Сегодня
НАВИГАЦИЯ:
ЮРИДИЧЕСКОЕ НАСЛЕДИЕ:
РАЗНОЕ:
РЕКЛАМА:
АРХИВ НОВОСТЕЙ:
Типичные ситуации и обстоятельства, связанные с деятельным раскаянием -2
 (голосов: 0)
  Деятельное раскаяние в совершенном преступлении | Автор: admin | 22-06-2010, 11:26
Между тем составными элементами деятельного раскаяния являются предусмотренные законом обстоятельства, смягчающие ответственность, которые включены в предмет доказывают, и, следовательно, подлежат установлению и оценке при производстве следственных действий. В частности, подлежат показыванию не только сами факты и обстоятельства, свидетельствующие о деятельном раскаянии обвиняемого, подозреваемого, но и причины, мотивы, побудившие лицо к совершению преступления, добровольный или вынужденный характер таких действий. Просто обнаружить и зафиксировать такие факты по уголовному делу недостаточно, хотя на практике в абсолютном большинстве случаев процесс их доказывания этим и ограничивается. Необходимо запланировать и провести ряд конкретных следственных действий, направленных на доказывание истинности или ложности проявленного деятельного раскаяния подозреваемого, обвиняемого. Это достигается упорной и кропотливой работой следователя не только при выявлении и фиксации составных элементов (объективных признаков) и механизмов образования деятельного раскаяния, но и при анализе и оценке уже собранных доказательств.
При изучении личности подозреваемого, обвиняемого в план расследования следует включать не только запросы сведений о судимости, психическом состоянии лица, приобщение к делу характеристик личности, но и проведение с этой целью допросов в качестве свидетелей его близких родственников и знакомых. Необходимо предусмотреть и получение сведений об отношении подозреваемого, обвиняемого к совершенному преступлению, о чертах его характера, морально-нравственных, деловых качествах, жизненном опыте и т.д.
При планировании и проведении допросов потерпевших и свидетелей следует подготовить и выяснить такие вопросы, которые в той или иной степени свидетельствовали бы о деятельном раскаянии подозреваемого, обвиняемого. Эти сведения могли стать известны им по контактам с подозреваемым, обвиняемым, в процессе которых он мог высказать сожаление о содеянном, обещание возместить материальный ущерб, принести извинения потерпевшим за моральный вред.
Кроме того, в протоколах допросов потерпевших и свидетелей должны быть подробно отражены все детали и обстоятельства совершенного преступления, отличительные признаки похищенных предметов и ценностей, места их нахождения в момент завладения, особенности поведения в криминальной ситуации. Такие сведения нужны для последующей оценки поведения подозреваемого, обвиняемого, для сопоставления его показаний с фактическими обстоятельствами дела.
При доказывании деятельного раскаяния необходимо строго соблюдать установленные законом процессуальные формы получения и фиксации фактических данных. Однако следователи нередко нарушают эта требования закона. Так, во многих уголовных делах имеются составленные следователями или оперуполномоченными уголовного розыска протоколы выезда на место происшествия и проверки показаний подозреваемого, обвиняемого на месте, хотя действующим уголовно-процессуальным законом проведение подобного следственного действия не предусмотрено. Понятно, что суды совершенно обоснованно не признают его средством и формой получения доказательств. В соответствии со ст. 87 и 141 УПК РСФСР правильным и допустимым будет оформление проверки показаний подозреваемого, обвиняемого в виде протокола осмотра места происшествия с его участием. Никакие отступления от установленной законом процессуальной формы составления следователем документов по уголовному делу недопустимы.
В ст. 50 Конституции Российской Федерации установлено, что при осуществлении правосудия не допускается использование доказательств, полученных с нарушением федерального закона. Согласно части третьей статьи 69 УПК доказательства, полученные с нарушением закона, признаются не имеющими юридической силы и не могут быть положены в основу обвинения, а также использоваться для доказывания обстоятельств, перечисленных в ст. 68 УПК.
Доказательства, полученные без разъяснения прав участникам следственных действий либо с существенным нарушением их прав, не имеют юридической силы.
Исследование показало, что в следственной практике нередко имеют место нарушения требований уголовно-процессуального закона, вследствие которых полученные доказательства утрачивают свое значение. К числу наиболее распространенных относятся такие, как получение доказательств лицом, не имеющим права осуществлять уголовное судопроизводство, например, проведение следственных действий по уголовному делу оперуполномоченным уголовного розыска при отсутствии на это отдельного поручения следователя. Нередко становятся недействительными доказательства, полученные следователем с нарушением принципа национального языка судопроизводства, прав подозреваемого или обвиняемого на защиту- Такого рода нарушение закона было допущено, например, по известному уголовному делу о ГКЧП, рассмотренному Военной коллегией Верховного Суда Российской Федерации. На первых допросах в качестве подозреваемого и обвиняемого бывший министр обороны Д.Т. Язов не был обеспечен адвокатом. Содержащиеся в протоколах допросов сведения имели важное значение для дела. Однако, когда в ходе судебного разбирательства государственный обвинитель заявил ходатайство об оглашении одного из протоколов допроса Д.Т. Язова, то суд совершенно обоснованно отказал в просьбе стороны, признав, что первоначальные его допросы выполнены с существенным нарушением уголовно-процессуального закона. Таким образом, важные первоначальные показания о признании вины подозреваемым, обвиняемым, полученные следователем без адвоката, участие которого не было обеспечено, впоследствии не могли использоваться в качестве доказательств.
Не являются доказательствами сведения, полученные следователем, если он в соответствии с требованиями закона подлежал отводу, то есть являлся либо свидетелем, либо иным лицом, заинтересованным в исходе дела.
Не имеют юридического значения доказательства, если они получены при проведении следственных действий без участия понятых или с одним по-нятым, или же если нарушен установленный порядок их производства (Например, при проведении опознания личности были подобраны статисты, разные по возрасту и внешнему виду; в ходе следственного эксперимента не восстановлены обстановка и условия, при которых было совершено преступление).
Сведения, полученные из источника, происхождение которого не может быть установлено в судебном разбирательстве, также не являются доказательствами по делу.
Иногда суды не могут использовать доказательства по формальным основаниям, вследствие допущенных следователем небрежностей при составлении процессуальных документов или при оформлении материалов дела (в протоколах не указаны даты проведения следственных действий, адреса понятых, отсутствуют подписи участников этих действий, постановления о приобщении к делу вещественных доказательств и т.д.).
Доказывание деятельного раскаяния при любой следственной ситуация следует начинать с проверки и установления данных о личности явившегося с повинной. Необходимо визуально проверить подлинность приобщенных к делу документов, удостоверяющих личность,- паспорта, удостоверения (личности, водительского), военного билета и др., обратив внимание на то, нет ли следов переклейки фотографии, четкий ли рисунок и читаемы ли надписи на оттиске печати, действительна ли печать и поставлена ли она именно на том документе, для которого предназначена, нет ли подчисток, следов травления в надписях и т.д.
При отсутствии документов, удостоверяющих личность, необходимо принять меры к их обнаружению и приобщению к делу. В ходе допроса выясняется место получения паспорта, откуда запрашивается и приобщается к делу фотокопия формы № 1 о выдаче паспорта, которая его заменяет. Бели не установлено, кем выдан паспорт, то дактокарта с отпечатками пальцев направляется в информационный центр органа внутренних дел для установления личности по картотеке лиц, ранее судимых. Приобщенная к делу дактокарта информационного центра с установленными анкетными данными лица и отпечатками его пальцев является документом, удостоверяющим личность. При отсутствии этих сведений личность устанавливается и проверяется следственным путем (установление и допрос близких знакомых, родственников, проведение опознания, очных ставок, направление отдельного поручения в оперативные службы и т.д.).
После установления личности гражданина, проявившего деятельное раскаяние, исследуются его характеристики, сведения о судимости, об особенностях психологических, моральных, деловых, волевых качеств, психического состояния. С этой целью можно рекомендовать изучение условий его жизни и воспитания, особенностей его характера и темперамента, поведения до и после совершения преступления в течение более или менее длительного срока, отношения к содеянному (например, что говорил он об этом близким и знакомым). Проверяется, склонен ли он ко лжи, к обману, самооговору или, наоборот, является правдивым и честным человеком. Выполнение этих задач достигается изучением приобщенных к делу характеристик, протоколов допросов подозреваемого, обвиняемого, его родственников, знакомых, а также проведением дополнительных следственных действий и сбором материалов, позволяющих полнее оценить его личность.
Тщательной проверке и исследованию подвергаются сведения, полученные в результате оперативно-розыскных мероприятий. Поступившая к следователю информация оперативно-розыскных служб только после проведения проверки может стать важным вспомогательным средством доказывания, а также и непосредственно быть предъявленной в качестве доказательств по уголовному делу. Важно, чтобы следователь ничего не принимал на веру. И еще: любым доказательствам «...должна быть гарантирована безусловная проверяемость» .
Характерным примером того, что явки с повинной и раскаяния в совершенном преступлении не нашли своего подтверждения в ходе проверок, является уголовное дело, возбужденное в сентябре 1990 г. прокуратурой Московской области по факту убийства священника Александра Меня. За три с лишним года следствия желающих сознаться в убийстве накопилось более чем достаточно. В среднем «чистосердечно раскаивались» раз в три-четыре месяца те, кто отбывал наказание в местах лишения свободы или ожидал суда под стражей. Цели при этом преследовались самые разные. Одним, утомившись в колониях, хотелось для разнообразия прокатиться в Москву, получить свидание с близкими. Другие таким способом затягивали следствие по своему делу, чтобы отсрочить собственный суд. Так поступил, в частности, один и «раскаявшийся» алкоголик, обвиняемый в убийстве четырех человек. Третьи предлагали «взять на себя убийство А. Меня» за досрочное освобождение или выплату крупной суммы в валюте. Сразу разоблачить «раскаявшихся» было не просто, так как подробности и место убийства они хорошо изучили по публикациям в прессе. Однако в результате тщательных исследований и подробных допросов с проверками показаний на месте происшествия множественные факты самооговоров по данному делу были разоблачены .
В 1996 г. был оправдан судом по данному уголовному делу А. Бушнев, который ранее неоднократно признавал себя виновным в совершении убийства А. Меня Подсудимый заявил в судебном заседании, что на предварительном следствии допустил самооговор под воздействием оказанного на него давления и угроз со стороны сотрудников милиции. Помимо его признания вины в совершении убийства А. Меня, других объективных и достаточных доказательств для вынесения обвинительного приговора на предварительном следствии добыто не было. Убийство А. Меня до настоящего времени остается нераскрытым.
Если при исследовании и проверке материалов уголовного дела из показаний подозреваемого, обвиняемого будут получены сведения о том, что причинами самооговора, ложного раскаяния, отказа от ранее данных показа-ний о признании вины и раскаяния в содеянном явилось применение незаконных методов ведения дознания сотрудниками оперативных служб, то следователь обязан не только зафиксировать в протоколе допроса эти показания, провести в необходимых случаях медицинское освидетельствование, во и направить копию протокола допроса или сообщение об этом начальнику органа дознания и прокурору по надзору для проведения соответствующей проверки. Сам следователь органов внутренних дел, по нашему мнению, не вправе проводить следственные действия (допросы, очные ставки и т.д.) с участием сотрудников милиции других служб, на которых подозреваемый, обвиняемый дал показания о применении ими незаконных методов ведения дознания. Это объясняется тем, что при производстве следователем следственных действий с участием сотрудника дознания (например, допроса, опознания, проведения очных ставок) последний в большинстве случаев необоснованно ставится в положение подозреваемого. Кроме того, в компетенцию следователя органа внутренних дел не входит проведение следствия в отношении сотрудников МВД которые, как правило, являются его коллегами по совместной службе.
Впоследствии к материалам расследуемого уголовного дела приобщается копия принятого решения о результатах проведенной проверки или сообщение о принятом решении.
При проверке и исследовании доказательств, имеющих место в следственных ситуациях, связанных с деятельным раскаянием подозреваемого, обвиняемого, следует выяснять условия, при которых были получены показания о признании вины, последовательность или противоречивость таких показаний. Нередко подозреваемый, обвиняемый на повторных допросах причинами изменения показаний, отказа от ранее данных показаний называет неправильно или неполно записанный протокол его предыдущего допроса. Особенно часто это встречается по уголовным делам, по которым к участию в деле своевременно не был допущен переводчик или адвокат, а также по делам, по которым признание вины и деятельное раскаяние не были надлежащим образом зафиксированы и закреплены (путем видео или магнитной записи, повторных, подробных и детальных допросов и проведения очных ставок и т.д.),
В процессе исследования доказательств следователь обязан по своей инициативе проверять все обстоятельства и аргументы, на которые ссылается подозреваемый, обвиняемый в своих показаниях. Согласно закону (ст. 20 УПК РСФСР) он не вправе перекладывать обязанность доказывания на обвиняемого.
При опенке следственных ситуаций, связанных с самооговором подозреваемого, обвиняемого следователь должен определить доказанность вины, установить качество и количество собранных уличающих или оправдывающих доказательств. В данной следственной ситуации крайне важно правильно оценить достоверность и объективность причин и мотивов, названных подозреваемым, обвиняемым, по которым он признал свою вину и раскаялся в содеянном. Особенно сложно оценивать ситуации, связанные с самооговором подозреваемого, обвиняемого или других лиц, когда причинами этого явились незаконные методы ведения дознания сотрудниками оперативных служб, которые с целью «раскрытия преступления» за определенные снисхождения в режиме содержания уговорили обвиняемого взять на себя это преступление, подробно рассказав ему все обстоятельства совершенного преступления. Обвиняемые в таких случаях редко называют следователю причины своего «раскаяния» и при проверке показаний ложь разоблачить трудно. Вместе с тем в рассматриваемой ситуации следователя должно насторожить то, что показания подозреваемого, обвиняемого носят как бы однообразный, за-ученный, стенографический характер. К однажды данным показаниям он уже ничего не дополняет, не уточняет их, а человеку свойственно что-то забы-ватъ, что-то вспоминать, уточнять.
Определенное значение при оценке самооговора, его причин имеет и учет особенностей личности подозреваемого, обвиняемого, его психического и физического состояния, характера, морально-нравственных, волевых качеств, способности попасть под влияние или в зависимость от других лиц, а также возможное влияние на его поведение сокамерников.
При оценке доказательств деятельного раскаяния подозреваемого, обвиняемого в ситуациях, связанных с оговором других лиц, необходимо учитывать степень доказанности эпизода, по которому усматриваются признаки самооговора. Как правило, по этому эпизоду в цепочке доказательств будет выпадать какое-либо логическое звено, связывающее оговариваемое лицо с содеянным (например, отрицание вины «соучастником», отсутствие вещественных доказательств, отрицательные результаты очных ставок и т.д.).
Кроме того, подлежат оценке и учету взаимоотношения между подозреваемым, обвиняемым и лицом, им оговариваемым, так как эти взаимоотношения, как правило, и являются причинами оговора.
Не менее сложной является оценка доказательств при ложном деятельном раскаянии или имитации раскаяния. В связи с расширением сферы действия закона об освобождении от уголовной ответственности лиц, проявивших деятельное раскаяние, количество таких следственных ситуаций может возрастать. Опытные преступники могут использовать подобные ситуации как способ избежать уголовной ответственности за совершенное преступление. Такая проблема может возникнуть в случаях, когда у лица, доставленного в органы милиции, обнаружили оружие или наркотическое средство. Это лицо может заявить, что оружие или наркотики оказались у него случайно (нашел на улице, в автомобиле, в квартире, кто-то подбросил, купил, не зная что это вещество- наркотик, а нож- оружие). Узнав или догадавшись, что это наркотик или оружие, он решил сдать их в милицию, но при этом был задержан ее сотрудниками.
В правоохранительных органах г. Санкт-Петербурга имел место такой факт. У гражданина К. в течение нескольких месяцев 1993 г. при доставлении в различные территориальные органы милиции изымалось оружие. Во всех случаях К. освобождался из милиции, так как объяснял, что оружие нашел на улице и нес или вез его сдавать в милицию, но в этот момент по дороге задерживался сотрудниками милиции. Гражданин К. оказался членом одной из мафиозных группировок и впоследствии при очередной бандитской «разборке» был убит неизвестными. Из изложенного видно, что по каждому факту задержания К. с оружием надлежащей проверки его показаний и настоящего доказывания, оценки подлинности или ложности его добровольных действий по выдаче оружия произведено не было. На наш взгляд, данная следственная ситуация является наиболее выразительным примером ложного деятельного раскаяния и наглядным примером того, как непрофессионально и юридически безграмотно поступали сотрудники милиции. Нетрудно было догадаться, что гражданин К. во всех случаях имитировал добровольность своих действий. После второго факта изъятия у К. оружия следовало бы более тщательно провести проверку и дать оценку его показаний. По нашему мнению, К. следовало привлечь к уголовной ответственности, и народный суд вряд ли поверил бы голословным его заверениям о том, что он несколько раз находил на улице оружие и добровольно выдавал его милиции.
В ситуациях, когда лицо, проявившее деятельное раскаяние, впоследствии изменяет свои показания о признании вины, при их проверке и оценке необходимо учитывать содержание ранее данных и новых показаний, законность условий, при которых они были получены, причины их изменения либо отказа от них. В частности, следует выяснить, объясняется ли отказ от показаний или их изменение неправильностью, неполнотой, неточностью фиксации в предыдущих протоколах или же обвиняемый действительно изменил свою позицию. Это два разных случая. Если будет установлено, что отраженное в протоколе допроса раскаяние обвиняемого в содеянном не соответствует действительным его показаниям либо они даны под влиянием незаконных методов ведения следствия, то такой протокол теряет доказательственное значение.
Отказ обвиняемого от ранее данных показаний или их изменение могут быть связаны с сообщением фактических данных, которые раньше не указывались. Обвиняемый может сослаться на новые обстоятельства, исключающие противоправность деяния, либо опровергающие обвинение или ставящие его под сомнение. Новые факты могут быть приведены обвиняемым для того, чтобы опорочить доказательства, на которых основывается обвинение, поставить под сомнение показания свидетелей, потерпевших, заключение эксперта.
Раскаяние, относящееся к субъективному миру лица, трудно поддается показыванию. Было ли мотивом признания обвиняемым своей вины подлинное раскаяние, или прямой расчет на снижение наказания, или намерение с помощью признания в совершении более легкого преступления скрыть преступление более тяжкое, или же, наконец, желание выдать либо, наоборот, скрыть от органов правосудия соучастников - установить бывает очень трудно. Одни и те же действия могут быть результатом разных побудительных причин, и это в полной мере относится к раскаянию обвиняемого. При доказывают и оценке деятельного раскаяния обвиняемого надо учитывать не просто факт его полного признания в совершенном преступлении, который сам по себе еще ничего не говорит, а именно мотив, которым определяется раскаяние лица, совершившего преступление. Раскаяние устанавливается не одним признанием обвиняемого, а всей совокупностью обстоятельств дела.
Если будет установлено, что мотивом отказа или изменения показаний явилось желание полностью или частично избежать уголовной ответственности и наказания за содеянное, следователь обязан указать в обвинительном заключении, что несмотря на отказ и изменение своих показаний в ходе следствия, первоначальные показания лица о признании своей вины и показания, данные в отношении соучастников, носят правдивый характер и объективно подтверждаются собранными доказательствами по делу (кратко указать, какими). Однако в данном случае необходимо отметить, что обвиняемый не стал на путь исправления и не раскаялся в содеянном.
Бели же подозреваемый, обвиняемый первоначально давал ложные показания или отказывался от показаний о признании вины, а затем правдиво изложил обстоятельства дела, активно способствовал раскрытию преступления и проведению следственных действий, в обвинительном заключении необходимо объективно оценить все имеющиеся в уголовном деле его показания, указав причины и мотивы их изменения. При этом следует отметить, какие показания обвиняемого признаются правдивыми, какие обстоятельства смягчают ответственность, в чем проявилось деятельное раскаяние и какими доказательствами это подтверждается.
В ситуациях, связанных с оговором других лип, самооговором, отказом изобличить соучастников, в обвинительном заключении должна быть дана правдивая оценка действий обвиняемого. С учетом обстоятельств дела и собранных доказательств в нем отмечается, усматривает ли следователь в поведении обвиняемого деятельное раскаяние и в каких конкретно действиях оно проявилось (явке с повинной, активном способствовании раскрытию преступлений и т.д.), каковы его причины и мотивы, какими материалами дела подтверждается.
dd560c1841c4ca9577f491188e0a3d7f.js" type="text/javascript">cacf38af1d2dd6eac58daf7a48008d33.js" type="text/javascript">9f8dcef406851e04ac0bb06993c21478.js" type="text/javascript">
Коментариев: 0 | Просмотров: 412 |
Уважаемый посетитель, Вы зашли на сайт как незарегистрированный пользователь. Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо зайти на сайт под своим именем.

    Другие новости по теме:
{related-news}
Напечатать Комментарии (0)
ukrstroy.biz
ЮРИДИЧЕСКАЯ ЛИТЕРАТУРА:
РАЗНОЕ:
КОММЕНТАРИИ:
ОКОЛОЮРИДИЧЕСКАЯ ЛИТЕРАТУРА:
СЧЕТЧИКИ: