некоторых научных работ' или это вытека¬ет из контекста рассуждений ученых2. Высказывается и противопо¬ложная позиция. Так, например, Т.Г.Шавгулидзе отмечает, что вина не исчерпывает всей субъективной стороны состава преступления и их нельзя отождествлять.3 В некоторых исследованиях акцент сделан на этическое предназначение вины, что вина это моральный, нрав-ственный упрек личности за содеянное им.4 Достаточно часто в науч-ных работах вина рассматривается как субъективное основание рет-роспективной уголовной ответственности, то есть то, что противопо-
' См.: Лекшас И. Вина как субъективная сторона преступного деяния. М.:
Госюриздат, 1958
2 См.: Петелин Б. Вина как объект доказывания. Сов. Юстиция, 1982, №12, с.- 18
3 См.: Шавгулидзе Т.Г. Уголовно-правовое значение аффекта. М.: МГУ, 1974, с. - 18. Многие ученые отмечали, что вина лишь один из признаков субъективной стороны. См., например, Петелин Б.Я. О криминалистической теории установления вины. Гос. Право, 1993, №5, с. - 113
4 См.: Кузнецова Н.Ф., Вельцель Л. Уголовное право ФРГ. МГУ, 1980, с. - 81; Коган В.М. Правосознание и уголовный закон. Сов. гос. Право, 1983, №12, с. - 71. Еще П.П.Пусторослев, имея ввиду этот аспект вины, писал, что вина лица заключается не в том, что он имел выбор поведения, а в том, что являясь разумным человеком, увлеченный чувством или напряжением. легкомыслием и т.д., причинил вред человеческому благу. См.: Пусторослгв П.П. Русское уголовное право. Общая часть. Юрьев, 1907, с. - 315

ложно по своей сути позитивной ответственности.' Эта позиция ухо¬дит своими корнями еще в дореволюционное право России. Так, на¬пример, С.Г.Фельдштейн основное предназначение вины видел в ка¬честве критерия назначения наказания.2 Этот вывод сторонниками данного понимания вины делается на том основании, что в процессе совершения преступления социально-психологический механизм вос¬приятия действительности личности отражает не только норматив¬ные требования, которые предъявляет общество к поведению (в том числе и преступному), но и те правовые последствия, которые могут наступить для этой личности.3 В некоторых работах вина представ¬ляется как регулятор преступного поведения.4 Порой она отождеств¬ляется с причастностью ".. .личности к противоправному поведению и его последствиям" ,5 Распространенной является трактовка вины как психического отношения к совершаемому преступлению6 или психи-ческую оценку поведения7. Понималась и понимается вина и как при-
' Кудрявцев В.Н. Субъективные элементы ответственности. В кн.: Вопросы борьбы с преступностью. М., 1981, №34, с. - 5-6; Петров В.В. Экологические преступления: понятие и составы. Государство и право, 1993, №8, с. - 91-92;
Пионтковский А.А. Учение о преступлении по советскому уголовному праву. М., 1961, с. - 306, 308; Чугаев А.П. О проекте УК России. Государство и право, 1992, №6, с. - 90; Церетели Т.В. Основания уголовной ответственности и понятие преступления. Правоведение, 1980, №2, с. - 85-86
2 См.: Фельдштейн С.Г. Психологические основы и юридические конструкции форм виновности в уголовном праве. М., 1903, с. - 35
3 См.: Козаченко И.Я. Личностный аспект уголовной ответственности. В кн.: Актуальные проблемы правовой защиты личности в уголовном судопроизводстве. Ярославль, ) 990, с. - 94
4 См.: Миньковский М.Г., Петелин Б.Я. О понятии вины и проблемах ее доказывания. Государство и право, 1992, №5, с. - 61
5 Еникеев М.И. Психолого-юридическая сущность вины. Сов. гос. право, '989. №12, с.-79
'См.: Брайнин Я.М. Уголовная ответственность и ее основания в советском УГОЛОВНОМ праве. М.: Юридлит., 1963, с. - 263; Дагель П.С. Проблемы вины в воветском уголовном праве. Автореф. дисс. на соиск. уч. ст. докт. юрид. наук. Ленинград, 1969, с. - 9. Лейкина Н.С. Личность преступника и уголовная "тветственность. Автореф. дисс. на соиск. уч. ст. докт. юрид. наук. Ленинград, \9^, с. - 25; Дагель П.С., Котов Д.П. Субъективная сторона преступления и ее восстановление. Воронеж, 1974, с. - 58
7 Ойгензихт В.А. Воля и вина в гражданском праве. Сов. гос. право, 1982. -Не.-51

знак преступления." Данное теоретическое положение нашло отраже-ние в действующем уголовном кодексе России. И хотя в ранее дей-ствующем законодательстве признак виновности не указывался при определении преступления он всегда подразумевался и его всегда ука-зывали как теоретики, так и практики. В значительной части науч¬ных трудов вина трактуется многоаспектно, в них, по сути дела, ука-зываются почти все вышеперечисленные характеристики вины или большинство из них.2
Имеются и другие определения вины.3 Некоторые ученые в одном научном исследовании вину рассматривают в одном контексте и по-нимают под ней одно, а в другой работе она рассматривается и трак-туется в ином аспекте.
Неоднозначное понимание вины в уголовном законодательстве и в науке уголовного права сказалось и на понимании ее в следственно-судебной практике. Можно с уверенностью утверждать, что воззре¬ние практического работника к пониманию вины в значительной мере определяется тем, какое научное направление в вопросах вины имело место в вузе, на факультете (или даже на кафедре), которые он окончил.
' См.: Кузнецова Н.Ф. Преступление и преступность. М., 1968, с. - 40-41, 76, 115; Малеин Н.С. Правонарушение: понятие, причины, ответственность. М., 1985, с. -12; Тихонов К.Ф. Субъективная сторона преступления. Саратов, 1967, с.-31
2 См.: Дагель П.С. Проблемы вины в советском уголовном праве. Ученые записки. Вып.№21, Владивосток, 1968, с. - 4-5; Дагель П.С. Проблемы вины в советском уголовном праве. Автореф. дисс. на соиск. уч. ст. докт. юрид. наук. Ленинград, 1969, с. - 4-9; Дагель П.С. Содержание, форма и сущность вины в советском уголовном праве. Правоведение, 1969, №1, с. - 79; Дагель П.С. Совершенствование законодательного определения принципа вины в советском уголовном праве. В кн.: Проблемы совершенствования уголовной политики. Владивосток, 1985, с. - 14-15; Петелин Б.Я. Доказывание вины по уголовно-процессуальному законодательству. Правоведение, 1986, №3, с. - 74
3 Многими учеными вина понимается как отрицательное отношение лица к содеянному. См., например, Дьери К. Учение о вине в социалистическом уголовном праве. В кн.: Современные тенденции развития социалистического уголовного права. М.: Наука, 1983, с. - 42. Кстати, такое понимание вины присуще не только Российским ученым и практикам. Так, например, в Японии в понимании вины наблюдается два подхода. Одни ученые связывают вину с содеянным, а другие - с личностью или ее свойствами. См.: Преступление и наказание в Англии, США, Франции, ФРГ, Японии. Общая часть уголовного права. М., 1991.С.-224

Разноречивости в понимании вины способствует и законодатель, потому что не дает этого понятия в уголовном кодексе. И хотя УК 1996 года сделал существенное продвижение на пути осуществления субъективного вменения при разрешении уголовных дел, что вырази-лось в изменении понятий умысла, неосторожности, определении слу-чая и т.д., но все-таки понятия вины не дал. Между тем, как мы пола-гаем, оно необходимо. И не только для смягчения разногласий между различными точками зрения и не только для того, чтобы "...сделать уголовное законодательство максимально понятным и доступным каждому гражданину"' (вряд ли гражданин существенно углубит свои познания в области уголовного права, если узнает, что вина есть пси-хическое отношение или предметное участие в форме умысла или нео-сторожности). Оно необходимо, во-первых, для того, чтобы опреде¬лить природу вины как психического феномена, проявившегося при совершении социально значимого деяния. Во-вторых, необходимо для выяснения того, что образует содержание вины и ее сущность. В-тре-тьих. оно нужно для того, чтобы определить, к чему устанавливается, точнее, имеется виновное отношение - к деянию, его последствиям или преступлению в целом? В-четвертых, это понятие необходимо для уяс-нения того, является ли вина проявлением только осознанного или бессознательного психического, или же она есть результат взаимодей-ствия того и другого? В-пятых, оно нужно для определения значимос¬ти вины в субъективном вменении.
Следует отметить, что и в ряде иных государств нет законодатель-ного определения вины2, а в уголовном законодательстве Англии нет определений и форм вины3, хотя термин "вина" в нем имеется4.
Хорошо известно, что проблематика вины объемна, сложна и мно-гогранна. Мы, рассматривая понятие вины, ее содержание, формы через призму наших научных интересов, используем как данность, как аксиому многие научные положения о вине без детального анализа мно¬гочисленных нюансов этого большого института уголовного права.
' Уголовный закон. Опыт теоретического моделирования. М.: Наука. 1987, С.-81
2 См.: Преступление и наказание в Англии, США, Франции, ФРГ, Японии. Общая часть уголовного права. М., 1991. с.-90
5 См.: Там же. с. - 17
4 См.: Уголовное право буржуазных стран. Общая часть. М., 1990, С.-20

Мы исходим из того, что вина это правовая категория, обознача ющая связь внутреннего мира человека с совершаемым противоправ¬ным деянием в виде психического отношения к нему в определенных формах и являющаяся в силу этого одним из оснований субъективно¬го вменения, квалификации содеянного, определения содержания и пределов уголовной ответственности за это деяние. Если это доктри-нальное определение переложить на язык закона, то УК РФ можно было бы дополнить статьей следующего содержания. Статья 24. Понятие вины.
"Вина есть психическое отношение лица к совершаемому им обще-ственно опасному и уголовно-противоправному деянию выраженное в определенных законом формах, раскрывающих связь интеллекту-альных, волевых и чувственных процессов психики лица с деянием и являющихся в силу этого основанием для субъективного вменения, квалификации содеянного и определения пределов уголовной ответ-ственности."
Что следует, что вытекает из приведенных определений? Во-пер¬вых, это категория для обозначения субъективной реальности, имев¬шей место в период подготовки или непосредственного выполнения противоправного деяния, это связь с совершаемым, а несовершенным противоправным деянием.' Во-вторых, это связь в виде психического отношения (подчеркнуто нами. - В.Я.).
Из последнего вытекает, в свою очередь, несколько вопросов. Из-вестно, например, что психическое отношение может быть к различ¬ным обстоятельствам действительности. Психическое отношение к чему же из них составляет содержание вины? Может ли быть психи¬ческое отношение на уровне бессознательного психического?
Мы полагаем, что содержание вины, в конечном итоге, образуют и предопределяют, через психические процессы, доминирующие от-ношения личности. Именно они в большей мере и глубже раскрыва¬ют, показывают нам внутренний мир человека, содержание его ин-теллектуальных, волевых и эмоциональных психических процессов, с помощью которых отличаются друг от друга внешне схожие, но со-циально различные действия и их последствия. Такими доминирую¬щими отношениями при совершении социально значимых (в том чис¬ле и преступных) действий выступают:
' См.: Кудрявцев В.Н. Субъективные элементы ответственности. Вопросы борьбы с преступностью. М., 1989, №34, с. - 7

а) отношение лица к другим людям, обществу в целом, его ценнос¬тям (в том числе и правовым), идеалам (или наоборот, порокам);
б) отношение к себе, своим потребностям, интересам, наклоннос¬тям, привычкам, смыслу своей жизнедеятельности;
в) отношение к конкретным предметам внешнего мира, предметам своего удовлетворения через личностный смысл совершаемого и его социальной значимости.' Без анализа этих отношений невозможно раскрыть содержание психического.2
Коль скоро вина это психическое отношение лица3 к доминирую¬щим общественным отношениям выражается, проявляется через и посредством его противоправного деяния4, то, как совершенно пра-вильно подчеркивается в юридической литературе, отношение это осуществляется осознанно, а само деяние выступает как сознательный волевой акт.5 Вне сознания нет отношения (выделено нами. - В.Я.). относиться к кому-то или чему-то это означает выделить своим разу¬мом предмет и объект отношения. Это господствующее положение в уголовном праве России. Оно сложилось к середине 50-х годов и в
' См.: Мясищев В.Н. Структура личности и отношение человека к действительности. В кн.: Психология личности. Тексты. Изд-во МГУ, 1982, с. - 36; Рубинштейн С.Л. Проблемы общей психологии. М., 1973, с. - 51
2 Совершенно правильно подметил М.С.Гринберг, что как "... нельзя определить общественной опасности деятельности, если нет уяснения ее социального содержания..., так не существует и порицаемых психических форм, не сопряженных с негативным отношением к обществу." - Гринберг М.С. Должностные преступления и крайняя необходимость. Сов. гос. право, 1989, №5, с.-65
3 См.: Юридический энциклопедический словарь. М.: Советская энциклопедия,1984, с. - 39
4 Правильно подчеркнул А.А.Тер-Акопов, что "деяние, по сути дела, является формой проявления психического". Государство и право, 1993, №4, с.-90
5 См.: например, Дурманов Н.Д. Понятие преступления. Изд-во Академ.наук СССР, Ленинград, 1948. с. - 54-56, 62; Келина С.Г. Меры ответственности, предусмотренные уголовным законом, и основания их применения. Сов. гос. право, 1982, №5, с. -103; Малеин Н.С. Правонарушение:
понятие, причины, ответственность. М., 1985, с. - 11. 156; Наумов А.В. Уголовный закон и права человека. Сов. гос. право, 1990, № 1, с. - 53; Яковлев А.М. Детерминизм и "свобода воли" (о перспективах изучения личности преступника). Правоведение, 1976, №6, с. - 64, 67

значительной мере нашло отражение в уголовном законодательстве 1958 -1961 годов, нашло свое развитие в Уголовном кодексе 1996 года
Однако с развитием психологии и психиатрии многие формы про-явления человеческой деятельности стали интерпретироваться с пози-ций бессознательного психического. Посредством предопределения действий человека бессознательным психическим пытаются объяснить не только элементарные акты человеческого поведения (двигательные реакции, часто повторяющиеся приемы, обыденные привычки обще¬ния и т.д.), но и социально значимые поступки человека вплоть до совершенного преступления. В юридической печати появились рабо¬ты, уделяющие значительное внимание бессознательному психичес¬кому при характеристике вины, мотива и цели. Отчасти это было выз¬вано тем, что существовавшая в законе редакция преступной небреж¬ности не вписывалась в теоретическое понимание не только вины -как осознанного психического отношения к деянию, но и преступле¬ния - как осознанного волевого акта.
Поскольку в психологической науке достаточно широко была пред-ставлена установка Н.Узнадзе, то с ее помощью пытались объяснить преступную небрежность и не только ее. В.Г.Макашвили, например, писал, что "...у лица, действующего с преступной небрежностью, нет ни воли, ни сознания в отношении преступного последствия."' Неко¬торые ученые пошли дальше. С позиций бессознательного психичес¬кого объясняется не только небрежность, но и самонадеянность (лег-комыслие). М.Угрехелидзе, например, характеризуя неосторожную вину, прямо подчеркивает:".. .представление и вообще мысленные (ин-теллектуальные) функции психики не есть те силы, которые, как виде¬ли выше, способны настроить человека на практические действия."2 Но если М.Угрехелидзе все же допускает при неосторожной вине в виде легкомыслия возможность осознания лицом общественной опас¬ности совершаемых им действий, то А.М.Трухин исключает и эту воз-можность. Он считает, что именно отсутствием сознания обществен¬ной опасности неосторожность отличается от умысла.3 По его мне-
' Макашвили В.Г. Уголовная ответственность за неосторожность. М., 1957, с.-58
2 Угрехелидзе М. Проблема неосторожной вины в уголовном праве. Изд-во Мецниереба, Тбилиси, 1976, с. - 49-51
3 См.: Трухин А.М. Интеллектуальный критерий разграничения форм виновности. Вестник Моск.ун-та, Право, 1976, №1, с. - 78

нию при неосторожности имеется определенный дефект в сознании и воле неосторожно действующего лица.'
В середине 80-х годов некоторыми учеными была сделана попыт¬ка обосновать с позиций бессознательного психического не только неосторожные, но и умышленные преступления. Это была не только дань моде, но и своеобразный ответ на тот упрек в адрес криминали-стов, который прозвучал от А.Р.Ратинова. Он писал: "Постулат осоз-наваемости всего психического... давно изжит в психологической тео-рии. но сохраняется в области права и морали."2 Справедливости ради следует отметить, что и до этого времени некоторые ученые пытались посредством бессознательного психического объяснить отдельные, "специфические" виды умышленных преступлений. Но лишь отдель¬ные, а не любые умышленные преступления. Так, Т.Г.Шавгулидзе счи¬тал, что действия (преступные) в состоянии аффекта являются импуль-сивными и в силу этого неосознанными. Он прямо подчеркивал: "В отличии от импульсивного поведения, волевое поведение является осознанным."3
Какие же основные аргументы приводятся в пользу того, что зна-чительная часть даже умышленных преступлений совершается на ос-нове бессознательного психического? 1) В процессе совершения пре-ступления неосознанные установки доминируют над осознанными социальными установками поскольку последние "...оказались слабы¬ми и не сумели подчинить себе поведение."4 В силу этого посредством сознания виновный лишь скрывает свой истинный мотив и социаль¬ное значение своих действий. 2) опрос осужденных, которым задавал¬ся вопрос о том, осознавали ли они общественную опасность своих действий при совершении преступления, показал, что сознавали: 14%
' См.: Трухин А.М. Сущность умышленной и неосторожной вины в советском уголовном праве. Сборник. Вопросы повышения эффективности борьбы с преступностью. Томск, 1980, с. - 7
2 Ратинов А.Р. Психология личности преступника. Ценностно-нормативный подход. В кн.: Личность преступника как объект психологического исследования. М., 1979, с. - 18
? Шавгулидзе Т.Г. Уголовно-правовое значение аффекта. Автореф. дисс. на соиск. уч. ст. докт. юрид. наук. М., МГУ, 1974, с. - 7
4 Зелинский А.Ф. Криминологические и уголовно-правовые аспекты неосознаваемой психической деятельности. Сов. гос. право, 1984, №9, с. - 54

- совершивших изнасилование, 34% - совершивших грабежи." В це лом 82% опрошенных преступников отрицали осознание обществен ной опасности своих преступных действий.2 И "объясняется это не невежеством, а главным образом автоматизмом механизмов психо-логической защиты от нежелательной информации."3 В основе этих механизмов лежит правовая психология личности, базой которой в свою очередь является навык, привычка, интуиция, то есть, говоря иначе, правовая установка.4 3) Осознание лицом социального значе¬ния совершаемых действий как бы блокируется осознанием их факти¬ческой характеристики, анализом их фактических свойств.5 Для при¬знания умышленной вины достаточно осознавать фактическую сто¬рону совершаемых действий.
Основной вывод, который делается из всех этих рассуждений о роли бессознательного психического в умышленных преступлениях, состо¬ит в том, что нет "... принципиальной разницы между поступками, когда один из них направляется главным образом сознанием, а дру¬гой - неосознанными мотивами."6
Идея о том, что для признания деяния умышленным достаточно осознать лишь факт выполнения действий, не является новой для уго-ловного права. Еще в 1903 году А.Д.Киселев выступал против того, что при умысле осознается социальная значимость совершаемого де¬яния.7 Хорошо известно, что молодое советское государство и уго-
' См.: Зелинский А.Ф., Коржанский Н.И. Психологическое содержание умышленной вины. В кн.: Проблемы совершенствования уголовного законодательства на современном этапе. Свердловск, 1985, с. - 27
2 См.: Зелинский А.Ф. Криминологические и уголо^но-правовые аспекты неосознаваемой психической деятельности. Сов. гос. право, 1984, №9, с. - 56
3 Зелинский А.Ф., Коржанский Н.И. Психологическое содержание умышленной вины. В кн.: Проблемы совершенствования уголовного законодательства на современном этапе. Свердловск, 1985, с. - 28
4 См.: Зелинский А.Ф. Осознаваемое и неосознаваемое в преступном поведении. Харьков. 1986, с. - 24, 33-36; Криминальная мотивация. М.: Наука. 1986, с.-158-159
5 См.: Зелинский А.Ф. Осознаваемое и неосознаваемое в преступном поведении. Харьков, 1986, с. - 107-108
6 См.: Зелинский А.Ф. Осознаваемое и неосознаваемое в преступном поведении. Харьков, 1986, с. - 101
7 См.: Киселев А.Д. Психологическое основание уголовной ответственности. Харьков, 1903, с. - 75

^овно-правовая наука первых десятилетий советской власти "пошли дальше" - вообще отказались от понятия вины. Отмечалось, что в этот период "... для категории вины в уголовном законодательстве не ос-тается места. Ее место полностью и целиком занято социальной опас-ностью деяния и деятеля".' В последующем и законодатель, и наука уголовного права изменили свою позицию в понимании вины, в том числе и в той ее части, что для умысла якобы достаточно осознания фактической стороны совершаемого деяния.
Правда, в 50-х годах была попытка ученых вновь вернуться к этой концепции вины. В.Г.Макашвили, например, писал, что для умыш-ленной вины достаточно лишь осознания фактических признаков со-вершенного деяния.2 А И.Лекшас подчеркивал, что при иной пози¬ции обращается внимание не столько на законность, сколько на воз¬зрения.3
Эти и приведенные ранее доводы вряд ли могут быть положены в основу действительного признания того, что значительная часть пре-ступлений, в том числеи умышленных, совершается на основе бессоз-нательного. Мы исходим из того, что в процессе осознания фактичес-кой стороны деяния (а это, по мнению А.Ф.Зелинского, Н.И.Коржан-ского, В.Г.Макашвили и других, присуще умыслу) неизбежно проис-ходит соотнесение лицом его действий с предметом и объектом пре-ступления, той объективной обстановкой, в которой осуществляется действие. Но нет предмета, объекта или обстановки вообще. Они все¬гда конкретны, всегда имеют социальные, правовые, моральные, эти¬ческие характеристики и оценки. Они тысячами нитей связаны с об¬ществом. Любой факт имеет соответствующее общественное значение, несет на себе социальную нагрузку, социальное содержание и пред¬назначение. Осознание любого факта есть в то же время и осознание отдельных его граней, сторон социальных свойств и предназначений. Но коль есть осознание этих свойств, факта, то должно быть и есть отношение к ним личности через свои действия. Правильно подчер¬кивал С.Л.Рубинштейн, что сознание: "Это действенность и избира-
' Пионтковский А.А. Марксизм и уголовное право. М., 1929, с. - 79
2 См.: Макашвили В.Г. Некоторые вопросы вины в советском уголовном праве. Сов. гос. право, 1952, №3, с. - 42
3 Лекшас И. Вина как субъективная сторона преступного деяния. М.:
Госюриздат, 1958, с. - 57-58

тельность, это не только отражение, но и отношение."' При соверше¬нии преступления не только осознается факт того, что что-то совер¬шается, но и отношение через этот факт к другим людям, обществу. его законам, морали, нормам нравственности и правилам человечес-когообщежития.
Именно взаимодействие фактического с отношенческими аспекта¬ми психики лица, совершающего деяние, и позволяет нам одни и те же по фактической стороне явления в одном случае трактовать так, а в другом иначе. Так, например, мы отличаем изнасилование от интим¬ной связи, убийства от лишения жизни при необходимой обороне. Иначе говоря, осознание лицом общественной опасности своих дей¬ствий охватывает как чисто фактическую так и социальную сторону Это и нашло отражение в редакции ч.2 ст.25 и ч.1 ст.28 УК РФ. И лишь подчеркивая специфику невменяемости, как состояния психики при котором в ней неадекватно отражается действительность из-за каких-то нейрофизиологических аномалий или отставания развития психики (у несовершеннолетних), законодатель указывает, что она будет иметь место тогда, когда даже очевидная, поверхностная, то есть фактическая сторона деяния не осознается лицом - ч.З ст.20 и ч. 1 ст.21 УК РФ. поэтому следует согласиться с утверждением о том, что созна¬ние общественной опасности включает осознание: характеристики объекта, фактическое содержание деяния - место, время, способ и т.д. и социальное значение совершаемого.2 \
Вина как психическое отношение прежде всего Подчеркивает по-стулат осознанности при совершении преступления. Бессознательное психическое никакого отношения (подчеркнуто нами. - В.Я.) иметь не может, так как любое отношение предполагает оценку чего-то, сопо-ставление, сравнение и реакцию (реагирование). Бессознательное пси-хическое может проявить себя так или иначе, но не относиться к чему-то или кому-то. Отсюда вина выступает как психическая оценка лич¬ностью собственного же поведения.
Выражение "психическое отношение" акцентирует внимание на том, что и право интересует не любое проявление психики человека, а в форме отношения. И это правильно. В противном случае само пра¬во теряло бы смысл. Право адресовано осознающей свои действия
' Рубинштейн С.Л. Основы общей психологии. М., 1946, с. - 149 3 См.: Рарог А.И. Автореф. дисс. на соиск. уч. ст. докт. юрид. наук. М-1988, с.-18

личности. Адресовать правовые веления человеку, который не осоз¬нает их - бессмыслица. Еще более несуразным было бы привлекать человека за бессознательные действия к ответственности' и опреде¬лять целью наказания исправить личность, которая не понимает, за что ее нужно исправлять. Вот почему "...правонарушением может быть признано только сознательное волевое поведение как единство внеш¬ней деятельности субъекта и его сознания."2
В основе такого подхода к пониманию вины лежит не догмат объяс-нения всего психического в сфере права только через сознание, как это пытаются представить некоторые исследователи, а материалис¬тическая теория отражения, учение о детерминированности и свободе воли, основанной на сознании. Ф.Энгельс писал: "Невозможно рас¬суждать о морали и праве, не касаясь вопроса о так называемой сво¬боде воли, о вменяемости человека, об отношении между необходи¬мостью и свободой."3 Отношение свободно действующего человека к необходимости есть прежде всего осознание необходимости своего по-ступка, всесторонняя оценка его. В таких случаях преступное деяние, как поступок, "...воспринимается и осознается самим действующим субъектом как общественный акт, как проявление субъекта, которое выражает отношение человека к другим людям."4 Кроме того, если объяснять вину с позиций бессознательного психического, то, что же образует ее содержание? Ведь вина это не просто проявление психики, а психики определенного, конкретного содержания. Именно по содер-жанию вины отличаются одинаковые по внешней форме преступные деяния одно от другого. Содержание вины характеризуется не только отражением в психике человека тех властных велений, которые содер-жатся в предписаниях структурных элементах правовой нормы, но и отношением к ним через "включение" их в социальные связи различ¬ного уровня, то есть через общественные отношения, ставшими через психику лица личностным свойством человека.
' Буланов Г.И. О понятии и структуре общественной опасности по советскому уголовному праву. Сборник ученых трудов. Вып. 28. Проблемы советского уголовного права и криминологии. Свердловск, 1973, с. - 21;
Кудрявцев В.Н. Право и поведение. М.: изд-во Юрид.лит-ра, 1978, с. - 10
2 Малеин Н.С. Правонарушение: понятие, причины, ответственность. М., 1985, с.-156
3 Маркс К., Энгельс Ф. Собр. Соч., т.20, с. -115
4 Рубинштейн С.Л. Основы общей психологии. М., 1946. с. - 543

Утверждения осужденных о том, что они не осознавали обществен-ную опасность и социальную значимость своих преступлений (и это при изнасиловании и грабеже!), и построенные на этой основе выво¬ды, что значительная часть даже умышленных преступлений совер¬шается на базе бессознательного психического - несостоятельны еще и потому, что положения элементарной психологии учат различать мотивы, мотивацию действий от их мотивировки. Значительная часть преступников пытается обосновать "законность", "дозволенность", "необходимость" в такой ситуации поступать именно так, а не иначе. Это мотивировка.
Утверждение, что преступления совершаются на уровне бессозна-тельного психического, на уровне установки противоречит самой при-роде установки. Бессознательное представляет собой сгусток опыта истории и личного опыта человека и зависит от его сознания.' Как часть бессознательного элементарная установка есть результат, про¬дукт "работы" сознания и совершаемых на его основе действий, по¬явившийся в результате неоднократного повторения этих действий и в определенных условиях проявившийся, как элемент бессознатель¬ного, в поведении человека.2 Если следовать логике наш1их оппонен¬тов, то получается, что, например, убийству (грабежу и т.д.), совер¬шенному на уровне установки, должны предшествовать подобные же действия этого человека. Схема, разумеется, утрированная, но верная.
Несомненно, что содержание психического в личности не исчер-пывается сознанием. Правильно подметил СЛ.Рубинштейн, что "оно включает в себя также многообразие неосознанных тенденций - по-буждений его непроизвольной деятельности" .3 В то же время, уже дав¬но в психологии, социологии, философии, да и в юриспруденции, от-мечают, что на уровне бессознательного проявляются обыденные при-митивные установки. Установки более высокого уровня опосредова¬ны сознанием или полностью охвачены им. Это позволило Д.А.Кери-мову констатировать, что установка это "...осознанный момент, не-посредственно предшествующий волевому действию."4
' См.: Дубинин Н.П., Карпец И.И., Кудрявцев В.Н. Генетика, поведение. ответственность. М., 1989, с. - 21
2 См.: Коссаковский А. Психическое развитие личности в онтогенезе. В кн.: Психология личности в социалистическом обществе. Активность и развитие личности. М., Наука, 1989, с. - 38
3 Рубинштейн С.Л. Проблемы общей психологии. М., 1973. с. - 245
4 Керимов Д.А. Психология и право. Государство и право. 1992, №12, с. - Г
Коментариев: 0 | Просмотров: 100 |
Уважаемый посетитель, Вы зашли на сайт как незарегистрированный пользователь. Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо зайти на сайт под своим именем.

    Другие новости по теме:
Добавление комментария
[not-wysywyg] [/not-wysywyg]
{bbcode}
[not-wysywyg] [/not-wysywyg]{wysiwyg}



ukrstroy.biz
ЮРИДИЧЕСКАЯ ЛИТЕРАТУРА:
РАЗНОЕ:
ДРУЗЬЯ САЙТА:

Библиотека документов юриста

СЧЕТЧИКИ: