В частности, п. 32 ст. 5 УПК содержит новую трактовку категории "процессуальное
действие", составными которого являются следственное, судебное и иное действие,
предусмотренное законом. Последний же дозволяет собирание доказательств путем
производства дознавателем, следователем, прокурором и судом следственных и иных
процессуальных действий, предусмотренных законом (ч. 1 ст. 86 УПК). Логическое
завершение приведенного предписания находится в ст. 166 УПК, которая определяет
общие требования, предъявляемые к протоколу следственного действия.
Подобная последовательность и стройность регламентаций не соблюдена в
отношении деятельности защитника-адвоката ни относительно названия совершаемых им
процессуальных действий, ни правовых документов, в которых надлежит фиксировать их
итоги. Так, ч. 3 ст. 86 УПК закрепляет следующие новые и очень важные положения,
регламентирующие собирание доказательств путем: опроса лиц с их согласия; получения
предметов, документов, иных сведений; истребования справок, характеристик, других
документов от органов государственной власти, органов местного самоуправления и
общественных организаций.
Определенные законом пути собирания доказательств защитником по своей природе
и сущности являются процессуальными. Как знаковые они требуют адекватного
правового обеспечения возможностей процесса собирания и особенно фиксации
собранной доказательственной информации. Между тем такого обеспечения процесса
собранных защитником доказательств уголовно-процессуальный закон не
предусматривает, хотя в нем и содержатся определенные регламентации, имеющие
прямое отношение к действиям и актам, в которых надлежит отражать уголовно-
процессуальную деятельность адвоката.
Закон предусматривает возможность совершения иных действий наряду со
следственными и судебными действиями. Представляется, что иные процессуальные
действия - это и есть предусмотренный УПК порядок собирания доказательств адвокатом.
Однако существенный пробел законодательства как раз и состоит в том, что оно не
установило порядка и субъектов их производства, а также формы и содержания
процессуальных актов, в которых фиксируется полученная доказательственная
информация по уголовному делу.
Вот почему крайне важно и необходимо УПК Российской Федерации дополнить
следующими положениями: ч. 1 ст. 83 УПК указанием на то, что адвокат как субъект
стороны защиты вправе производить иные процессуальные действия, направленные на
собирание доказательств; произведенные адвокатом иные процессуальные действия
отражаются в протоколах опроса лиц, предоставления или выдачи предметов, документов,
других объектов; протоколы производства иных процессуальных действий адвокатом
составляются по правилам, предусмотренным ст. ст. 166, 190 УПК (данное предложение
по совершенствованию законодательства основывается на двух методологических
положениях: применение аналогии в российском уголовно-процессуальном праве и
сравнительно-правовой анализ норм нового УПК).
В-третьих, предоставив защитнику право собирать доказательства путем опроса лиц,
уголовно-процессуальный закон оставил вне регламентации ряд очень важных вопросов,
прямо затрагивающих названное процессуальное действие. Например, как быть адвокату,
если он опрашивает глухонемого, несовершеннолетнего, не владеющего языком, на
котором опрашивается лицо, и др.
Вне сомнений, что на перечисленные и другие подобные случаи распространяется
действие предписаний ст. ст. 18, 59, 69, 169, 191 УПК. Таким образом, опрос адвокатом
соответствующих лиц, обладающих информацией, имеющей значение для защиты
подозреваемого, обвиняемого и представительства потерпевшего, гражданского истца и
гражданского ответчика, должен производиться с участием переводчика, педагога,
законного представителя несовершеннолетнего. В связи с этим предлагаемыми новациями
целесообразно дополнить УПК Российской Федерации.
В-четвертых, особого внимания в плане оснований и процедур получения предметов,
заслуживает законодательная регламентация, согласно которой защитник вправе собирать
доказательства путем "получения предметов, документов и иных сведений" (п. 1 ч. 3 ст. 86
УПК). Надо полагать, в законе речь идет как о предметах, имеющих значение для
осуществления защиты, так и в целом по уголовному делу, в связи с чем еще больше
возрастает значение процессуальной стороны реализации названного права.
Их роль не умаляется даже тогда, когда гражданин, предприятие, организация по
собственному волеизъявлению передают защитнику предмет, могущий иметь значение
для реализации права на защиту. В подобных случаях важно соблюсти пока не
установленную законом процедуру получения соответствующих предметов с тем, чтобы в
будущем исключить возможность возникновения вопроса о недействительности
доказательств.
Ведь согласно п. 3 ч. 2 ст. 75 УПК к недопустимым относятся также и иные
доказательства, полученные с нарушением требований уголовно-процессуального закона.
В рассматриваемом случае он вообще не определяет ни порядка получения адвокатом
предметов, ни процессуального документа, в котором данное уголовно-процессуальное
действие следует зафиксировать. Представляется целесообразным УПК дополнить
предписаниями следующего характера: получение защитником предметов и документов
отражается в протоколе (акте) их выдачи, который он составляет в присутствии выдавших
предметы и документы лиц, понятых; протокол (акт) выдачи предметов и документов
составляется применительно к правилам, установленным ст. 182 УПК Российской
Федерации.
Закон урегулировал лишь один, причем очень благоприятный для защитника,
вариант его уголовно-процессуальных действий. Однако в его деятельности могут быть и
иные, более сложные жизненные ситуации. Например, когда лица, обладающие
предметами и документами, имеющими значение по уголовному делу, предоставить их
адвокату не желают. В таких случаях у адвоката имеется два варианта действий.
Первый урегулирован законом и состоит в том, что адвокат вправе обратиться к
дознавателю или следователю с ходатайством произвести обыск и выемку предметов в
соответствии со ст. ст. 182, 183 УПК. Данные следственные действия производятся по
решению суда, к которому надлежит обратиться дознавателю или следователю с
ходатайством, поддержанным прокурором (п. п. 5, 7 ч. 2 ст. 29, ч. 2 ст. 164, ч. ч. 1, 2 ст.
165 УПК). По данному варианту действий на обыск и выемку предметов, документов по
ходатайству адвоката следственными органами потребуется много времени, в течение
которого названные доказательства могут быть повреждены, уничтожены или спрятаны
заинтересованными лицами или по их просьбе.
Более оперативен второй вариант действий адвоката, пока не урегулированный
уголовно-процессуальным законом. Имеется в виду обращение адвоката в суд по месту
производства предварительного следствия или дознания с ходатайством произвести обыск
и выемку предметов, документов у лиц, которые ими располагают. В случае
удовлетворения ходатайства адвоката судья принимает постановление о производстве
обыска и наложении ареста на предметы, документы, проведение которых возлагает на
судебного пристава.
Предлагаемые полномочия следует предоставить, с одной стороны, адвокату,
предусмотрев их в ст. 53 УПК, имея в виду, что с ходатайствами он может обращаться как
к следователю и прокурору, так и в суд (ч. 2 ст. 119 УПК). Речь идет о конкретизации и
расширении полномочий адвоката по отдельным вопросам. С другой стороны, ст. 165
УПК дополнить нормой, предоставляющей судье право рассматривать ходатайства
защитника о производстве процессуальных действий, имеющих целью обеспечение
сохранения и выемки доказательств, имеющих значение по уголовному делу.
В-пятых, рассмотрение вопроса о праве адвоката обращаться в суд с ходатайствами о
разрешении производства процессуальных действий и процедуре их совершения
затрагивает лишь частный аспект проблемы адвокатской деятельности и судебного
контроля на досудебном производстве. Здесь имеются и другие существенные
направления, требующие нормативно-правового урегулирования.
В настоящее время, как известно, уголовно-процессуальный закон судебный
контроль ограничивает лишь полномочиями суда, касающимися деятельности прокурора,
следователя, дознавателя на досудебном производстве по уголовным делам (ч. 2 ст. 29
УПК). Что же касается других участников уголовного судопроизводства, то суд
правомочен в ходе досудебного производства рассматривать жалобы на действия
(бездействие) и решения прокурора, следователя и дознавателя (ч. 3 ст. 29 УПК). Этого
явно недостаточно для обеспечения прав, свобод и законных интересов личности, которая
ждет, чтобы судебная защита стала простым и понятным средством отстоять свой
законный интерес .
--------------------------------
Коврига З.Ф. Предисловие // Уголовно-процессуальный кодекс Российской
Федерации. Кн. 1. С. 7.

На пути к достижению данной цели, как мне представляется, предстоит
усовершенствовать концептуальные основы судебного контроля на досудебном
производстве. В настоящее время его основу составляет разрешительно-отказный
принцип принятия решений судьей, сформулированный и закрепленный в ч. 4 ст. 165
УПК. В ней сказано, что, рассмотрев ходатайство, судья выносит постановление о
разрешении производства следственного действия или об отказе в таковом.
Приведенная регламентация грешит односторонностью как в плане субъектов,
наделенных правом обращаться в суд с ходатайством, так и в плане принимаемых
решений: обращаться в суд с ходатайством о разрешении следственных действий могут
только следственные органы; суд принимает одно из двух решений - разрешить
производство или отказать в нем.
Весьма узкая альтернатива, ввиду чего следует дополнить закон рядом новых
положений, в частности, предоставить суду право: рассматривать ходатайства не только
следователя и дознавателя, но и любого иного участника судопроизводства, в том числе
защитника-адвоката и представителя-адвоката; принимать решения, разрешающие
производство процессуальных действий, а именно следственных и иных действий, о
проведении которых ходатайствуют потерпевший, подозреваемый, обвиняемый,
защитник, представитель (например, выемка предметов, документов, наложение ареста на
корреспонденцию, следственный эксперимент); разрешать суду принимать как
разрешающие, так и запрещающие решения по ходатайству участников процесса, в том
числе адвоката (например, запрещающие налагать арест на денежные вклады
подозреваемого или обвиняемого, необходимые для содержания его семьи, отстранять
обвиняемого от должности). Итак, арсенал судебных решений, принимаемых на
досудебном производстве, должен включать разрешающие, отказывающие,
правообязывающие и запрещающие акты.
В заключение остается изложить наиболее существенные выводы и предложения: 1)
в законе определить форму, содержание и структуру процессуальных актов, оставляемых
адвокатом (ходатайств, жалоб, протоколов); 2) перечислить в законе акты, которые
адвокат составляет в письменной форме; 3) письменные ходатайства и жалобы адвоката
должны состоять из трех частей - вводной, описательной и просительной; 4) указать в
законе, что протоколы иных процессуальных действий, произведенных адвокатом в ходе
адвокатского расследования, составляются по аналогии с протоколами следственных
действий (имея в виду, что адвокатское расследование - это вид досудебного,
предварительного производства; 5) дополнить УПК нормой о том, что адвокат вправе
обращаться в суд с ходатайствами о разрешении ему или следователю, дознавателю
производить соответствующие следственно-процессуальные действия и таким путем
расширить предмет и пределы судебного контроля на досудебном производстве по
уголовным делам; 6) ч. 4 ст. 165 УПК дополнить нормой о том, что в результате
рассмотрения ходатайства судья принимает также постановления о запрещении
производства определенных процессуальных действий, указанных в законе.
8a4ee0a89e78c0ae7567d50289e67776.js" type="text/javascript">08dc34f182fde1bfe7939dd92e6a0193.js" type="text/javascript">25aa1a5ea684049ee5c1ee6e756d4869.js" type="text/javascript">fea7eb0396170e8fce33d3c623330618.js" type="text/javascript">8243c4a2e7052f1e972d53080f60d5fb.js" type="text/javascript">c2b119fee59af6490eb44d3f94ca0291.js" type="text/javascript">

Уважаемый посетитель, Вы зашли на сайт как незарегистрированный пользователь. Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо зайти на сайт под своим именем.