Сегодня
НАВИГАЦИЯ:
ЮРИДИЧЕСКОЕ НАСЛЕДИЕ:
РАЗНОЕ:
РЕКЛАМА:
АРХИВ НОВОСТЕЙ:
ПРАВОВОЕ ВОСПИТАНИЕ
  Уголовно-правовая политика и пути ее реализации | Автор: admin | 27-07-2010, 02:10
Вопросам идеологической работы Коммунистическая партия Советского Союза и Советское государство придают все большее и большее значение. Об этом свидетельствуют материалы XXVI съезда партии, Пленума ЦК КПСС, обсудившего вопрос «Актуальные вопросы идеологической, массово-политической работы партии» (1983 г.), Всесоюзного совещания идеологических работников (1984 г.).
В постановлении Пленума ЦК КПСС говорится: «Советское общество вступило в такой этап, когда назрели глубокие качественные изменения в производительных силах и соответствующее этому совершенствование производственных отношений. В тесной взаимосвязи с этим должны происходить и изменения в сознании людей, во всей надстройке общества. Усилия партии и народа концентрируются на задачах планомерного и всестороннего совершенствования развитого социализма, реализация которых прямо зависит от уровня сознательности и активности трудящихся. Идеологическая работа все больше выдвигается на первый план, возрастают ее роль и значение» 127.
Важной составной частью идеологической работы является правовое воспитание граждан. Партия исходит из того, что формирование нового человека — не только важная цель, но и непременное условие коммунистического строительства. В современный период значение идейно-воспитательной работы неизмеримо возросло, она все больше выдвигается на передний план. И коль скоро требуется решительно поднять идеологическую, воспитательную, пропагандистскую работу на уровень тех больших и сложных задач, которые решает партия в процессе совершенствования развитого социализма, то это полностью относится и к правовому воспитанию, являющемуся важной составной частью коммунистического воспитания трудящихся 128.
15 сентября 1970 г. ЦК КПСС принял специальное постановление «О мерах по улучшению правового воспитания трудящихся» |29. Во исполнение этого постановления в 8-х классах общеобразовательных школ введен обязательный курс «Основы советского государства и права», а в 9—10-х классах — факультативный курс «Основы со-
126 Там же.
127 Материалы Пленума Центрального Комитета КПСС, 14—15 июня 1983 г. М., 1983, с. 67.
128 См.: Об идеологической работе КПСС. Сборник документов. М., 1977, с. 304—308.
129 Там же.

ветского законодательства», в училищах и школах системы профтехобразования преподается курс «Основы правоведения», введено преподавание основ советского права в неюридических учебных заведениях.
Большая работа по правовому воспитанию граждан проводится обществом «Знание». Ежегодно в стране читается свыше 2 млн. лекций на правовые темы, что составляет 8% в общем объеме пропаганды знаний. В последнее десятилетие (1975— 1985 гг.) широкое развитие получили постоянно действующие формы правовой пропаганды, позволяющие давать слушателям систему правовых знаний. Среди них особое место занимают народные университеты правовых знаний. В стране их насчитывается около 5,5 тыс. и обучается в них почти 1,5 млн. человек 130.
«Целью идеологического процесса правового воспитания является выработка устойчивых, твердых социальных качеств личности и социальных общностей, которые в целом можно охарактеризовать как социалистическую правовую культуру, включающую в себя все элементы социалистического правосознания и правового поведения: овладение необходимыми правовыми знаниями, выработку навыков и умений правомерного поведения и самостоятельной правовой оценки действительности; утверждение в сознании каждого гражданина взглядов и убеждений, обеспечивающих высокое уважение к законам социалистического государства, непримиримость к правонарушениям, а также высокую правовую активность, творческое участие в применении норм социалистического права и их совершенствовании, охране социалистического правопорядка» 131.
«Достижение практической социальной цели воспитания в области права не сводится к формированию социалистического правосознания, а должно приводить и к достижению высокоорганизованного поведения советских людей, их высокой правовой активности» .
Правовое воспитание, как и всякое иное воспитание, есть одновременно и объективный, и субъективный процесс. С одной стороны, человек воспитывается под влиянием всех объективных условий жизни, а, с другой стороны, воспитание есть сознательная целенаправленная деятельность общества, имеющая целью воздействие на сознание человека, его характер, свойства личности и т. д. Основными принципами правового воспитания являются партийность, неразрывная связь с жизнью, научность.
Субъектами правового воспитания являются многие государственные органы и общественные организации. В соответствии с постановлением ЦК КПСС от 15 сентября 1970 г. «О мерах
130 Самощенко И. Актуальные проблемы совершенствования правового воспитания граждан.— Советская юстиция, 1984, № 23, с. 1.
131 Организация и эффективность правового воспитания /Под ред. ?Д. А. Керимова, Н. Г. Кобец, А. В. Мицкевича, А. Я. Сухарева. М., 1983, с. 21—22.
132 Там же, с. 22.

по улучшению правового воспитания трудящихся» в этой деятельности участвуют партийные, советские, профсоюзные, комсомольские, правоохранительные органы, а также организации и учреждения системы Министерства просвещения, Министерства высшего и среднего специального образования, Министерства культуры, Комитета кинематографии, Государственного комитета по профессионально-техническому образованию, печать, радио, телевидение, организации общества «Знание», трудовые коллективы, различные творческие союзы. Правовое воспитание призвано обеспечить социалистическое правосознание советских граждан.
«Правосознание — это своеобразный фильтр, через который пропускаются факторы, влияющие на право. Оно представляет собой совокупность чувств, настроений, представлений, взглядов и т. п., в которых выражено отношение к действующему праву, ко вновь создаваемым юридическим нормам» 133.
Социалистическое правосознание советских граждан играет важную роль в практической реализации советской уголовно-правовой политики. Надлежащим образом воспитанный гражданин не только сам не допускает нарушений уголовно-правовых предписаний, но и активно противодействует совершению преступлений. Очень важным участком работы по правовому воспитанию граждан является воспитание должностных лиц. «Законность и правопорядок зависят в значительной мере от того, какой личный пример показывают руководители, насколько их практическая деятельность пронизана духом законности. Нельзя недооценивать тот вред, который наносит общественному сознанию противозаконная деятельность отдельных должностных лиц, рождающая подчас обстановку вседозволенности и неверие в силу закона» 134.
Особое значение для осуществления уголовно-правовой политики имеет правосознание юристов, работающих в правоприменительных органах. «Правовое сознание юристов можно определить как одну из коллективных форм правового сознания общества, выступающего в виде системы правовых взглядов, знаний, чувств, ценностных ориентации и других структурных образований правового сознания общности людей, профессионально занимающихся юридической деятельностью, которая требует специальной образовательной или практической подготовки» |35.
Ф. Энгельс, отмечая значимость практической деятельности юристов в жизни общества, указывал на ее влияние на базис общества. Он писал, что «как только становится необходимым новое разделение труда, создающее профессиональных юристов,
133 Теория государства и права. Л., 1982, с. 231.
IJ4 Баженов Н. Правовое воспитание должностных лиц — важная задача органов прокуратуры.— Социалистическая законность, 1985, № 1, с. 5.
135 Соколов Н. Я- Правосознание юристов: понятие, сущность и содер-жание,-— Советское государство и право, 1983, № 10, с. 18.

открывается опять-таки новая самостоятельная область, которая при всей своей общей зависимости от производства и торговли все же обладает особой способностью обратно воздействовать на эти области» |36. Это общее положение относится к характеристике всех отраслей права. Естественно, что нормы различных отраслей права имеют свою специфику воздействия на жизнь общества. Например, в наших условиях такие отрасли права, как гражданское, хозяйственное, трудовое, земельное, более тесно связаны с экономикой, чем уголовное, уголовно-процессуальное, административное. Однако это совершенно не означает, что их роль и значение в обществе развитого социализма менее существенны, чем роль и значение указанных выше отраслей.
Борьба за сокращение, а затем и полную ликвидацию правонарушений, и в особенности наиболее общественно опасных из них — преступлений, является важной составной частью всей многоплановой работы по совершенствованию зрелого социализма.
Выше уже отмечалось значение практической деятельности правоприменительных органов по применению уголовно-правовых норм. Именно этот этап представляется наиболее важным в осуществлении советской уголовно-правовой политики. Очевидно, что правосознание людей, обладающих властью по практическому применению норм уголовного права, имеет большее значение, чем правосознание отдельных граждан. От правосознания дознавателей, следователей, прокуроров, судей существенно зависит правильное применение уголовных законов, дальнейшее укрепление принципа социалистической законности, .других общих и специфических уголовно-правовых принципов, практическая реализация советской уголовно-правовой политики.
Многое зависит от правосознания дознавателей, следователей, прокуроров, которые предварительно решают вопросы квалификации преступлений, привлекают виновных к ответственности, а в случаях, специально предусмотренных законом, могут прекращать уголовные дела, освобождать виновных от уголовной ответственности с заменой ее административной ответственностью или ответственностью перед трудовым коллективом или общественными организациями.
Коментариев: 0 | Просмотров: 182 |
ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ ПРАВОПРИМЕНЯЮЩИХ ОРГАНОВ
  Уголовно-правовая политика и пути ее реализации | Автор: admin | 27-07-2010, 02:09
Принцип социалистической законности является одним из ведущих принципов, определяющих жизнь нашего общества. В соответствии с Конституцией СССР все граждане, должностные лица, общественные и государственные организации, Коммунистическая партия СССР должны строить свою деятельность на основе Конституции СССР и изданных в ее развитие законов.
Коммунистическая партия и Советское государство требуют от всех строгого соблюдения законов. Укрепление правовой основы государственной и общественной жизни, неуклонное соблюдение социалистической законности и правопорядка, решительная борьба с правонарушениями всегда были и остаются предметом постоянной заботы КПСС 81. Только строгое соблюдение законов, регламентирующих различные области жизни нашего общества, может обеспечить практическую реализацию политики Коммунистической партии и Советского государства. Верно заметил Л. С. Явич, что «в актах применения права не менее, чем в правотворческой деятельности, а то и более, проявляется политика государства, ее место и значение в жизни классового общества» 82.
Правотворчество и правоприменение тесно взаимодействуют друг с другом. Правотворчество есть первый этап реализации принципа социалистической законности, правоприменение — второй ее этап. Это две составные части единой системы правового регулирования жизни нашего общества. В целом система будет действовать наиболее эффективно, если все ее составные части функционируют согласованно. В праве сформулированы основные требования политики. Применение норм права есть наиболее важная форма реализации политики. «Деятельность государственных органов, общественных организаций, должностных лиц, связанная с применением правовых норм, направлена в социалистическом обществе на наиболее полное, эффективное претворение в жизнь той партийной и государственной политики, которая выражена в правовых документах»83.
Эти общие положения, касающиеся соотношения между правотворчеством и применением права, в полной мере относятся
81 См.: Программа Коммунистической партии Советского Союза (новая редакция). Проект. М., 1985, с. 49.
82 Я в и ч Л. С. Общая теория права. Л., 1976, с. 234.
83 Кудрявцев В. Правовая система и укрепление социалистического общества.— Коммунист, 1981, № 9, с. 69.

к характеристике связей между уголовно-правовой политикой, уголовным законодательством и применением его на практике.
В нормах уголовного права закреплена уголовно-правовая политика. Уголовно-правовая политика, как и любая другая составная часть единой социальной политики, не может обеспечить достижения поставленных задач без практической деятельности людей, направленной на реализацию уголовно-правовых норм. Подавляющее большинство советских граждан добровольно соблюдают нормы уголовного законодательства. Только в тех случаях, когда эти нормы нарушаются или создается угроза их нарушения, в действие вступают специальные правоприменяющие органы государства (естественно, привлекающие к своей работе широкую общественность), призванные осуществлять борьбу с преступностью путем применения наказания к преступникам или мер воздействия, заменяющих наказание. Государственными органами, на которые возложена специальная обязанность применения уголовно-правовых норм, являются МВД СССР, прокуратура, суды. Естественно, что в борьбе с преступностью нельзя уповать только на эти органы. Верно заметил А. М. Яковлев, что «будучи по самой своей сути одной из форм государственного реагирования на преступность, деятельность правоохранительных органов лишь в определенных пределах влияет на уровень преступности, при реализации общего и специального предупреждения. Игнорирование этого обстоятельства, стремление радикально повлиять на уровень преступности методом уголовной репрессии чаще всего выливаются в требование усиления тяжести наказания, что, как показывает история и подтверждают неоднократные исследования, не только не приводит к желаемому результату, но и способно усугубить те отдаленные отрицательные социальные последствия, которые с неизбежностью влечет за собой уголовное наказание» 84. Вместе с тем от работы этих органов существенно зависит реализация уголовной политики, направленной на сокращение, а затем и полную ликвидацию преступности.
Министр внутренних дел СССР В. В. Федорчук говорил, что «реализация объективных возможностей ликвидации преступности, заложенных в самой основе зрелого социализма, требует планомерных усилий партии, государства и общественных организаций, трудовых коллективов, идеологических _и научных средств, максимальной эффективности правоохранительной работы и правоприменительной практики» 85.
«Особую ответственность за состояние работы по борьбе с нарушениями социалистической законности, посягательствами на советский правопорядок несут правоохранительные органы. О работе милиции, суда, прокуратуры люди судят по конкретным
Яковлев А. М. Принцип социальной справедливости и основания уголовной ответственности.— Советское государство и право, 1982, № 3, с. 92. 85 Федорчук В. В. Укреплять научные основы деятельности органов внутренних дел.— Советское государство и право, 1985, № 3, с. 13.

фактам своевременного пресечения нарушений законности, по конкретным делам. Граждан остро волнует состояние борьбы с преступностью, возмущают случаи безнаказанности и попустительства в отношении хулиганов, жуликов, взяточников, очковтирателей... Практика убедительно показывает, что эффективность усилий по преодолению антиподов социалистического образа жизни тем выше, чем теснее связь используемых при этом идеологических средств с методами социального воздействия — укреплением социалистической законности, обеспечением неотвратимости ответственности за нарушение норм права» 86.
В Отчетном докладе ЦК КПСС XXVI съезду партии были отмечены заслуги правоприменительных органов перед советским народом. Там говорилось: «В укреплении социалистической законности и правопорядка высока ответственность органов юстиции, суда, прокуратуры, советской милиции. Профессиональные знания работников этих органов должны сочетаться с гражданским мужеством, неподкупностью и справедливостью. Только такие люди могут достойно выполнять возложенные на них серьезные обязанности. Советский народ вправе требовать, чтобы их работа была максимально эффективной, чтобы каждое преступление должным образом расследовалось и виновные несли заслуженное наказание. В этом деле органам, охраняющим правопорядок, будет обеспечена полная поддержка партии и, не сомневаюсь, всей нашей общественности» 87.
С применением норм уголовного права прежде всего сталкиваются органы дознания. Органами дознания в соответствии с законом являются:
1) органы милиции;
2) командиры воинских частей,' соединений и начальники военных учреждений — по делам о всех преступлениях, совершенных подчиненными им военнослужащими, а также военнообязанными во время прохождения ими учебных сборов; по делам о преступлениях, совершенных рабочими и служащими Вооруженных Сил, в связи с исполнением служебных обязанностей или в расположении части, соединения, учреждения;
3) органы государственной безопасности — по делам, отнесенных законом к их ведению;
4) начальники исправительно-трудовых учреждений — по делам о преступлениях против установленного порядка несения службы, совершенных сотрудниками этих учреждений, а равно по делам о преступлениях, совершенных в расположении исправительно-трудовых учреждений;
5) органы государственного пожарного надзора — по делам о пожарах и о нарушении противопожарных правил;
86 Р е к у н к о в А. М. Генеральный прокурор СССР. Важные проблемы укрепления социалистической законности.— Советское государство и право, 1985, № 2, с. 15.
87 Материалы XXVI съезда КПСС, с. 65.

6) органы пограничной охраны — по делам о нарушениях государственной границы;
7) капитаны морских судов, находящихся в дальнем плавании, и начальники зимовок в период отсутствия транспортных связей с зимовкой (ст. 117 УПК РСФСР).
На органы дознания возлагается принятие необходимых оперативно-розыскных и иных предусмотренных законом мер в целях обнаружения преступлений и лиц, их совершивших, а также обязанность принятия всех мер для предупреждения и пресечения преступлений. Вся деятельность органов дознания протекает в рамках уголовно-процессуального законодательства. Место и роль дознания в реализации уголовно-правовой политики определяются тем, что дознаватель (орган дознания) — это первый государственный орган, который определяет наличие или отсутствие преступления в действиях того или иного лица, дает уголовно-правовую квалификацию содеянного, возбуждает уголовное дело. Первоначальная юридическая оценка преступления, содержащаяся в постановлении дознавателя о направлении дела следователю или в обвинительном заключении, основанная на совокупности собранных доказательств, оказывает существенное влияние на последующее рассмотрение дела.
Особая ответственность ложится на дознавателей (органы дознания), когда они решают вопрос о квалификации деяния по делам, не подлежащим предварительному следствию, и, минуя его, направляют непосредственно в суд. Это дела о преступлениях, предусмотренных ст.ст. 96, 97, ч. 1. ст. 98; ст.ст. 112, 115', 122, 123, ч. 1 ст. 130; ст. 131; ч. 1 ст. 149; ч. 1 ст. 154, 1561, 1562, 1563, 1564, 158; ч. 1 ст. 162, 163, 164, 166, 1661, 168, 169, 187, 1882, 197, 198—201; ч.' 1 и 2 ст. 206, ч. 1 и 2 ст. 208, 209, 211', ч. 1 ст. 212', ч. 1 ст. 219 УК РСФСР.
Предварительное следствие по делам о преступлениях, предусмотренных этими статьями, производится только в случаях, когда это признают необходимым суд или прокурор.
По делам об этих преступлениях органы дознания не позднее чем в десятидневный срок устанавливают обстоятельства совершенного преступления и личность правонарушителя, получают объяснения от правонарушителя, очевидцев и других лиц, истребуют справку о наличии или отсутствии судимостей у правонарушителя, характеристику с места его работы или учебы и другие материалы, имеющие значение для рассмотрения дела в суде. У правонарушителя отбирается обязательство являться по вызовам органа дознания и суда и сообщать им о перемене места жительства. Об обстоятельствах совершенного преступления составляется протокол, в котором указываются: время и место его составления, кем составлен протокол, данные о личности правонарушителя; место и время совершения преступления, его способы, мотивы, последствия и другие существенные обстоятельства; фактические данные, подтверждающие наличие преступления и виновность правонарушителя; квалификация преступления. К протоколу приобщаются все матери/алы, а также список лиц, подлежащих вызову в суд. Начальник органа дознания, изучив протокол и приложенные к нему материалы, рассматривает вопрос о возможности применения к правонарушителю мер общественного воздействия.
Признав возможным применение к правонарушителю мер общественного воздействия, начальник органа дознания с согласия прокурора передает материал на рассмотрение товарищеского суда или комиссии по делам несовершеннолетних либо передает правонарушителя на поруки трудовому коллективу или общественной организации для перевоспитания и исправления. Признав невозможным применение к правонарушителю мер общественного воздействия, начальник органа дознания утверждает протокол, после чего все материалы предъявляются правонарушителю для ознакомления, О' чем делается соответствующая отметка в протоколе, удостоверяемая подписью правонарушителя. Протокол вместе с материалами направляется в суд с санкции прокурора.
В целом органы дознания и прежде всего милиции (которая ведет дознание по подавляющему большинству дел) успешно справляются с выполнением возложенных на них обязанностей 88. Вместе с тем в их работе имеются недостатки, оказывающие отрицательное влияние на правильную реализацию уголовной и, в частности, уголовно-правовой политики. «Отдельные сотрудники допускают волокиту в ведении следствия, мирятся с тем, что некоторые преступления остаются нераскрытыми, не всегда своевременно и должным образом реагируют на сообщения о правонарушениях. Справедливые нарекания граждан вызывают случаи пассивности работников милиции в пресечении преступных действий хулиганов, спекулянтов, взяточников, хищений народного добра, краж личного имущества граждан. Работники милиции иногда допускают превышение своих служебных полномочий. Не изжиты еще случаи сокрытия преступлений от учета в органах внутренних дел...» 89.
Министр внутренних дел СССР В. В. Федорчук говорил, что органы МВД в большом долгу перед партией и народом. Медленно еще претворяются в жизнь требования об обеспечении максимальной эффективности предупреждения правонарушений, оперативно-розыскной и следственной работы, о надежном закрытии каналов хищений и разбазаризовании народного добра. Среди корыстных преступлений вызывают обеспокоенность хищения и
88 См.: Указ Президиума Верховного Совета СССР от 8 июня 1973 г. «Об основных обязанностях и правах советской милиции по охране общественного порядка и борьбе с преступностью».— Ведомости Верховного Совета СССР, 1973, № 24, ст. 309.
89 Коренев А. П. Права советской милиции и социалистическая законность.— Советское государство и право, 1983, № 11, cv 61—62.

кражи государственного и общественного имущества в агропромышленном комплексе, торговле и сфере услуг, строительстве и на транспорте. В отдельных местностях не снижается и даже возрастает количество правонарушений. В числе совершивших преступления каждый пятый не работал и не учился. Вызывает беспокойство практически не снижающийся уровень преступности несовершеннолетних» 90.
Органами предварительного следствия по уголовным делам являются следователи прокуратуры, а также следователи органов внутренних дел и государственной безопасности. Обязательность предварительного следствия и подследственность определены уголовно-процессуальным законом (ст. 126 УПК РСФСР). В частности, суд или прокурор могут признать необходимость предварительного следствия по любому уголовному делу, и предварительное следствие обязательно по всем делам о преступлениях, совершенных несовершеннолетними или лицами, которые в силу своих физических или психических недостатков не могут сами осуществлять свое право на защиту.
Следственный аппарат прокуратуры включает следователей, старших следователей, следователей по особо важным делам, старших следователей по особо важным делам и военных следователей.
Вся деятельность следователя основана на строгом соблюдении уголовно-процессуального и уголовного законодательства. При производстве предварительного следствия все решения о направлении следствия и производства следственных действий следователь принимает самостоятельно (за исключением случаев, когда законом предусмотрено получение санкции от прокурора) и несет полную ответственность за их законность и своевременное проведение.
В случае несогласия следователя с указаниями прокурора о привлечении в качестве обвиняемого, о квалификации преступления и объеме обвинения, о направлении дела для предания обвиняемого суду или о прекращении дела следователь вправе представить дело вышестоящему прокурору с письменным изложением своих возражений. В этом случае прокурор или отменяет указания нижестоящего прокурора, или поручает производство следствия по этому делу другому следователю (ст. 127 УПК РСФСР).
Коментариев: 0 | Просмотров: 130 |
УГОЛОВНО-ПРАВОВАЯ ПОЛИТИКА И ВОПРОСЫ ОСОБЕННОЙ ЧАСТИ УГОЛОВНОГО ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВА
  Уголовно-правовая политика и пути ее реализации | Автор: admin | 27-07-2010, 02:08
«Советская уголовная политика исходит из того, что основанием уголовной ответственности может быть только осознанное общественно опасное поведение человека. Ни состояние личности, ни события, ни образ мыслей, ни прошлое субъекта, ни объективные условия, в которых находится или находилось лицо, ничто иное, кроме преступления, не могут породить уголовного правоотношения, не могут быть основанием уголовной ответственности»71. С этим верным положением следует согласиться с одним уточнением: не всякое осознанное общественно опасное поведение человека является преступлением и, следовательно, основанием уголовной ответственности, а только такое, которое было запрещено уголовным законом в момент его совершения.
На запрещенность законом как обязательный признак преступления специально указывается в ст.ст. 1 и 7 Основ уголовного законодательства.
Уголовно-правовая политика вырабатывает критерии криминализации, руководствуясь которыми законодатель выбирает из всех общественно опасных человеческих поступков те, которые он считает необходимым отнести к преступлениям. Этот процесс реали-
70 Бюллетень Верховного Суда СССР, 1984, № 5, с. 7.
71 Загородников Н. И. Советская уголовная политика, с. 45.

зации уголовно-правовой политики выражается в определении законодателем совокупности признаков, при наличии которых деяние признается преступлением, т. е. в создании Особенной части уголовного законодательства 72.
Значение Особенной части уголовного законодательства для практического осуществления уголовно-правовой и в целом уголовной политики невозможно переоценить, ибо только деяния, характеризующиеся признаками той или иной нормы Особенной части, порождают уголовно-правовые, уголовно-процессуальные, уголовно-исправительные правоотношения. Очень важное практическое значение имеет система Особенной части, т. е. порядок объединения юридических норм, содержащих конкретные составы преступлений, в главы, расположение глав относительно друг друга и конкретных составов внутри глав в зависимости от объекта посягательства — общественных отношений, охраняемых советским уголовным правом. Правильное построение системы Особенной части обеспечивает внутреннее единство всех норм, исключает противоречия между нормами. В. И. Ленин писал Д. И. Курскому 15 февраля 1922 г.: «Если наши законы „противоречивы" (в чем нет сомнения), что для чего же НКюст и Отдел законодательных предположений? Что же делается для кодификации?— для устранения противоречий?» 73.
К. Маркс, отмечая значение внутренней согласованности права, писал: «В современном государстве право должно не только соответствовать общему экономическому положению, не только быть его выражением, но также быть внутренне согласованным выражением, которое не опровергало бы само себя в силу внутренних противоречий» 74. За основу систематизации норм Особенной части советского уголовного законодательства с самого начала был взят объект преступного посягательства, поскольку он как категория объективная позволял групировать в главы составы преступлений, однородные по своей экономической и политической сущности. Первым официальным документом, систематизировавшим нормы Особенной части советского уголовного права, был УК РСФСР 1922 г. Особенная его часть состояла из глав:
1) государственные преступления (контрреволюционные преступления и преступления против порядка управления);
2) должностные (служебные) преступления;
3) нарушения правил об отделении церкви от государства;
4) хозяйственные преступления;
5) преступления против жизни, здоровья, свободы и достоинства личности;
6) имущественные преступления;
72 При этом следует помнить, что некоторые общие для всех видов преступлений признаки (например, возраст и вменяемость субъекта, преступления) указаны в Общей части уголовного законодательства.
73 Л е н и н В. И. Поли. собр. соч., т. 54, с. 166.
74 Маркс К., Энгельс Ф. Соч., т. 37, с. 418.

7) воинские преступления;
8) нарушения правил, охраняющих народное здравие, общественную безопасность и публичный порядок.
Система Особенной части УК РСФСР 1926 г. не претерпела существенных изменений по сравнению с УК РСФСР 1922 г. Лишь глава «Государственные преступления» была разбита на две самостоятельные главы: главу I «Контрреволюционные преступления» и главу II «Преступления против порядка управления», да главы «Воинские преступления» и «Нарушения правил, охраняющих народное здравие, общественную безопасность и порядок» поменялись местами. В 1928 г. постановлением ВЦИК от 6 апреля Особенная часть УК РСФСР 1926 г. была дополнена главой X «О преступлениях, составляющих пережитки родового быта» 75.
Более существенным изменениям подверглась система Особенной части в УК РСФСР 1960 г. Она построена следующим образом: 1. Государственные преступления (особо опасные государственные преступления, иные государственные преступления); 2. Преступления против социалистической собственности; 3. Преступления против жизни, здоровья, свободы и достоинства личности; 4. Преступления против политических и трудовых прав граждан; 5. Преступления против личной собственности граждан; 6. Хозяйственные преступления; 7. Должностные преступления; 8. Преступления против правосудия; 9. Преступления против порядка управления; 10. Преступления против общественной безопасности, общественного порядка и здоровья населения;
11. Преступления, составляющие пережитки местных обычаев;
12. Воинские преступления.
Обращает на себя внимание появление новых глав («Преступления против политических и трудовых прав граждан», «Преступления против правосудия»), разделение главы VII УК РСФСР 1926 г. на две главы («Преступления против социалистической собственности» и «Преступления против личной собственности граждан»), выделение в качестве самостоятельного раздела «Иные государственные преступления», устранение главы «Нарушения правил об отделении церкви от государства». Особенностью нового Кодекса является помещение в начале системы вслед за главой «Государственные преступления» глав «Преступления против социалистической собственности» (глава вторая) и «Преступления против жизни, здоровья, свободы и достоинства личности», что свидетельствует об особой заботе Советского государства об охране социалистической собственности, составляющей вместе с социалистической системой хозяйства экономическую основу нашего общества, и личности советского гражданина. Системы Особенной части уголовных кодексов союзных республик незначительно отличаются между собой.
75 СУ РСФСР, 1928, № 47 136

Теоретический анализ и практика применения действующего уголовного законодательства показывают, что принятая система Особенной части в целом соответствует предъявляемым к ней требованиям и обеспечивает успешную борьбу с преступностью в нашей стране. Вместе с тем она нуждается в дальнейшем совершенствовании в целях более полного и последовательного отражения требований уголовно-правовой политики, ее принципов и задач уголовного законодательства. Прежде всего обращает на себя внимание то обстоятельство, что некоторые главы выделены в качестве самостоятельных не по объекту охраны (или, что то же самое, не по объекту преступного посягательства), который взят в качестве единого классификационного критерия построения системы Особенной части. К ним относится глава десятая УК РСФСР «Преступления против общественной безопасности, общественного порядка и здоровья населения» и раздел II главы первой «Иные государственные преступления». Имевшие место попытки вывести на основе анализа составов преступлений родовые объекты этих разделов не увенчались успехом. Это и не удивительно, так как составы, включенные в них, предусматривают преступления, посягающие на разнородные объекты. Действительно, что, например, объединяет такие преступления, как хулиганство (ст. 206 УК РСФСР), доведение несовершеннолетнего до состояния опьянения (ст. 2101 УК РСФСР), составы которых помещены в главе десятой? Или что объединяет такие преступления, как разглашение государственной тайны (ст. 75 УК РСФСР), бандитизм (ст. 77 УК РСФСР) и нарушение правил международных полетов (ст. 84' УК РСФСР), составы которых находятся в разделе «Иные государственные преступления»? Видимо, целесообразно в главе десятой оставить составы преступлений, посягающих на общественную безопасность и общественный порядок, выделив из этой главы транспортные преступления (ст.ст. 211, 211', 212', 213/213', 2132), преступления, ставящие в опасность жизнь и здоровье людей, преступления в области охраны природы, поместив их либо в уже имеющиеся главы (например, преступления в области охраны труда в главу четвертую «Преступления против политических и трудовых прав граждан»), либо в новые главы. Аналогично следует поступить и с разделом «Иные государственные преступления». Сохранение этого раздела в виде исключения из общего принципа классификации глав Особенной части целесообразно только в одном случае: если в нем сконцентрировать составы преступлений, ответственность за которые предусмотрена общесоюзным законодательством.
Во-вторых, представляется целесообразным выделить новые самостоятельные главы в Особенной части УК- Так, А. Н. Игнатьев предлагает выделить в качестве самостоятельных главы, содержащие составы преступлений: 1) на транспорте, 2) против здоровья населения, 3) в области половых отношений, 4) против
семьи и детей, 5) нарушающих законодательство об охране природы, 6) нарушающих законодательство о культах.
Вряд ли целесообразно выделение главы «Преступления в области половых отношений», поскольку все они представляют собой типичные посягательства на личность и вполне укладываются в категорию преступлений против личности, и главы «Преступления, нарушающие законодательство о культах», поскольку в ней окажется всего 2—3 состава. Вопрос же о выделении других глав заслуживает внимательного изучения.
В-третьих, необходимо глубже продумать вопрос о размещении составов преступлений по главам в зависимости от объекта посягательства. В действующем законодательстве имеют место случаи помещения родственных по объекту посягательств преступлений в разные главы. Например, ответственность за приписки и другие искажения отчетности о выполнении планов предусмотрена в УК РСФСР (ст. 152') в главе «Хозяйственные преступления», а в УК ряда других союзных республик этот состав включен в главу «Должностные преступления», состав неоказания капитаном судна помощи терпящим бедствие (ст. 129 УК РСФСР) помещен в главу «Преступления против жизни, здоровья, свободы и достоинства личности», а родственный ему состав «неоказание помощи при столкновении судов» — в главу «Преступления против порядка управления» и т. д.
Практическое осуществление уголовной политики невозможно без разработки и законодательного закрепления конкретных составов преступлений. В 20—30-х годах некоторые научные и практические работники предлагали создать уголовный кодекс без Особенной части, провозгласить в качестве принципа назначение наказания «без дозировки». Однако теория уголовного права отвергла эти предложения, а законодательная практика не пошла по этому пути, так как создание кодекса без Особенной части находилось бы в резком противоречии с принципом социалистической законности и другими принципами уголовно-правовой политики.
Разработка четких составов преступлений, основанная на них правильная квалификация содеянного являются основой и гарантией успешного проведения в жизнь политики в области борьбы с преступностью, реализации уголовно-правовых принципов, выполнения задач уголовного законодательства.
Правильное решение этой проблемы имеет особо важное значение в современных условиях, когда новое законодательство исключило возможность применения норм уголовного права по аналогии, признало преступлением только деяние, запрещенное законом в момент его совершения, и, следовательно, установило твердый перечень преступлений, который может быть дополнен или изменен только в законодательном порядке.
Практика применения новых уголовных кодексов союзных республик и общесоюзного законодательства, устанавливающего ответственность за отдельные преступления, показывает, что в целом Особенная часть уголовного законодательства составлена удачно, перечень составов преступлений охватывает большинство встречающихся на практике общественно опасных деяний, формулировки большинства составов преступлений позволяют достаточно четко определять деяния, подпадающие под признаки того или иного состава. Вместе с тем нельзя сказать, что в этом плане в области законодательной деятельности все обстоит благополучно. Если посмотреть только на такие официальные документы, как постановления Пленума Верховного Суда СССР и Пленумов Верховных судов союзных республик, в которых даются руководящие разъяснения по вопросам применения уголовного законодательства, то сразу станет совершенно ясно, что правоприменительные органы сталкиваются с многочисленными трудностями при квалификации преступлений, отграничении одних преступлений от других. Еще больше претензий по поводу недостатков Особенной части уголовного законодательства предъявляется в советской юридической литературе. Такое положение объясняется, как правило, недостаточно полным и четким определением признаков в конкретных составах преступлений и неудовлетворительным решением некоторых общих вопросов, имеющих в определенном смысле принципиальный характер. Оставляя в стороне рассмотрение недостатков отдельных составов преступлений, остановимся на проблемах, от правильного решения которых зависит реализация уголовно-правовой политики Коммунистической партии и Советского государства.
Действующее уголовное законодательство в отличие от старого содержит определение основания уголовной ответственности. В ст. 3 Основ (ст. 3 УК РСФСР) говорится, что «уголовной ответственности и наказанию подлежит только лицо, виновное в совершении преступления, то есть умышленно или по неосторожности совершившее предусмотренное уголовным законом общественно опасное деяние».
Формулировка ряда составов преступлений не позволяет провести грань между преступлением как основанием уголовной ответственности и административным проступком. Так, например, ст. 162 УК РСФСР устанавливает уголовную ответственность за «занятие промыслом, относительно которого имеется специальное запрещение, если это деяние не влечет административной ответственности». Перечень запрещенных промыслов дан в Положении о кустарно-ремесленных промыслах граждан, утвержденном постановлением Совета Министров СССР от 3 мая 1976 г. 76 В Положении говорится, что «при обнаружении нарушения установленного порядка занятия кустарно-ремесленными промыслами, а также при выявлении лиц, занимающихся запрещенными промыслами, работник финансового органа или органа внутренних дел... составляет акт о нарушении» и передает его
76 СП СССР, 1976, № 7, ст. 39.

в административную комиссию районного (городского) Совета депутатов трудящихся для привлечения виновного к административной ответственности. Там же говорится, что «в случаях, когда занятие запрещенным промыслом влечет по действующему законодательству уголовную ответственность, соответствующие материалы направляются в следственные органы». Однако ни в одном нормативном акте не сказано, занятие какими видами промысла карается в уголовном порядке без предварительного наложения на виновного административного взыскания. Таким образом, оказывается, что одно и то же деяние может влечь и административную, и уголовную ответственность. Или ст. 163 УК РСФСР предусматривает уголовную ответственность за незаконное занятие рыбным и другими водными добывающими промыслами, т. е. за промысел без надлежащего на то резрешения либо в запретное время, либо в недозволенных местах или недозволенными орудиями, способами и приемами. За эти же действия органы рыбнадзора могут налагать административные взыскания. Можно привести и другие примеры. Такого смешения оснований уголовной и административной ответственности не должно быть. В случаях, когда одно и то же деяние может рассматриваться и как преступление, и как административный проступок, отграничить их можно двумя путями: либо преступлением считать деяние, совершенное после наложения административного взыскания за такое же деяние, либо путем включения в состав преступления указания на последствие преступления, которое легко устанавливается. Так, в ст. 163 УК РСФСР в качестве признака состава можно ввести указание «если оно совершено после наложения административного взыскания за такое же деяние» (как это сделано, например, в ст. 166 УК РСФСР, предусматривающей ответственность за незаконную охоту) или «если это деяние причинило ущерб на сумму более ... рублей». В Особенной части уголовного законодательства имеется ряд составов с признаками, вопрос & наличии или отсутствии которых решает суд. К ним относятся ст. 100 (недобросовестное отношение к охране государственного или общественного имущества), ч. 1 ст. 140 (нарушение правил охраны труда), ч. 1 ст. 149 (умышленное уничтожение или повреждение личного имущества граждан), ст. 150 (неосторожное уничтожение или повреждение личного имущества граждан), ст. 152 (выпуск недоброкачественной, нестандартной или некомплектной продукции), ст. 154' (скупка для скармливания или скармливание скоту или птице хлеба и других хлебопродуктов), ст. 157 (выпуск в продажу недоброкачественных, нестандартных и некомплектных товаров), ст. 160 (нарушение ветеринарных правил), ст. 161 (нарушение правил, установленных для борьбы с болезнями и вредителями растений), ст. 170 (злоупотребление властью или служебным положением), ст. 171 (превышение власти или служебных полномочий), ст. 172 (халатность), ст. 200 (самоуправство), ст. 217 (нарушение правил хранения, использования, учета, перевозки взрывчатых и радиоактивных веществ или пиротехнических изделий), ст. 219 (небрежное хранение огнестрельного оружия), ст. 220 (незаконная пересылка легко воспламеняющихся грузов), ст. 260 (злоупотребление властью, превышение власти и халатное отношение к службе) УК РСФСР.
Коментариев: 0 | Просмотров: 125 |
УГОЛОВНО-ПРАВОВАЯ ПОЛИТИКА И ВОПРОСЫ ОБЩЕЙ ЧАСТИ УГОЛОВНОГО ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВА -1
  Уголовно-правовая политика и пути ее реализации | Автор: admin | 27-07-2010, 01:58
Одним из общих положений уголовно-правовой политики, закрепленных в уголовном законодательстве, является определение задач этого законодательства. Уголовная политика государства определяет, а затем и реализует те цели, ради которых создается и функционирует система юстиции. Применительно к нашей системе эта основная цель указана в ст. 1 Основ уголовного законодательства Союза ССР и союзных республик, текст которой приводился выше.
Действительно, если сущность уголовно-правовой политики есть борьба с преступностью при помощи уголовного наказания, то эта сущность практически реализуется в охране социалистических общественных отношений от вреда, который им может быть причинен общественно опасными действиями. «Главной функцией уголовного права является охранительная. Она выражает основное направление осуществления, реализации уголовного права. Ее значение — охрана обычных, нормальных общественных отношений от преступных посягательств» 27.
В ст. 3 «Руководящих начал» 1919 г. говорилось, что «советское уголовное право имеет задачей посредством репрессии охранять систему общественных отношений, соответствующую интересам трудящихся масс, организовавшихся в господствующий класс в переходный от капитализма к коммунизму период диктатуры пролетариата». УК РСФСР 1922 г. сделал некоторый шаг назад по сравнению с «Руководящими началами» 1919 г. в определении задач уголовного права. Он заузил объект охраны: если «Руково-
26 Казьмин И. Ф., Пиголкин А. С. Развитие советского законодательства на современном этапе.— Советское государство и право, 1979, № 5, с. 19.
27 Кузнецов А. О социальной ценности советского уголовного права.— Советская юстиция, 1979, № 13, с. 10.

дящие начала» таким объектом считали «систему общественных отношений, соответствующую интересам трудящихся масс», то УК РСФСР 1922 г. таковым считал «государство трудящихся». Ст. 5 УК РСФСР гласила: «Уголовный кодекс РСФСР имеет своей задачей правовую защиту государства трудящихся от преступлений и общественно опасных элементов и осуществляет эту защиту путем применения к нарушителям революционного правопорядка наказания или других мер социальной защиты». Это положение было несколько исправлено при разработке Основных начал уголовного законодательства Союза ССР и союзных республик 1924 г. и кодексов союзных республик. В Основных началах говорилось, что* уголовное законодательство Союза ССР и союзных республик имеет своей задачей судебно-правовую защиту государства трудящихся от общественно опасных деяний, подрывающих власть трудящихся или нарушающих установленный ею правопорядок. Ст. 1 УК РСФСР 1926 г. устанавливала, что уголовное законодательство РСФСР имеет задачей охрану социалистического государства рабочих и крестьян и установленного в нем правопорядка от общественно опасных действий (преступлений) путем применения к лицам, их совершающим, указанных в настоящем кодексе мер социальной защиты. В этих законодательных актах объектом защиты называется не только государство, но и установленный властью трудящихся правопорядок.
Еще более конкретизирован был объект и способ его защиты при формулировке задач уголовного законодательства в Основах уголовного законодательства Союза ССР и союзных республик 1958 г. и УК союзных республик 1959—1961 гг. В ст. 1 УК РСФСР 1960 г. говорится: «Уголовный кодекс РСФСР имеет задачей охрану общественного строя СССР, его-политической и экономической систем, социалистической собственности, личности, прав и свобод граждан и всего социалистического правопорядка от преступных посягательств. Для осуществления этой задачи Уголовный кодекс РСФСР определяет, какие общественно опасные деяния являются преступными, и устанавливает наказания, подлежащие применению к лицам, совершившим преступления».
Как явствует из текста закона, средством решения задачи, стоящей перед уголовным законодательством, является наказание. Наказание обеспечивает выполнение этой задачи- путем достижения определяемых уголовно-правовой политикой,, и закрепленных законодательством целей. На всех этапах развития человеческого общества уголовное наказание (как только оно появилось) использовалось господствующим классом как средство борьбы за свое господство и в первую очередь как средство закабаления эксплуатируемых классов. При неизменной сущности уголовного наказания система наказаний, виды и содержание их, порядок исполнения изменялись в зависимости от конкретной обстановки и тех целей, которых господствующий класс пытался добиться
путем использования наказания. «Возникнув на сравнительно высокой ступени общественного развития, наказание в различные времена и у различных народов прошло очень сложный путь развития, претерпевая большие изменения как в своем существе, так и в формах его выражения, которые зависели от сущности политического режима, устанавливающегося господствующим классом в государственных формированиях той или иной из трех предшествовавших социализму социально-экономических формаций, знавших государство и право,— рабовладении, феодализме и капитализме. Даже в исторических пределах существования одной и той же формации наказание не оставалось неизменным. Являясь одним из самых острых орудий в руках господствующих классов, оно видоизменялось в зависимости от потребностей этих классов в удержании власти, своего господства, от методов, которыми они осуществляли свою диктатуру, свою власть, захватив ее и развиваясь по восходящей линии или уходя с исторической арены и цепляясь за то, чтобы как-то продлить свое существование» 28.
В зависимости от потребностей господствующего класса, определяемых в конечном счете уровнем развития производительных сил и характером производственных отношений, уровня культурного развития общества, содержания господствующих философских идей, в различные времена, в различных государствах, в различных правовых системах перед наказанием выдвигались различные цели. Такими целями были возмездие, устрашение, социальная защита, ресоциализация, предупреждение преступлений.
Советская уголовная политика исходит из того, что наказание должно применяться для достижения целей исправления и перевоспитания преступников и предупреждения совершения новых преступлений как самим преступником, так и другими неустойчивыми членами нашего общества.
Ст. 20 Основ уголовного законодательства (ст. 20 УК РСФСР) гласит: «Наказание не только является карой за совершенное преступление, но и имеет целью исправление и перевоспитание осужденных в духе честного отношения к труду, точного исполнения законов, уважения к правилам социалистического общежития, а также предупреждения новых преступлений как осужденными, так и иными лицами». С отдельными оговорками (о соотношении целей исправления и перевоспитания, и частного предупреждения, и общего предупреждения) это положение признается всеми советскими учеными, которые высказывались по этому поводу в печати. Все признают также, что наказание является карой за совершенное преступление. Поэтому вряд ли целесообразно останавливаться в настоящей работе на анализе этих
28 Багрий-ШахматовЛ. В. Уголовная ответственность и наказание. Минск, 1976, с. 108—109

вопросов. Спорным в советской литературе остается вопрос — является ли кара одной из целей наказания. Большинство советских ученых отрицательно отвечают на этот вопрос (Н. С. Алексеев, А. А. Герцензон, М. А. Ефимов, Г. А. Левицкий, И. С. Ной, А. Л. Ременсон, К. С. Салихов, Н. А. Стручков, М. Д. Шаргородский и многие другие). Вместе с тем ряд других советских ученых исходят из того, что кара является одной из целей наказания (И. И. Карпец, Д. О. Хан-Магомедов, М. И. Якубович). К этой группе ученых относится и автор настоящей работы. Приступая к рассмотрению этого спорного вопроса, необходимо прежде всего отметить, что, излагая свою позицию 29, мы пользовались термином «кара» для обозначения одной из целей наказания, тогда как этот термин употребляется для обозначения содержания наказания и вряд ли годится для характеристики цели наказания. Употребление этого термина породило ряд недоразумений в споре и вызвало необоснованные упреки в адрес сторонников признания кары одной из целей наказания. Эта группа ученых (во всяком случае большинство из них), утверждая, что кара является целью наказания, имела в виду то, что наказание наряду с другими целями преследует и цель удовлетворения чувства справедливости советских граждан. Таким образом, спор сводится к решению вопроса: является ли одной из целей наказания удовлетворение чувства справедливости? Первоначально критика сторонников взгляда на кару как на цель наказания была очень простой. М. Д. Шаргородский заявлял, что «в основе взгляда на наказание как на возмездие лежат чуждые нам
идеалистические, как правило, религиозные взгляды» .
Это утверждение неверно. Оно не соответствует истории развития взгляда на наказание как на возмездие. Этот взгляд имеет совершенно земное происхождение. Он' есть результат перенесения идеи справедливости, порожденной жизнью, на область борьбы с преступностью. Взгляд на наказание как на возмездие взят религией из жизни, а не наоборот.
Кроме того, взгляд на наказание как на кару, возмездие и сейчас является господствующим в советской литературе. Наказание называется карой и в действующем законодательстве. Следовательно, речь идет не о том, является ли наказание карой, а о том, является ли кара целью наказания. Вторым доводом против признания наказания возмездием и кары целью наказания являлось и является утверждение, что на этой позиции стоят современные буржуазные законодательные органы и ученые, и, следовательно, она для нас неприемлема. Однако этот довод не может быть признан убедительным, так как не менее реакционные буржуазные законодательные органы и ученые стоят на по-
^ Беляев Н А. Цели наказания и средства их достижения. Л., 1963. Шаргородский М. Д. Наказание по советскому уголовному праву М., 1958, с. 17.

зиции признания исправления, общего и частного предупреждения в качестве целей наказания, а причиняемые страдания считают средством достижения этих целей. О такой цели наказания, как исправление преступника, еще до нашей эры говорил греческий философ Протагор. Сторонники такого толкования целей наказания были в рабовладельческом, феодальном и в буржуазном обществе. Имеются они и в современных буржуазных государствах. Третий довод против признания кары целью наказания сводится к утверждению, что кара есть содержание наказания и поэтому не может быть целью его. Такая постановка вопроса неправильна с позиции диалектического материализма. Нельзя одно явление рассматривать всегда только как средство, а другое — всегда только как цель. Диалектика заключается в том, что одно и то же явление может выступать как цель и в то же время может быть средством достижения другой цели. Например, исправление и перевоспитание преступника есть цель наказания, и одновременно исправление и перевоспитание выступают как средство достижения цели ликвидации преступности, которая в данной взаимосвязи выступает в качестве цели. Но и ликвидация преступности не самоцель, она есть одно из средств решения задачи воспитания человека будущего и т. д.
Наконец, в ходе полемики против сторонников признания кары целью наказания «противники» этой точки зрения сначала искажают критикуемую позицию, а затем критикуют эту искаженную позицию. Это искажение заключается в утверждении, что будто бы сторонники признания кары в качестве цели наказания считают, что таковой является применение наказания ради наказания, причинение преступнику страданий ради страданий. Выдвинув подобное обвинение, А. А. Пионтковский затем писал: «Если ставить целью наказания возмездие, то неизбежно вся карательная система будет проникнута духом неоправданной жестокости... Признание возмездия неизбежно приведет к превалированию задач устрашения и к умалению задач исправления и перевоспитания преступника...»31 Но ведь никто и никогда из критикуемых авторов не утверждал, что наказание должно назначаться ради наказания и страдания должны причиняться ради страданий.
Коментариев: 0 | Просмотров: 135 |
УГОЛОВНО-ПРАВОВАЯ ПОЛИТИКА И ВОПРОСЫ ОБЩЕЙ ЧАСТИ УГОЛОВНОГО ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВА -2
  Уголовно-правовая политика и пути ее реализации | Автор: admin | 27-07-2010, 01:57
И. Ленин в своей работе «Проект программы нашей партии» выдвигал требование уничтожения наказаний, «не совместимых с достоинством человека...»53.
Это, конечно, не означает, что наказание вообще должно быть лишено элементов, причиняющих физические страдания или унижающих человеческое достоинство. Например, использование особо опасных преступников преимущественно на тяжелых работах, установление пониженной нормы питания для нарушителей порядка, применение наручников и смирительной рубашки к злостным нарушителям режима несомненно причиняют физические страдания. Постоянные охрана и надзор, обыски, досмотры и т. д., конечно, унижают достоинство личности. Но все это делается не с целью причинить физические страдания или унизить человеческое достоинство, а для того, чтобы обеспечить достижение закрепленных в законе целей наказания.
Принцип определенности означает, что система наказаний должна содержать исчерпывающий и точный перечень наказа-
52 Маркс К., Энгельс Ф. Соч., т. 1, с. 123.
53 Ленин В. И. Поли. собр. соч., т. 4, с. 224.

ний, что к виновному может быть применено только наказание, указанное в этом перечне, что масимальные и минимальные размеры (пределы) наказаний должны быть определены. Этот принцип есть конкретизация принципа социалистической законности в вопросе построения системы наказаний. В нем проявляется принципиальное отличие советской уголовно-правовой политики и уголовной политики буржуазных государств, которая предусматривает возможность широкого использования неопределенных видов наказаний и в соответствии с этим вынесение неопределенных приговоров. Принцип разнообразия мер наказания выражается в том, что система наказаний включает в себя целый ряд различных по своему содержанию, по суровости, по пределам видов наказаний, что позволяет в каждом конкретном случае избрать вид и размер наказания,- обеспечивающие наиболее успешное достижение целей наказания. Он проявляется также в том, что система наказаний позволяет избрать не какое-то одно наказание, а комбинацию их, что обеспечивается наличием альтернативных санкций, деления всех видов наказания на основные и дополнительные, возможностью выйти за пределы санкции в сторону смягчения наказания. В. И. Ленин говорил о значении этого принципа: «Разнообразие здесь есть ручательство жизненности, порука успеха в достижении общей единой цели: очистки земли российской от всяких вредных насекомых, от блох — жуликов, от клопов — богатых и прочее и прочее. В одном месте посадят в тюрьму десяток богачей, дюжину жуликов, полдюжины рабочих, отлынивающих от работы... В другом — поставят их чистить сортиры. В третьем — снабдят их, по отбытии карцера, желтыми билетами, чтобы весь народ, до их исправления, надзирал за ними, как за вредными людьми. В четвертом — расстреляют на месте одного из десяти, виновных в тунеядстве. В пятом — придумают комбинации разных средств и путем, например, условного освобождения добьются быстрого исправления исправимых элементов из богачей, буржуазных интеллигентов, жуликов и хулиганов» 54.
Д. И. Курский в качестве положительного момента УК РСФСР 1922 г. отмечал то, что Кодексом «суду предоставляется широкий простор для избрания той или иной меры, того или иного срока лишения свободы, широкий простор для комбинации мер репрессии» 55.
Принципиальные положения по вопросу развития системы наказаний в современных условиях, заключающиеся в том, что система уголовных наказаний в процессе ее дальнейшего развития и совершенствования в конечном итоге должна быть устранена и заменена системой мер общественного воздействия и воспитания, полностью сохраняют значение и силу56.
54 Там же, т. 35, с. 204.
55 Курский Д. И. Уголовный кодекс 1922 г., с. 83.
56 Проблемы советской уголовной политики/ Под ред. А. И. Коробеева. Владивосток, 1985, с. 38.

Система наказаний в советском уголовном праве всегда строилась в соответствии с принципами уголовно-правовой политики, уголовно-правовыми принципами и вытекающими из них общими положениями, непосредственно относящимися к системе наказаний (классовость, целесообразность, определенность, разнообразие). В первые годы Советской власти система наказания оформлялась в процессе правотворчества народных масс. В первые месяцы и годы Советской власти судебными органами (народные и окружные суды, революционные трибуналы и состоящие при них трибуналы печати, военные трибуналы, полковые суды и командующие войсками, губернские и полевые комиссии по борьбе с дезертирством, дисциплинарные рабочие товарищеские суды) применялись следующие виды наказаний: «предупреждение; общественное порицание (в публичном заседании суда); доведение до сведения организации, где работает наказуемый, о совершенном им преступлении; выговор; строгий революционный выговор; принудительное политическое воспитание; помещение на видном месте приговора или же специальное издание опровержения ложных сведений; лишение карточек; исключение из объединения, возмещение причиненного ущерба; принуждение к действию, не представляющему физического лишения; денежные вычеты в утроенном размере от суммы, причитающейся за время отсутствия в части (для дезертиров); лишение навсегда или на срок всего земельного надела или части его (для дезертиров); денежный штраф; секвестр и конфискация имущества (частичная или полная); воспрещение исполнять'ту или иную работу; воспрещение занимать ту или иную должность; высылка из определенной местности; общественные принудительные работы; принудительные работы на рудниках (для капиталистов-саботажников); перевод на тяжелые принудительные работы без лишения свободы в том же предприятии или вне такового сроком до 6 месяцев; направление в штрафную часть; направление на фронт (для военнослужащих); лишение (поражение) всех или некоторых политических прав (на срок или без срока); увольнение из предприятий с передачей в концентрационный лагерь на срок до 6 месяцев; лишение свободы на определенный срок; объявление врагом свободного народа и революции; опубликование списков врагов народа; объявление вне закона; расстрел 57.
Обращает на себя внимание сведение до минимума наказаний, связанных с физической изоляцией виновных, и широкое применение наказаний, приближенных по своему содержанию к чисто воспитательным мерам, а также использование таких наказаний, которых не знала и не могла знать система наказаний эксплуататорских государств (общественное порицание, революционный выговор, принудительные работы и другие). Этот пе-
17 Багрий-Шахматов Л. В. Уголовная ответственность и наказание, с. 217.

речень наказаний, применяемый по-разному различными органами в различных районах страны, был первым шагом по созданию системы наказаний. В нем четко прослеживается классовый подход и стремление к разнообразию применяемых наказаний. Положения Же о целесообразности видов наказания и определенности системы пока еще не нашли в нем отражения и закрепления. Первые указания нормативного характера относительно системы наказаний содержались в Декрете о суде № 1 от 24 ноября 1917 г 58. В нем упоминается такой вид наказания, как лишение свободы «свыше 7 дней, но не свыше 2 лет».
Перечень наказаний постепенно расширялся в других нормативных актах. Впервые система наказаний была установлена в «Руководящих началах по уголовному праву РСФСР» 1919 i В ст. 25 «Руководящих начал» был дан примерный перечень видов наказаний, которые могли применяться судебными органами. Он состоял из 15 видов наказаний, расположенных от менее тяжкого (внушения) к наиболее тяжкому (расстрел). Эта система не отвечала требованию определенности, ибо она не давала исчерпывающего перечня наказаний и допускала возможность назначения лишения свободы на неопределенный срок до наступления известного события и целесообразности, так как в перечне содержались меры воздействия, лишенные карательного характера («внушение», «пройти известный курс обучения»). Исчерпывающий и точный перечень наказаний был дан в УК РСФСР 1922 г. В перечень наказаний вошли меры воздействия, действительно являющиеся карой, и исключены из него меры чисто воспитательного характера, ранее предусмотренные в «Руководящих началах». Виды наказаний были расположены в порядке от наиболее тяжких к более мягким. Система наказаний в УК РСФСР 1922 г. (ст. 32) выглядела следующим образом: изгнание из пределов РСФСР на срок или бессрочно; лишение свободы со строгой изоляцией или без таковой; принудительные работы без содержания под стражей; условное осуждение; конфискация имущества — полная или частичная; штраф; поражение прав; увольнение от должности; общественное порицание; возложение обязанности загладить причиненный вред. Смертная казнь не была включена в общий перечень наказаний, что подчеркивало ее исключительный и временный характер.
Система наказаний, предусмотренная УК РСФСР 1922 г., не претерпела существенных изменений в Основных началах уголовного законодательства Союза ССР и союзных республик 1924 г. и в УК РСФСР 1926 г.
Действующая система наказаний закреплена Основами уголовного законодательства Союза ССР и союзных республик 1958 г. В УК РСФСР 1960 г. полностью воспринята система на-
58 СУ РСФСР, 1917, № 4
59 Там же, 1919, № 66.

казаний, закрепленная в ст.ст. 21, 22 и 38 Основ, и, кроме того, она была дополнена такими видами наказаний, как увольнение от должности, возложение обязанности загладить причиненный вред. В настоящее время она выглядит следующим образом: 1) лишение свободы; 2) ссылка; 3) высылка; 4) исправительные работы без лишения свободы; 5) лишение права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью; 6) штраф; 7) увольнение от должности; 8) возложение обязанности загладить причиненный вред; 9) общественное порицание; 10) конфискация имущества; 11) лишение воинского или специального звания. К военнослужащим срочной службы может быть также применено наказание в виде направления в дисциплинарный батальон (ст. 21 УК РСФСР). За пределы перечня вынесена смертная казнь, которая рассматривается как исключительная и временная мера (ст. .23 УК РСФСР). Все виды наказаний, составляющих систему, подразделяются на основные и дополнительные. Основными мерами наказания считаются такие, которые применяются только самостоятельно и не могут быть присоединены дополнительно к какому-нибудь другому виду наказания. К ним относятся лишение свободы; исправительные работы без лишения свободы, общественное порицание, направление в дисциплинарный батальон (ч. 1 ст. 22 УК РСФСР). Дополнительными считаются меры наказания, которые не применяются самостоятельно, а могут быть лишь присоединены к другим видам наказаний. К ним относятся конфискация имущества, а также лишение воинского или специального звания (ч. 3 ст. 22 УК РСФСР). Все остальные виды наказаний могут быть и основными и дополнительными (ч. 2 ст. 22 УК РСФСР). Действующая система наказаний полностью соответствует принципам ее построения, выработанным советской уголовно-правовой политикой. Это, конечно, не означает, что она не может быть изменена. Наоборот, процесс постепенной замены мер уголовного наказания мерами общественного воздействия и воспитания может привести к изменению содержания включенных в систему видов наказания и пополнения системы за счет новых видов. Так, Указом Президиума Верховного Совета РСФСР «О внесении изменений и дополнений в Уголовный кодекс РСФСР» от 11 октября 1982 г. в перечень наказаний было включено направление в воспитательно-трудовой профилакторий ь0 или Указом Президиума Верховного Совета СССР от 12 июня 1970 г. 6| было введено условное осуждение к лишению свободы с обязательным привлечением осужденного к труду (ст. 242 УК РСФСР). В советской юридической литературе уже неоднократно делались предложения рассматривать эту меру воздействия в качестве самостояте.плюго вида наказания. «Разновидностью условного осуждения, выступающего как вид уголовного наказания, явля-
60 Ведомости Верховного Совета РСФСР, 1982, № 41, ст. 1513.
61 Ведомости Верховного Совета СССР, 1970, № 24, ст. 204.

ется условное осуждение к лишению свободы с обязательным привлечением к труду, установленное Указом Президиума Верховного Совета СССР от 12 июня 1970 г. „Об условном осуждении к лишению свободы с обязательным привлечением осужденного к труду". Сущность данного вида условного осуждения в значительной степени отлична от положений ст. 38 Основ уголовного законодательства Союза ССР и союзных республик, определяющей институт условного осуждения в целом. Она дает все основания признать новый вид условного осуждения самостоятельным видом наказания»62. Это предложение само по себе подлежит еще обсуждению, но тенденция пополнения системы наказаний новыми видами налицо.
Коментариев: 0 | Просмотров: 103 |
ukrstroy.biz
ЮРИДИЧЕСКАЯ ЛИТЕРАТУРА:
РАЗНОЕ:
ДРУЗЬЯ САЙТА:

Библиотека документов юриста

СЧЕТЧИКИ: