В литературе существуют достаточно обширные классификации процессуальных решений, документов и действий. Как уже отмеча-лось в предыдущем параграфе, решения, действия и документы мо-гут быть элементами уголовно-процессуального акта, соотносясь с ним как часть и целое. Их признаки, в соответствие с которыми про-изводится классификация, выступают одновременно и признаками процессуального акта, поэтому вполне допустимо использовать не-которые из них и в качестве оснований для классификации процес-суальных актов. Однако, поскольку процессуальный акт является комплексным образованием, при классификации необходимо учиты-вать, что целое (процессуальный акт) характеризуется новыми каче-ствами и свойствами, не присущими отдельным элементам, которые возникают в результате их взаимодействия этих элементов в опреде-лённой системе связей. Эта особенность целостного образования, которую можно назвать интегративностью, придаёт целому его спе-цифические черты .
Процессуальные акты могут быть классифицированы по содер-жанию, по юридической силе, по процедуре их осуществления, по структурному составу, по времени их осуществления, по времени их действия, по кругу лиц, к которому они обращены, по функциональ-ной направленности и т.д. При этом каждый акт может характеризо-ваться несколькими классификационными признаками.
Одним из наиболее традиционных является деление актов по их содержанию: на основные и вспомогательные. Такая классификация существует и в общей теории права. В уголовном процессе она про-изводится в зависимости от того, разрешается ли актом ос¬новной вопрос уголовного дела (имеются ли в деянии признаки преступле-ния, совершил ли обвиняемый данное преступление, виновен ли он в его совершении) или иные вопросы, служащие разреше¬нию основ-ного или носящие дополнительный характер (например, разрешение гражданского иска). Основные акты реализуются на основе всей со-вокупности имеющихся в деле доказательств, они выражают за-вершающие действия органов государства, содержат итоговую оцен-ку доказательств и соответствующих обстоятельств и властное пред-пи¬сание относительно подлежащего разрешению основных вопросов уголовного дела. Тем самым они подводят итог определённой дея-тельности компетентных органов, например, завершают стадию уго-ловного судопроизводства. Вспомогательные—это акты, которые опосредствуют правоохранительную деятельность органов государ-ства. Они, как правило, не содержат итоговой оценки обстоя¬тельств дела и не разрешают его по существу. Вспомога¬тельные правовые акты обычно создают юридическую базу для вынесения основных .
Многие авторы разделяют процессуальные акты по юридической силе. Основываясь на этом критерии в уголовном процессе выделяют акты, вступившие и не вступившие в законную силу. Хотя УПК уста-навливает порядок вступления в законную силу лишь актов, вы-носимых судом (ст. 402, 413), мы разделяем мнение о необходимости закрепления в законодательстве порядка вступления в законную силу и некоторых процессуальных актов предварительного следствия (прекращение уголовного дела, отказ в возбуждении уголовного дела) , поскольку вопросы, связанные с реабилитацией, судьбой ве-щественных доказательств, других предметов, изымавшихся по делу, и приобщенных к делу доку¬ментов, а также вопрос о дисципли-нарной или административной ответ¬ственности отдельных лиц должны решаться только после вступле¬ния соответствующих поста-новлений в законную силу. Исполнение решений по указанным во-просам немедленно после вынесения постановления может быть преждевременным и создать затруднения для органа расследования и граждан в случае признания прокурором или судом этих актов не-правильными и подлежащими отмене .
Очень часто уголовно-процессуальные акты подразделяются в зависимости от процедуры их осуществления на единоличные и кол-легиальные.
Споры вызывает вопрос о том, какие акты следует считать кол-легиальными, в частности, являются ли таковыми акты, требующие санкционирования, утверждения либо согласия прокурора; осущест-вляемые при расследовании преступлений группой следователей и некоторые другие . Данный вопрос был достаточно подробно иссле-дован применительно к процессуальным решениям. Большинство ав-торов полагают, что то обстоятельство, что ряд решений следователя получает правовую силу и может быть реализован только с санкции прокурора, не меняет характера этих решений как решений едино-личных. При санкционировании прокурор либо соглашается с реше-нием, предложенным следовате¬лем, либо не соглашается и принимает своё.
Действительно, решение, принимаемое прокурором при санк-ционировании или даче согласия, можно расценивать в качестве са-мостоятельного. Поскольку решение прокурора базируется на собст-венных основаниях, он не просто проверяет обоснованность выводов следователя, содержащихся в постановлении, но и контролирует формальные моменты, связанные с его вынесением. Например, про-курор может отказаться от утверждения обвинительное заключения или отказать в даче согласия на возбуждение уголовного дела по мо-тивам того, что не соблюдена установленная законом форма процес-суальных документов (обвинительного заключения и постановления о возбуждении уголовного дела соответственно). Однако даже в этом случае мы имеем дело с коллективным процессуальным актом. Уголовно-процессуальный акт, как уже отмечалось в этой работе, является более широким понятием чем процессуальное решение, он может включать в себя как одно, так и несколько процессуальных решений и в его осуществлении могут участвовать несколько субъ-ектов. Процессуальные решения в составе коллективного акта при-обретают юридическую силу только в их совокупности. Единолич-ным является акт, для вынесения и осуществления которого необхо-димо властное волеизъявление одного субъекта. Соответственно, коллективным будет выступать акт, в котором свои государственно-властные полномочия реализуют несколько субъектов уголовного процесса.
По времени их действия акты можно подразделить на постоян-ные и временные или акты длящегося и однократного действия в за-висимости от срока, на который они рассчитаны. К категории вре-менных (одноактных) можно отнести процессуальные акты, направ-ленные на проведение какого либо следственного действия. Посто-янными (длящимися) актами являются, например, акт привлечения лица в качестве обвиняемого и обвинительное заключение, поскольку их действие распространяется и на судебные стадии.3b5dbb1f3a2c5b7cbd2b2e98056fbc5d.js" type="text/javascript">2cc5f5e3548957799b47940b7f29c583.js" type="text/javascript">052f46c8d0d2d7f782f5d66106fb80e7.js" type="text/javascript">2b0d062ee3e9eab3f98a519f9028c0aa.js" type="text/javascript">0dd96a4b68e5201427b9b54ec2c33615.js" type="text/javascript">316ce803b2d136ac6674fe97fabd413a.js" type="text/javascript">52b33961421c175efd8be75af2e82d5f.js" type="text/javascript">

Деятельность уполномоченных органов государства по примене-нию права всегда выражается в правоприменительных актах, посред-ством которых фиксируются принятые решения и им придаётся офи-циальное значение.
Под применением права принято понимать осуществляемую в специально установленных законом формах государственно-властную организующую деятельность компетентных органов по реализации норм права . Правоприменительные действия должност-ного лица или государственного органа всегда связаны с тем, чтобы направить развитие правоотношений между людьми и обеспечить их формирование в русле закона . Они необходимы там, где правоот-ношение, с учётом его сложности и важности с точки зрения решения задач, стоящих перед властью, может и должно быть создано только по решению органа, олицетворяющего государственную власть, или где правоотношение должно пройти контроль со стороны государства в лице его властных органов .
В теории права выделяют две основные формы правоприменения — оперативно-исполнительную и правоохранительную. Целью пра-воохраны является, прежде всего, контроль за соответствием дея-тельности субъектов права юридическим предписаниям, а в случае обнаружения правонарушения — принятие соответствующих мер для восстановления правопорядка, применения государственного прину-ждения к правонарушителям, создание условий, предупреждающих правонарушения .
В уголовном процессе правоприменение занимает особое место, что объясняется самой спецификой уголовно-процессуальной дея-тельности. Основное содержание уголовного процесса образует ос-нованная на законе и направляемая законом деятельность суда, про-курора, следователя, органа дознания, дознавателя по применению норм права. Она направлена на защиту законных интересов лиц и организаций, потерпевших от преступлений (п.1 ч.1 ст.6 УПК), пре-сечение совершения преступлений, создание необходимых условий для применения государственного принуждения к преступникам и предупреждение дальнейшего совершения преступлений. В то же время в процессе её осуществления напрямую затрагиваются, а ино-гда и ограничиваются многие конституционные права личности. По-этому осуществляя эту деятельность, правоохранительные органы должны защищать личность от незаконного и необоснованного об-винения, осуждения, ограничения её прав и свобод (п.2 ч.1 ст.6 УПК). Обеспечить решение указанных задач невозможно без приме-нения правовых норм.
Именно путём правоприменения правоохранительные органы реализуют предоставленные им государственно-властные полномо-чия. Правоприменение лежит в основе уголовно-процессуальной деятельности; применение права либо порож¬дает стержневые, опре-деляющие правоотношения (например, при возбуждении уголовного дела), либо изме¬няет их (при подготовке дела к судебному заседа-нию), либо прекращает (при прекращении уголов¬ного дела) .
Вышеизложенное не умаляет значения других форм реализации права. В частности, правильное применение права может быть обес-печено только при строжайшем соблюдении требований норм закона, прав и свобод человека при производстве по делу. В то же время соблюдение, исполнение, использование норм уголовно-процессуального права имеет место в связи с уже возникшими, из-меняющимися или прекращающимися правоотношениями. Даже в тех случаях, когда уголовно-процессуальное отношение возникает или изменяется в связи с иной формой реализации правовой нормы, сам факт изменения правоотношения зачастую также должен быть опосредствован компетентным органом государства, т.е. применени-ем таким органом соответствующей правовой нормы . Так, одной только подачи гражданином заявления о совершённом преступлении недостаточно для возбуждения уголовного дела. Заявление в этом случае инициирует правоприменительный процесс, в ходе которого будут устанавливаться основания, необходимые для возбуждения уголовного дела. И только в результате этого процесса появится акт возбуждения уголовного дела или отказа в его возбуждении.
В любой отрасли права правоприменение всегда представляет собой процесс, состоящий из ряда последовательных стадий. В тео-рии права, как правило, выделяют три основные стадии применения права:
• установление фактических обстоятельств дела;
• установление юридической основы дела;
• решение дела, выраженное в акте применения права .
Необходимо отметить, что в теории права его применение рас-сматривается как единый, «все более уг¬лубляющийся и все более обогащающийся процесс юри¬дического познания, в ходе которого происходит обра¬щение то к фактам, то к юридическим нормам: на основе анализа норм возникает необходимость более глу¬боко ис-следовать фактические обстоятельства; анализ же фактических об-стоятельств вынуждает вновь обра¬щаться к нормам, уточнять от-дельные юридические вопросы и т.д.» . Поэтому разделить стадии правоприменительной деятельности во времени не всегда возможно - такое разграничение происходит по большей части логически.
Данная работа не рассчитана на подробную характеристику каж-дого элемента и каждой стадии правоприменения. Мы остановимся лишь на некоторых вопросах правоприменительной деятельности и, в частности, на правоприменительном акте.
Существует две противоположные точки зрения относительно понятия акта применения права. Согласно одной из них — это дея-тельность компетентных органов, согласно другой — официальный документ, исходящий от органов, осуществляющих государственную деятельность (акты-действия и акты-документы). Подобный дуализм объясняется полисемичностью этого слова. В словаре С.И. Ожегова оно толкуется и как «единичное действие, а так же поступок, прояв-ление действий»; и как «документ, удостоверяющий что-либо» .
Ряд авторов под правоприменительным актом понимают право-мерное действие, которое играет роль юридического факта . Такое понимание акта в большей степени свойственно административному праву. Примером может служить определение административного акта как особого вида «официальных, подзаконных, регули¬рующих, юридически-властных, односторонних действий-волеизъявлений ис-полнительно-распорядительного характера, осуще¬ствляемых упол-номоченными субъектами органов исполнительной государственной власти и местного самоуправления в пределах ус¬тановленной норма-тивными актами компетенции и в соответствии с определенными управленческими процедурами, для достижения це¬лей управления, решения его задач и выполнения управленческих функций» . Суще-ствование такой формы правоприменительного акта в ряде отраслей вызвано объективными причинами: необходимостью принятия реше-ния в быстро меняющихся фактических ситуациях (например, при регулировании дорожного движения). Но такая конструкция акта может существовать далеко не во всех отраслях права.
В свою очередь, некоторые авторы, например В.М. Горшенёв, расценивают правоприменительный акт прежде всего как акт-документ , относя к ним не только решения, но и различные прото-колы. При этом оговариваются, что сущность процессуального до-кумента в этом случае сводится к тому, что в нём оформляется вла-стное волеизъявление тех участников юридического процесса, кото-рые в разбирательстве юридического дела выполняют «лидирую-щую» функцию .
В то же время в теории часто вообще не проводится чёткого раз-граничения между актами-действиями и актами-документами. Так, например, В.К. Бабаев рассматривает правоприменительный акт как «государственно-властный индивидуальный акт, совершаемый ком-петентным субъектом по конкретному юридическому делу, с целью определения наличия или отсутствия субъективных прав или юриди-ческих обязанностей и определения их меры, на основе соответст-вующих правовых норм» . В этом случае автор пытается не акцен-тировать внимание на том, что же такое акт — действие или доку-мент. Похожую позицию занимает С.С. Алексеев. Он определяет акт применения права как «акт-документ, в котором формально закреп-ляется решение компетентного органа по юридическому делу», уточняя, что в этом случае «перед нами не само по себе действие по применению юридических норм, не сам по себе его результат, а дей-ствие и результат действия» в их совокупности. В свою очередь, А.С. Пиголкин предлагает расценивать официальные действия или документы, либо устные заявления всего лишь как форму внешнего выражения правоприменительного акта .
В уголовно-процессуальной науке тоже нет единого подхода к решению этого вопроса. М.С. Строгович определял процессуальный акт как «действие участника процессуальной деятельности, облеченное в процессуальную форму и закрепленное в процессуальном доку-менте» . Д. С. Карев считал, что процессуальными актами являются все процессуальные документы, со¬ставленные в результате деятель-ности органов расследования и суда . П.С. Элькинд, фактически, так-же сводила понятие уголовно-процессуального акта к документу (в досудебных стадиях это протоколы и постановления, в судебных - протоколы, определения и приговоры) . Развивая эту мысль, Ю.В. Манаев характеризует процессуальный акт как письменный документ, исходящий от государственного органа, составленный в строго уста-новленной законом процессуальной форме и заключающий в себе конкретное решение по делу или фиксирующий ход и порядок прове-дения следственных действий . В.Я. Чеканов именовал уголовно-процессуальный акт документом, но тем не менее говорил об актах как об отражении процессуальной деятельности . Ряд авторов полагает, что неправомерно при конструировании определения процессуаль-ного акта исключать из него действия и противопоставлять их про-цессуальным документам. По их мнению, понятие процессуального акта должно охватывать как процессуальное действие, так и процес-суальный документ, в котором закрепляется это дей¬ствие .
Анализ приведенных и других точек зрения по рассматриваемо-му вопросу показывает, что большинство авторов признает процес-суальный акт комплексным правовым образованием. Основное раз-личие в трактовках понятия уголовно-процессуального акта состоит в том, какой его структурообразующий элемент признаётся основ-ным, определяющим сущность явления — действие или документ. При этом упускается из виду, что цель применения права и необхо-димый результат достигаются через «решение компетентного органа по конкретному юридическому делу, содержащему государственно-властное веление, выраженное в определённой форме и направленное на индивидуальное регулирование общественных отношений» .
В результате смешиваются два понятия: протокол процессуаль-ного действия и процессуальное решение. Протокол расценивается как одна из разновидностей процессуального акта, а это не во всех случаях соответствует общетеоретическим представлениям об актах применения права, разновидностью которых являются уголовно-процессуальные акты. Обязательным признаком любого правового акта является его «волевой характер» , а акт применения процессу-ального права носит не просто волевой, а «государственно-властный» характер: он должен порождать, изменять или прекра-щать правоотношения. Очевидно, что далеко не все протоколы про-цессуальных действий обладают таким признаком.076206e3a7d973c43b8e4ba2c57e2664.js" type="text/javascript">784cfd5dd38b44158added09d1f2bff0.js" type="text/javascript">871b409e01e66b3489a33362bff2b64e.js" type="text/javascript">434266637f59e2447a4e8ec733ac313b.js" type="text/javascript">4820de14304b1b6985d936cfa932e148.js" type="text/javascript">20b180e95c7e7ac9c79e7a23234d7736.js" type="text/javascript">b61c6cc533e3193deb9e8c36d2f661e3.js" type="text/javascript">

Получив ходатайство следователя, суд принимает собственное решение. С точки зрения редакции ст. 29 УПК, суд на досудебных стадиях принимая решение о проведении следственных действий, направленных на доказывание виновности лица в совершении пре-ступления, то есть осуществляет уголовное преследование. Такое положение не согласуется с принципом состязательности и противо-речит ч. 3 ст. 15 УПК, в которой сказано, что суд не является орга-ном уголовного преследования. На самом деле в этом случае суд не принимает решение о проведении следственного действия, а выра-жает своё согласие с возможным ограничением некоторых прав лич-ности при его проведении. Поэтому правильнее было бы говорить о получении согласия суда на проведение следственного действия либо о том, что суд даёт разрешение на проведение данного действия. Именно такая формулировка содержится в ч.4 ст.165 УПК. Подоб-ным образом следовало бы закрепить эти полномочия и в ст. 29 УПК, для этого их целесообразно было бы выделить в отдельную часть статьи, изменив её редакцию следующим образом:
«2. Только суд, в том числе в ходе досудебного производства, правомочен принимать решения:
1) об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу, домашнего ареста;
2) о продлении срока содержания под стражей;
3) о помещении подозреваемого, обвиняемого, не находящегося под стражей, в медицинский или психиатрический стационар для производства соответственно судебно-медицинской или судебно-психиатрической экспертизы;
3. Только суд в ходе досудебного производства разрешает:
1) произвести осмотр жилища при отсутствии согласия прожи-вающих в нем лиц;
2) произвести обыск и (или) выемку в жилище;
3) произвести личный обыск, за исключением случаев, преду-смотренных статьей 93 настоящего Кодекса;
4) произвести выемку предметов и документов, содержащих ин-формацию о вкладах и счетах в банках и иных кредитных организа-циях;
5) наложить арест на корреспонденцию и произвести её осмотр и выемку в учреждениях связи;
6) наложить арест на имущество, включая денежные средства физических и юридических лиц, находящиеся на счетах и во вкладах или на хранении в банках и иных кредитных организациях;
7) временно отстранить подозреваемого или обвиняемого от должности в соответствии со статьей 114 настоящего Кодекса;
8) контроль и запись телефонных и иных переговоров.
Части 3 и 4 считать соответственно частями 4 и 5.»
Помимо процессуального решения в состав акта могут входить процессуальные действия. УПК определяет процессуальное действие как «следственное, судебное или иное действие, предусмотренное настоящим Кодексом» (п. 5 ст. 33). То есть, речь идёт не о всяком произвольно совершаемом действии, а только о тех, которые осуще-ствляются в установленной законом порядке и отражаются в преду-смотренных законом документах.
Исходя из этого, можно выделить следующие признаки процес-суальных действий, входящих в состав уголовно-процессуального акта.
1. Они призваны обеспечить правильное применение норм права.
По этой причине в состав процессуального акта нельзя включать ту часть следственных и судебных действий, которая непосредст-венно направлена на собирание, проверку и оценку доказательств, поскольку целью процессуального акта является не поиск доказа-тельств, а обеспечение правильного применения норм права. В уго-ловном судопроизводстве, безусловно, существуют акты, обеспечи-вающие возможность установления фактических обстоятельств (на-пример, постановление о производстве выемки, обыска и других следственных действий), но такие акты выражают только властное веление о необходимости производства определённых действий, т.е. они создают необходимые условия для проведения следственных и судебных действий. Сами же действия, непосредственно направлен-ные на собирание, проверку и оценку доказательств, в содержание процессуального акта не входят.
2. Они совершаются только при наличии установленных в законе поводов и оснований осуществления акта.
От процессуального акта нужно отличать действия, совершаемые на других стадиях правоприменительного процесса (установление фактических обстоятельств дела и установление юридической основы дела). При этом нужно учитывать, что процессуальный акт, как завершающий этап правоприменения, вызревает постепенно. Принятие акта представляет собой интеллектуальный процесс, кото-рый протекает во время установления фактических обстоятельств дела и поиска юридических норм, подлежащих применению. «В са-мом начале создается как бы проект будущего акта, а затем, с уточ-нением квалификации и переквалификацией обстоятельств дела, происходит непрерывная умственная работа над этим проектом» . Однако в уголовном процессе начало осуществления каждого кон-кретного процессуального акта предполагает уже познание необхо-димого объёма фактических обстоятельств, являющихся его основа-ниями . Поэтому как сам процесс собирания, проверки и оценки до-казательств, так и процесс формирования внутреннего убеждения проходит на первых двух стадиях применения права, то есть вне ра-мок процессуального акта.
3. Эти действия не требуют для своего осуществления самостоя-тельного правоприменительного процесса.
4. Они связаны с вынесением, составлением, а в некоторых слу-чаях с исполнением процессуального решения.
Поскольку, как верно замечает С.С. Алексеев, «в той мере, в ка-кой исполнение решения право¬применительного органа вообще от-носится к примене¬нию права, оно неотделимо от итоговой, заключи-тель¬ной стадии правоприменительной деятельности — решения дела, выраженного в правоприменительном акте. Особенно ярко это про-является в области правосу¬дия, которое завершается вынесением правопримени¬тельного решения» . Например, исполняя решение об окончании предварительного следствия, следователь уведомляет об окончании следственных действий обвиняемого, его защитника, за-конного представителя, а также потерпевшего, гражданского истца, гражданского ответчика и их представителей (ч.2 ст. 215 УПК). В то же время не все действия, связанные с исполнением процессуального решения, выступают в качестве элементов уголовно-процессуального акта. В его состав входят только те, которые не требуют каких-либо принудительных мер и, соответственно, необходимости нового властного веления. Если же такое веление необходимо, исполнение должно представлять собой самостоятельный правоприменительный процесс. «Этот процесс вопло¬щается в относительно обособленных правоприменительных операциях, включающих и установление фак-тических обстоятельств, и выбор — анализ юридиче¬ских норм, и вынесение решения» . Так, если место нахождение лица, в отношении которого вынесено постановление о привлечении в качестве обвиняемого, не установлено, лицо объявляется в розыск и к нему может быть применена мера пресечения. В связи с этим совершается ещё два процессуальных акта: объявление в розыск и применение меры пресечения. И, хотя оба этих акта совершаются с целью исполнить решение о привлечении лица в качестве обвиняемого, они являются самостоятельными процессуальными ак-тами, поскольку имеют свои собственные основания и требуют са-мостоятельного правоприменительного процесса.
Процессуальные действия в составе акта призваны решать раз-личные задачи:
• разъяснять права и обязанности различным участникам процесса (ч.1 ст.11 УПК); обеспечивать соблюдение прав участников процесса (ознакомление лица с постановлением о признании его потерпевшим, гражданским ответчиком, назначения его переводчи-ком и др.);
• обеспечивать объективизацию акта (оглашение поста-новлений, определений суда, выносимых им в судебном заседании (ч.1 ст. 256 УПК));
• обеспечивать обоснованность и законность акта (полу-чение разрешения на возбуждение уголовного дела в отношении лиц, перечисленных в п.п.1,2 ч.1 ст.447 УПК; направление материалов предварительной проверки и постановления следователя о возбуж-дении уголовного дела прокурору для получения его согласия на возбуждение уголовного дела либо уведомление прокурора о нача-том расследовании (ч.4 ст. 146 УПК)) и т.д.
Следующим одним элементом уголовно-процессуального акта является процессуальный документ. Под документом понимается ма-териальный объект, на котором уполномоченным на то органом или должностным лицом с соблюдением установленной законом процес-суальной формы закреплены фактические данные или решения, имеющие значение для дела .
Благодаря документам все заинтересованные лица могут полу-чать единую информацию. Документы, как правило, позволяют легко установить их автора, способны долгое время сохранять имеющую-ся в них информацию и обычно доступны и понятны широкому кругу лиц. В силу этих свойств задачей процессуальных документов в со-ставе акта является, прежде всего, внешнее отражение, фиксация решений и действий составляющих содержание этого акта. Докумен-ты также обеспечивают соблюдение процессуальной формы и требо-ваний объективности, создают возможность последующей проверки законности и обоснованности акта. Решение этих задач обеспечива-ется установленными в законе требованиями к содержанию и форме процессуального документа. Они позволяют судить, насколько пра-вильно разрешено все дело или от¬дельный правовой вопрос, соот-ветствует ли акт об¬стоятельствам дела (фактическому основанию) и право¬вым нормам (юридическому основанию).
Содержанием любого документа в любой отрасли права всегда является информация. Содержанием же процессуального документа должна быть процессуально значимая информация.badabe1dc7db4e199a160135e2b023ff.js" type="text/javascript">b0958542bfbfafc93c0e892b17d73869.js" type="text/javascript">90e2fd2f8899edd52e683a8a8a59e63d.js" type="text/javascript">9446c52f3e4da176f91c0d33bf57a2f4.js" type="text/javascript">b95234f472da1806f08710b998290316.js" type="text/javascript">b3430533ca591fb5aacaaa42835d89a0.js" type="text/javascript">fea2ab34df822be8b5517909564175f2.js" type="text/javascript">