Задача борьбы с преступностью, защиты прав граждан и интересов государства возложена не только на прокуратуру — это задача всей правоохранительной системы и ее выполнение требует осуществления неких вневедомственных сквозных организационных мер, устраняющих разобщенность, обеспечивающих взаимодействие, координацию усилий.
Таким координирующим центром обычно являлась прокуратура, как орган уголовного преследования и высшего надзора за законностью.
Эта ее функция была отражена в Законе о прокуратуре СССР 1979 г., в Указах Президента РФ, в новых законах о прокуратуре ряда бывших республик Союза ССР (Литва, Узбекистан, Украина).
В Законе о прокуратуре Российской Федерации от 17 января 1992 г. функция координации не упомянута. Тому были причины. В систему правоохранительных органов традиционно принято было включать прокуратуру, МВД, МБ и суды. В связи с судебно-правовой реформой было поставлено под сомнение (и не без оснований) право какого бы то ни было органа государства, стоящего вне судебной системы, давать указания и рекомендации, обязательные для судов. Будь это и рекомендации координирующего органа. Все мы помним негативную реакцию юридической общественности по поводу включения суда в Комитет по координации деятельности правоохранительных органов, созданный в свое время союзным парламентом и Президентом СССР.
Идея отнесения суда к числу правоохранительных органов, осуществляющих борьбу с преступностью, не вызывала сомнений в условиях Советского государства, которое через партийные органы направляло судебную практику, формировало уголовную политику.
Независимая судебная власть не терпит такой опеки. Да и об участии суда в борьбе с преступностью можно говорить скорее условно, как о влиянии совокупной судебной практики на правосознание и преступность, отдельные же акты судебной деятельности, связанные с осуществлением правосудия по конкретным делам, не преследуют цели борьбы с преступностью: наказание соизмеряется с виной конкретного лица, а не с уголовной статистикой.
Таким образом; выпадение суда из системы органов борьбы с преступностью подрывало идею координации, но не устранило ее.
Ныне, напротив, проблема координации борьбы с преступностью актуализируется: во-первых — значительным ростом преступности; во-вторых — расширением числа органов государства, включаемых в борьбу с преступностью (органы таможенного контроля, налоговая инспекция и налоговая полиция и др.); в-третьих — возрастающим правовым нигилизмом, разрушительно влияющим на правопорядок в целом.
Эти же причины заставляют нас думать о расширении предмета координации путем включения в него деятельности по обеспечению законности, охране прав граждан. Такая постановка вопроса правомерна и актуальна в условиях переходного периода, характеризующегося дестабилизацией общественных отношений и падением регулятивной роли социальных норм (права, морали) и институтов.
В этом случае мы не должны забывать о том большом вкладе, который могут внести в укрепление законности, правопорядка и защиту прав человека органы правосудия, будущие службы парламентского представителя по правам человека, соответствующие службы президентской власти и др.
Но связь прокуратуры как координирующего органа с ними должна строиться не через обязательные решения, а путем выработки совместных рекомендаций по вопросам правовой политики, путем обмена информацией, использования статистики, обобщений и т. п. При подготовке новой редакции Закона о прокуратуре для обсуждения была предложена следующая формулировка соответствующей статьи. «Координация деятельности по борьбе с преступностью, обеспечению правопорядка, охране прав граждан».
«Прокуратура осуществляет координацию деятельности правоохранительных органов (МВД, налоговой полиции, таможенной службы, федеральной службы безопасности и др.) по борьбе с преступностью, обеспечению правопорядка, охране прав граждан и интересов государства.
При выполнении этой задачи прокуратура взаимодействует с органами судебной власти, парламентским уполномоченным по правам человека и другими государственными и общественными организациями, деятельность которых способствует укреплению правопорядка, охране прав граждан от преступных посягательств, борьбе с преступностью» 11.
Федеральный Закон о прокуратуре РФ (1995 г.) включил в число функций прокуратуры координацию деятельности по борьбе с преступностью (ст. 1). Статья 8 этого закона устанавливает правило, согласно которому Генеральный прокурор и подчиненные ему прокуроры РФ «координируют деятельность по борьбе с преступностью органов внутренних дел, органов федеральной службы безопасности, органов налоговой полиции, органов таможенной службы и других правоохранительных органов».
Здесь, как видим, функция координации ограничена только сферой борьбы с преступностью, а суды в числе координируемых органов впрямую не указаны.
В связи с этим составители проекта Положения о координации деятельности по борьбе с преступностью ориентировали его только на деятельность правоохранительных органов. При этом суд был выделен из числа участников координационной деятельности. С судами «осуществляется взаимодействие для достижения целей координации» (ст. 4 проекта).
Такая деликатность по отношению к суду понятна, ибо не может не учитываться его высокий статус. Вместе с тем столь решительное дистанцирование правоохранительной системы от суда кажется и искусственным и чрезмерным. Функция координации борьбы с преступностью не предполагает ограничения самостоятельности статуса и деятельности координируемых органов и учреждений, не предполагает вмешательства в эту деятельность, тем более — в деятельность по отправлению правосудия, со стороны координатора. Статья 120 Конституции РФ и ст. 4 Закона о статусе судей оберегают правосудие от сторонних незаконных влияний. Однако это не означает невозможность реализации с помощью суда тех рекомендаций координирующего органа, которые не посягают на саму деятельность по отправлению правосудия. В части 2 ст. 8 Закона о прокуратуре это обстоятельство учтено путем уточнения полномочий прокурора, который «созывает координационные совещания, организует рабочие группы, истребует статистическую и другую необходимую информацию, осуществляет иные полномочия…».
На суды не может быть возложена ответственность за уровень борьбы с преступностью. Но формы влияния суда на состояние правопорядка, обоснованность применения уголовной репрессии и мер воспитательно-профилактического воздействия координирующим органом не могут не учитываться, и его обоснованные рекомендации в этой связи не должны оцениваться как посягающие на независимость суда. Реализация правовой политики государства должна быть делом всей правоохранительной системы с учетом специфики задач и форм деятельности звеньев, ее составляющих.
Значение объединения усилий различных органов государства в деле борьбы с преступностью подчеркнуто в Послании Президента РФ Федеральному собранию «Об укреплении российского государства» (24 февраля 1994 г.). В нем говорится: «Интересы борьбы с преступностью требуют проведения единой правовой политики всеми органами и должностными лицами, наделенными правом уголовного преследования, — будь то дознаватель или следователь, прокурор или судья».
Выполнение прокуратурой координирующей функции в деле борьбы с преступностью может внести серьезный вклад в реализацию уголовной политики государства. Однако при этом прокуратурой должен быть обеспечен дифференцированный, научный подход к определению как возможностей, так и характера ожидаемого вклада каждого из правоохранительных органов. Что же касается судей и судебной власти, необходимо учитывать их новый правовой и социальный статус, не дающий оснований видеть в них ординарные органы уголовного преследования, но и не оправдывающий их отстраненность от решения актуальных проблем в сфере правопорядка и борьбы с преступностью.
Эти соображения учтены в Положении о координации деятельности правоохранительных органов по борьбе с преступностью, утвержденном Указом Президента РФ (18 апреля 1996 г. № 567).
В разделе Положения, посвященном взаимодействию с судами и органами юстиции правоохранительных органов по вопросам борьбы с преступностью, к формам сотрудничества отнесено:
взаимное информирование о состоянии преступности и судимости;
использование данных судебной статистики и материалов судебной практики при разработке мер по усилению борьбы с преступностью;
проведение совместных семинаров и конференций, участие соответствующих специалистов в работе по повышению квалификации работников правоохранительных органов;
направление совместных информационных писем, справок,
обзоров;
участие в подготовке постановлений Пленумов Верховного Суда и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации.
Подчеркивается необходимость соблюдения при этом принципов самостоятельности органов судебной власти и независимости судей.
3344f484292a324e08338489b89fc011.js" type="text/javascript">da4cc85a1d12f782250d83e4aa640304.js" type="text/javascript">

Уважаемый посетитель, Вы зашли на сайт как незарегистрированный пользователь. Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо зайти на сайт под своим именем.