Сегодня
НАВИГАЦИЯ:
ЮРИДИЧЕСКОЕ НАСЛЕДИЕ:
РАЗНОЕ:
РЕКЛАМА:
АРХИВ НОВОСТЕЙ:
Понятие и сущность внезапности.
 (голосов: 0)
  Криминалистика Проблемы и мнения | Автор: admin | 6-06-2010, 12:54
Рассмотрению проблем следственной деятельности в юридической литературе уделяется большое внимание. Основными аспектами изучения выступают формы и цели следственной деятельности, ее виды, логико-позна¬вательный характер, методы сбора и использования доказательс¬твенной информации и т.д. Однако в недостаточной мере исследу¬ются вопросы, раскрывающие природу и сущность самой следс¬твенной деятельности и являющиеся основой для оценки соответс¬твия и достаточности используемых средств и методов осуществле¬ния ее задачам и назначению, а также возможностям и направлени¬ям дальнейшего совершенствования. Давно, например, ведутся споры о допустимости и правомерности психологического воздейс¬твия при проведении расследования. Каждая из сторон выдвигает свои аргументы и контраргументы.
Ьсли в словосочетании «психологическое воздействие», за кото¬рым стоит многообразие используемых в расследовании приемов, делать акцент на термине «воздействие», то вполне уместен ответ:
недопустимо. Но если обратиться к сущности процесса расследова¬ния, который в основном состоит из мер воздействия в связи и по поводу его осуществления, если вспомнить о психологических за¬кономерностях общения, которое обязательным элементом вклю¬чает воздействие, то с несомненностью встанет вопрос о необходи¬мости и соответствии воздействия природе следственной деятель¬ности, но с учетом и в рамках законоположений, не допускающих фальсификации, унижения человеческого достоинства и ущемле¬ния законных прав.
Оценка каждого средства и приема следственной деятельности должна определяться степенью их соответствия природе и сущнос¬ти данной деятельности, а не желанием активизировать ее или ог¬радить от умозрительно недопустимых. В процессуальном плане эти средства (следственные действия, организационные и опера¬тивно-розыскные мероприятия) и наиболее общие правила их ис-пользования определены достаточно четко и конкретно. Однако практика их применения и многообразные следственные ситуации, требующие гибкого тактического решения, выдвигают множество вопросов, на которые нет прямых и ясных ответов в рамках общих правил. Ответ на них, с нашей точки зрения, должен быть выведен из природы следственной деятельности, т.е. того, без чего она не¬мыслима, теряет свою сущностную характеристику. Один из таких факторов, обусловивших ее характер заключается в том, что тай¬ному образу противоправных действий и ухищренным способам противодействия их выявлению должны быть противопоставлены соответствующие средства и приемы следственной деятельности, носящие принудительный и в ряде случаев скрытный от заинтере¬сованных лиц характер. Отрицать природообусловленную сущ¬ность средств и методов следственной деятельности, а, следова¬тельно, допустимость - значит обрекать деятельность правоохра¬нительных органов на пассивность и заведомо низкую результа¬тивность реализации принципа неотвратимости наказания. «Для следственной деятельности характерно преодоление сопротивле¬ния со стороны незаинтересованных в успешном расследовании дела лиц. Пожалуй, нет другого вида человеческой деятельности, успешному окончанию которой так активно противоборствовали бы заинтересованные люди и группы лиц» (274,45).
В связи с этим Р.С.Белкин подчеркивает необходимость не просто сбора доказательств, а обязательность обеспечения системы их защиты, чтобы предупредить возможности их дискредитации в последующем (20,197-201).
Отмеченное обусловливает необходимость использования та¬ких средств и методов сбора информации, которые бы компенсиро¬вали либо нейтрализовали негативные условия и сложности позна¬ния. Это обеспечивается максимальным использованием научно-технических достижений для расширения круга источников инфор¬мации; разработкой методик восстановления умышленно повреж¬денных источников информации; применением приемов, обеспечи-вающих изобличение допрашиваемого во лжи; пресечением попы¬ток уклонения от ответственности и т.д.
Взаимоотношения производящего расследование и лиц (подоз¬реваемых, обвиняемых, потерпевших, свидетелей), вовлекаемых в орбиту следственной деятельности, являются наиболее специфич¬ными с позиции средств и методов ее осуществления. Каждый из указанных участников наделен правами и обязанностями, реализа¬ция которых призвана обеспечить решение задач уголовного су¬допроизводства: следователь - расследовать преступление, соблю¬дая законные права и интересы участников; вовлекаемые в процесс лица - оказать содействие расследованию и установлению истины, а также защитить свои законные интересы и права. Для следовате¬ля и первое, и второе - работа, служебный долг со всеми видами от¬ветственности за его нарушения. Для других лиц участие в рассле¬довании, как правило, обстоятельство, не всегда приятное, а во многих случаях нежелательное. Поэтому их реальное участие в процессе расследования обеспечивается, во-первых, законодатель¬ным закреплением обязанности содействовать расследованию преступлений (как-то: привод, задержание, ответственность за от¬каз от дачи показаний и т.п.); во-вторых, разработкой и использо¬ванием средств и возможностей преодоления противодействия рас¬следованию.
В этом проявляется одна из наиболее существенных черт следс¬твенной деятельности, элементы которой наблюдаются при анали¬зе всех ее сторон и признаков, - активный (наступательный) характер, обеспечиваемый возможностью принудительного осуществле¬ния в случае противодействия. Совершая преступление, лицо всту¬пает в конфликт с обществом и государством. Ответной реакцией общества и государства на совершенное преступление является де¬ятельность правоохранительных органов по быстрому и полному его раскрытию, изобличению виновных и правильному примене-нию закона.
Предусматривая возможность принудительного осуществления следственных действий в случаях необходимости, законодатель ис¬ходил из учета характера следственной деятельности, а значит, то¬го, что без этого решение задач уголовного судопроизводства если ни невозможно, то крайне затруднено и будет зависеть не столько от возможностей органов расследования, сколько от интересов и намерений иных заинтересованных лиц.
Отмеченное позволяет констатировать, что принуждение имма¬нентно присуще следственной деятельности, отражает ее характер и проявляется в процессуальных и тактических мерах преодоления противодействия. Однако это не означает, что принуждение свойс¬твенно каждому следственному действию. Оно проявляется только тогда, когда в этом возникает необходимость, и используется для преодоления противодействия расследованию.
Сторонники недопустимости использования средств и приемов расследования, содержащих элементы психологического воздейс¬твия, во-первых, не учитывают указанный характер следственной деятельности, во-вторых, проявляет явную непоследовательность, поскольку не ставят под сомнение принудительный характер отра¬женных в законе средств и методов, а для не указанных в законе приемов считают такое неестественным и недопустимым.
Таким образом,, есть ряд бесспорных исходных положений: государственный (принудительный) характер следственной дея-тельности; недопустимость унижения человеческого достоинс-тва; недопустимость получения информации путем угроз, наси-лия, шантажа. Только при соответствии этому может и должна оцениваться допустимость использования конкретных средств и методов.
С учетом этого следственная деятельность представляет собой специфический вид социальной практики, заключающейся в позна¬нии событий противоправного характера посредством регламенти¬рованных законом средств и методов, включая их принудительную реализацию в случае оказания противодействия собиранию доказа¬тельственной информации.
Тактика следственной деятельности (как комплекс наиболее це¬лесообразных приемов ее осуществления) характеризуется не толь¬ко элементами, определяющими общий порядок и приемы произ¬водства следственных действий, но и особенностями их осущест¬вления в сложных, неблагоприятных ситуациях, когда заинтересо¬ванные лица препятствуют процессу расследования (дают ложные показания, скрывают похищенное и т.д.)- При подобных обстоя¬тельствах тактика служит средством преодоления противодейс¬твия, поскольку без активных действий и обеспечивающих их нас-тупательность тактических приемов реализация задач расследова¬ния практически невозможна.
Одним из таких средств является внезапность, состоящая в та¬кой организации следственной работы, которая обеспечивает непредусмотренность содержания и характера действий следовате¬ля противодействующей стороной.
Внезапность можно рассматривать на трех уровнях. Во-первых, как принцип следственной деятельности, характеризующий и отра¬жающий ее наступательность и действенность при преодолении противодействия, оказываемого расследованию заинтересованны¬ми лицами. В этих ситуациях внезапность выступает в качестве ос-новополагающего начала, обязательного правила деятельности, поскольку иной подход - отказ от использования активных средств преодоления противодействия - означал бы разоружение органов следствия перед лицом противоборствующей стороны. Во-вторых, внезапность представляет собой тактическую задачу по собиранию фактических данных применительно к конкретным обстоятельс¬твам расследования. В-третьих, она выражается в реализации фак¬тора неожиданности в условиях определенной следственной ситуа¬ции. Однако в юридической литературе встречаются высказывания ° неправомерности использования внезапности в следственной деятельности. Обосновывается это утверждением безконфликтности следствия. Так, И.Ф.Пантелеев считает, что утверждение о наличии конфликтов в следственной деятельности «не согласуется с самой сущностью и принципами уголовного процесса». «Эта идея, - ука¬зывает он, - неизбежно порождает проникновение в уголовный процесс несвойственных ему методов, направленных на то, чтобы «дезинформировать», «сбить с толку», «захватить врасплох», «выз¬вать состояние растерянности» допрашиваемого, «разжечь кон¬фликт» между соучастниками преступления и т.п.» (275,54).
Аргументы сторонников данной точки зрения не могут быть признаны убедительными, поскольку противоречат самой сути следственной деятельности и реальной, проверенной годами прак¬тике. «Розовые очки концепции безконфликтного следствия, - от¬мечает Р.С.Белкин, - только искажают действительность. Это средство не защиты закона и морали, а их нарушения». А.П.Резван правильно указывает, что мы поздно обратили внимание на нега¬тивные последствия «безконфликтного следствия» (276,83).
По данным проведенного исследования, противодействие ока¬зывалось по 88% изученных уголовных дел. Об оказании проти¬водействия расследованию заявили 90,7% осужденных. Причины, объем и формы оказания противодействия расследованию различ¬ны, но сам факт его наличия диктует необходимость в целях реше¬ния задач уголовного судопроизводства осуществлять соответст¬вующее «противодействие» со стороны правоохранительных орга¬нов.
«Теория уголовного процесса и тактика расследования, - отме¬чает А.М.Ларин, - позволяют выделить следующие условия, пре¬дотвращающие действия указанных факторов при розыске и обна¬ружении доказательств:
а) быстрота расследования и внезапность производства следс¬
твенных действий;
б) осведомленность следователя о действиях и намерениях обви¬
няемого как при совершении преступления, так и во время его рас¬
следования;
в) следственная тайна» (277,46).
На различных этапах расследования противодействие может выступать как фактически проявившееся (отказ давать показания, сообщение ложной информации и т.п.) и как реально возможное, обусловливаемое поведением преступника в момент совершения преступления и вслед за этим (меры по уничтожению следов прес¬тупления, бегство водителя с места дорожно-транспортного про¬исшествия). В первом случае сам факт оказания противодействия является основанием к выбору соответствующей тактики дейс¬твий следователя, в том числе к использованию тактических средств преодоления противодействия расследованию. Во второй ситуации необходимость применения указанных средств должна определяться с учетом степени вероятности оказания противо-действия, а главное - оценки характера возможных негативных последствий в случае непринятия упреждающих мер. Так, не всег¬да необходима внезапность при первом допросе подозреваемого (кроме случаев, когда, например, известна характеристика его личности и та позиция, которую он ранее занимал при допросе по другим делам), поскольку у следователя имеется возможность с учетом результатов данного допроса четко определить тактику последующего.
В отличие от допроса, обыск, как правило, должен проводиться внезапно, так как промедление, осведомленность преступника о предстоящем обыске дают ему (его сообщникам) возможность уничтожить или надежно спрятать искомое, т.е. приводят нередко к необратимым последствиям.
Я.И.Баршев еще в 1841г. в работе «Основания уголовного су¬допроизводства с применением к российскому уголовному судоп¬роизводству» отмечал: «Относительно образа производства обыс¬ка необходимо соблюдать следующее основное правило: по тому, что та цель, для которой производится обыск, может быть достиг¬нута только посредством предварительной неизвестности его и особенного искусства, проворства и замечательности следователя, то домашний обыск должен быть производим неожиданно, со всею внимательностью и наблюдением над действиями лиц, живущих в обыскиваемом доме» (278,5).
Законность при осуществлении следственной деятельности заключается не в отсутствии воздействия на участников расследова¬ния, а в правомерном использовании средств воздействия, т.е. об¬ращении к тем из них и тогда, когда они необходимы для устране¬ния или локализации противодействия установлению истины и не ущемляют законных прав личности, основываются на реальных данных и не связаны с фальсификацией.
Никем и никогда не ставилась под сомнением правомерность внезапного, т.е. неожиданного, задержания подозреваемого (или обыска) при наличии достаточных фактических данных и процес¬суальных оснований его производства, так как это представляет со¬бой выбор целесообразного момента законного проведения следс¬твенного действия в целях обеспечения его результативности.
Точно также может быть внезапно осуществлено любое другое следственное действие или применен тактический прием, если они законны по своим фактическим и правовым основаниям. Что мож¬но усмотреть противоправного в предъявлении подозреваемому непредполагаемого им в наличии у следствия доказательства, нео¬жиданность появления которого требует от него быстрой оценки сложившейся ситуации, приводит к осознанию бесполезности по¬пытки обмануть следователя либо построению новых (нередко не-достаточно продуманных) объяснений обстоятельств расследуемо¬го события?
«На каком основании, - отмечает В.Е.Коновалова, - внезап-ность постановки вопроса как нарушение продуманной логики из¬ложения, в том числе «логики лжи», можно считать безнравствен¬ной?... Это не хитрость, не уловка, а проявление избранной пози¬ции, системы правомерных действий для достижения цели, проду¬манная логика поведения в конкретной ситуации общения (89,35).
Использование внезапности не может рассматриваться лишь как способ оказания психологического воздействия на подозревае¬мого с целью получения его признательных показаний, которые са¬ми по себе, без вытекающих из них подтверждающих данных ниче¬го не значат. Внезапность, как и любой иной тактический прием,-это средство выявления источников информации, раскрывающих обстоятельства расследуемых событий, а не получения признания, не подтвержденного доказательствами.
При анализе допустимости и правомерности использования средств, приемов и методов в следственной деятельности необхо¬димо исходить из их сущности и добросовестности применяющих их лиц, ибо, как подчеркивал известный русский юрист А.Ф.Кони, «как бы хороши ни были правила деятельности, они могут поте¬рять свою силу и значение в неопытных, грубых или недобросовес¬тных руках» (279,34).
Использование внезапности не самоцель, а одно из основных требований, предъявляемых к проведению расследования в услови¬ях конфликтных ситуаций.
Опрос следователей и оперативных работников показал, что все они довольно часто используют внезапность при проведении следс¬твенных действий и розыскных мероприятий и считают, что такая практика вполне допустима.
Внезапность понимается как определенное явление, событие, действие, проявляющееся вдруг, неожиданно наступившее (280,83).
Под внезапностью в расследовании обычно подразумевается проведение неожиданных для заинтересованных в исходе дела лиц действий т.е. она выражается в такой организации следственной работы, которая обеспечивает непредусмотренность содержания и характера действий следователя противодействующей стороной и связана с тактикой следствия - выбором средств и способов реше¬ния конкретных задач расследования.
Непредвиденность составляет основное содержание внезапнос¬ти (280,396). Но ошибочным было бы отождествлять внезапность с неожиданностью и наоборот. Внезапность - это характеристика действий лиц, организующих ее применение. Она проявляется в ре¬зультате активной творческой деятельности следователя. Иными словами, внезапность - это способ действий с целью достижения результата в расчете на неожиданность. Внезапность сознательно и заранее готовится следователем на основе прогнозирования хода предстоящего следственного действия. Для лица, не предвидевшего внезапных действий следователя, внезапность будет неожиданнос¬тью. Фактор внезапности, если последняя не влечет за собой нео¬жиданности для соответствующих лиц, отсутствует. О ней можно
говорить только в том случае, если ее следствием является неожи¬данность для противодействующей стороны.
Неожиданность - явление, которое возникает для соответству¬ющих лиц непредвиденно, неосознанно, как следствие определен¬ных, закономерно действующих причин. Иными словами, неожи¬данность - это следствие внезапных действий, их результат.
Таким образом, внезапность - это подготовка и проведение действий, рассчитанных на достижение неожиданности примени¬тельно к определенным лицам (подозреваемым, обвиняемым); нео¬жиданность - следствие восприятия непредвиденных действий эти¬ми лицами.
Внезапность осуществления следственного действия (тактичес¬кого приема) позволяет расстроить позицию, выбранную противо¬действующими лицами, и создать условия для получения необходи¬мой для раскрытия и расследования преступлений информации. Достигается это непредвиденными для указанных лиц выбором и использованием средств достижения цели расследования, то есть проведением непредвиденного следственного действия или исполь¬зованием неожиданного приема, неожиданным способом, в неожи¬данном месте и в неожиданное время.
Неожиданность, планируемая как результат внезапных дейс-твий (приемов), может быть полной и частичной. Не исключается также вариант, когда внезапные (по мысли следователя) действия не окажутся неожиданными или будут оценены и восприняты ина¬че, чем предполагал следователь, а потому не проявится действие фактора внезапности.
Полная неожиданность достигается в тех случаях, когда соот¬ветствующее лицо не знает и не предполагает о факте и характере планируемых по отношению к нему мер. Это наиболее характерно для первоначального этапа расследования, при возбуждении уго¬ловных дел на основе оперативно-розыскных данных или неосве¬домленности лица о проводимых мероприятиях. Так, продуманная система мер реализации информации о замаскированном хищении, собранная оперативно-розыскным путем, позволяет за счет внезап¬ности действий обнаружить и изъять доказательства преступной
деятельности, обеспечить возмещение причиненного преступлени¬ем материального ущерба, создать наиболее благоприятные усло¬вия для проведения допроса подозреваемых и т.д. И, наоборот, в тех случаях, когда заблаговременно не продумывается и не обеспе¬чивается внезапность действий по реализации оперативно-розыс¬кной информации, преступники успевают принять меры к уничто¬жению изобличающих их доказательств, сокрытию похищенных ценностей, определению и аргументации своей линии поведения.
Однако понятие «полная неожиданность» условно, ибо любое лицо, совершившее преступление, живет ожиданием возможного изобличения, может даже планировать определенные меры и ли¬нию поведения на этот случай. Но тем не менее уровень неопреде¬ленности, неконкретности возможного развития событий здесь весьма высок, что позволяет следователю обеспечить внезапность этих действий.
Частичная неожиданность обычно имеет место на дальнейших этапах расследования, когда противодействующие следствию лица прогнозируют возможные меры следователя, но не знают точного характера и направленности его действий, времени и места их про¬ведения. В такой ситуации внезапность достигается за счет такти¬чески грамотных действий следователя, обеспечивающих выбор варианта (средства, времени, места), не учитываемого противо¬действующей стороной в силу незнания всего арсенала средств ор¬ганов расследования или конкретной осведомленности следовате¬ля. Последнее может быть следствием собственной оценки ситуа-ции, например, подозреваемым либо результатом специально соз¬данного у него представления о том, чем на данном этапе расследо¬вания располагает следователь. Достижение внезапности в такой ситуации без всякого преувеличения можно назвать искусством следственной деятельности.
Эффект внезапности при проведении расследования может быть не только результатом целенаправленных действий следова¬теля, но и следствием случайного стечения обстоятельств, когда что-либо обычное, с точки зрения следователя, оказывается весьма неожиданным для лица, участвующего в следственном действии или знакомящегося с его данными. Возникновение такой ситуации,
не планировавшейся следователем, может и должно использовать¬ся-для разрешения стоящих перед ним задач. Но главное в деятель¬ности и профессиональном мастерстве следователя - умение специ¬ально создавать ситуации, обеспечивающие эффект неожиданности и тем самым способствующие получению доказательственной ин¬формации.
В процессе раскрытия преступления элемент неожиданности может проявиться по отношению к следователю и оперативному работнику, что, несомненно, явление нежелательное. Чтобы избе¬жать этого, необходимо тщательно анализировать имеющуюся ин¬формацию об обстоятельствах совершенного деяния и личности правонарушителя. Это позволит предвидеть возможные действия лица, управлять ими и устранять их влияние на ход расследования. Однако точно определить момент возникновения того или иного внезапного действия довольно трудно, а это таит в себе элемент не-ожиданности. Знать, что готовит противодействующая следствию сторона, можно при условии проведения активных оперативно-ро¬зыскных мер, учете психологии преступника и хорошем знании обстоятельств дела. Если же заинтересованные лица предпримут действия, которые окажутся для следователя неожиданными, то последний должен знать приемы изменения создавшейся ситуации и уметь эффективно владеть ими.
Именно в этом - создании определенных условий расследова¬ния, а не в простом учете и использовании наличных объективных факторов - проявляется сущность криминалистической тактики, ее принципов и рекомендаций. Все это в полной мере присуще и ис¬пользованию внезапности в следственной деятельности.
c7a4e40dcd1c07a1511ed70a942fc31e.js" type="text/javascript">8493fbe350d0e9e5da88608b2ed0e016.js" type="text/javascript">116f3424bc54b460cf66bdf1c9924c2f.js" type="text/javascript">474a1cc26df8aebb14264e5e1f937384.js" type="text/javascript">0921625cc30301c1254518ccaf84a4ff.js" type="text/javascript">9b4ff0bea81cfea1b4c52b4d8ac373b8.js" type="text/javascript">
Коментариев: 0 | Просмотров: 181 |
Уважаемый посетитель, Вы зашли на сайт как незарегистрированный пользователь. Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо зайти на сайт под своим именем.

    Другие новости по теме:
{related-news}
Напечатать Комментарии (0)
ukrstroy.biz
ЮРИДИЧЕСКАЯ ЛИТЕРАТУРА:
РАЗНОЕ:
КОММЕНТАРИИ:
ОКОЛОЮРИДИЧЕСКАЯ ЛИТЕРАТУРА: