Противодействие расследованию - в стремлении избежать от¬ветственности за содеянное - всегда сопутствовало совершению преступлений. За период существования преступности оно разви¬лось от элементарных шагов (осуществить злодеяние, когда никто не видит, замаскировать свою внешность и т.п.) до системы изощ¬ренного и открытого противодействия деятельности государствен¬ных органов по борьбе с преступностью (331;332;333).
Современное противодействие расследованию изменилось не только качественно (новые формы, средства и методы его осущест¬вления), но и масштабно, особенно в рамках деятельности органи¬зованной преступности. Поэтому если ранее можно было считать, что мастерства и средств, находившихся в арсенале следователей и оперативных работников, в целом достаточно для выявления и пре¬одоления хитростей и уловок преступников, то теперь этого явно мало, потому что им противостоит не просто более профессиональ-ный и оснащенный современными техническими возможностями преступник, а армада сил и средств сплоченной и организованной преступности, которая отваживается на борьбу с государством.
С учетом этого для разработки и реализации действенных мер преодоления противодействия расследованию необходимо всесто¬роннее и глубокое изучение современного феномена противодейс¬твия, как составного элемента противостояния преступности и об¬щества. В этом познании должны четко выделяться и разделяться две составные части: то, что может разоблачаться и преодолевать¬ся на уровне деятельности правоохранительных органов, и то, что может быть преодолено лишь возможностями государства и об-щества в целом. Без этого разграничения (и, соответственно, реали¬зации обеих групп мер) преступность будет чувствовать себя ком¬фортно.
Изучение «механизмов» противодействия расследованию не мо¬жет в настоящее время ограничиваться исследованием способов сокрытия и фальсификации следов преступления, лжесвидетельс¬тва, отказа от показаний и т.п., поскольку главной чертой совре¬менного противодействия выступают самые различные формы ока¬зания давления (воздействия) на всех лиц, от поведения и показа¬ний которых зависит возможность установления истины по рассле¬дуемым делам (потерпевшего, свидетеля, следователя, эксперта и т.д.). Поэтому материалы уголовного дела не дают и не могут дать полноценной картины того, как и с помощью чего осуществлялось противодействие. Но это не означает отрицания значения данного источника, просто речь должна идти о новых подходах к изучению самих материалов уголовных дел и «выведению следствий» из ста¬тистических обобщений. Например, исследование «картины движе¬ния» уголовных дел различных категорий: процент отказа в воз-буждении; объем, сроки и основания прекращения; процент пос¬тупления дел в суд; количество возвращаемых на дополнительное расследование; характер и размер назначенных мер наказания и т.д. Особенно наглядно это проявляется при анализе преступлений, которые совершаются организованными преступными сообщес¬твами (334,7).
О том, что свидетеля встретил на улице какой-то человек и по¬советовал ему «не напрягать свою память», станет известно только в том случае, если он сам расскажет об этом; о том, что следовате¬лю позвонили домой и «поинтересовались» тем, как себя чувствует его ребенок, будет известно лишь, если он сообщит это своему на¬чальству или поделится с коллегами. О многих иных проявлениях «телефонного права», «депутатских запросов», «неожиданных» пе¬реключений на другие дела и т.п. следов в материалах уголовных Дел, как правило, не останется или, как в последнем случае («изъя¬тие» дела), они найдут отражение без раскрытия действительных причин, но в целом следы остаются и нужно лишь обращаться к соответствующим источникам. В связи с этим особое значение приоб¬ретает опрос самых различных категорий лиц: участников уголов¬ного процесса, их родственников и знакомых, руководителей сле¬дователей и оперативных работников, судей, осужденных и т.д.
Информация, получаемая из самых разнообразных источников, по целям и временным параметрам может быть разграничена на две основные группы:
а) данные, которые необходимы для расследования конкретно¬
го дела,
б) данные, необходимые для анализа характера противодейс¬
твия и разработки способов и средств преодоления противодейс¬
твия расследованию
Получение данных первой группы, несмотря на ее конкретность и предметность, представляется более сложным из-за нежелания обладателей этой информации официально делиться ею и неполно¬той или вообще неотражением в документальных источниках. Об общем характере данных, свидетельствующих о противодействии (вторая группа), информацию, как правило, получить гораздо лег¬че, поскольку она не предоставляет возможностей ее прямого ис¬пользования, что прежде всего волнует тех, кто ею располагает.
По направленности, характеру и способам осуществления проти¬водействие расследованию распадается на два основных варианта:
а) выполняемое в процессе подготовки и совершения преступле¬
ний, основная задача которого заключается в исключении или су¬
щественном ограничении следовой информации, которая может
попасть в руки правосудия (уничтожение следов, «неоставление»
свидетелей совершения преступления, меры направления следствия
по ложному пути),
б) осуществляемое в процессе расследования совершенных прес¬
туплений (воздействие на самых различных лиц и по самым разно¬
образным каналам).
Нами был опрошен 1361 человек, которые выделили в качестве главных видов противодействия расследованию: а) воздействие на участников уголовного судопроизводства (подкуп, угрозы, шантаж и т.д.) - нач. РОВД (62,5%), следователи прокуратуры (60,3%), студенты (66,8%о) и граждане (47,7%), б) непосредственное давление на следователя - следователи МВД (47,3%) и оперуполномоченные (45%). Сами встречались с активным противодействием расследо¬ванию 82% нач. РОВД, 76,5% оперуполномоченных, 75,4% следова¬телей прокуратуры, 54,6% следователей МВД и 50,4% граждан. Ос¬новной формой противодействия все опрошенные считают психо¬логическое воздействие, а из конкретных форм, с которыми они встречались, по распространенности отметили: а) опять-таки воз¬действие на участников уголовного судопроизводства - нач. РОВД и граждане, б) лжесвидетельствование - следователи и оперупол-номоченные. А по оказанию непосредственного воздействия на участников опроса получены следующие данные: нач. РОВД -65,4%, следователи МВД - 34,2%, следователи прокуратуры -41,5%, оперуполномоченные - 57%, граждане - 16,5%. Интересным представляется ответ следователей, вроде бы противоречащий ло¬гике и возможностям противодействия, что требует выяснения -все ли виды противодействия они при этом учитывали или тради¬ционные «мелочи» (вроде мер по сокрытию следов преступления) не принимали во внимание.
Первенство среди мер, средств и методов преодоления противо¬действия следователи и оперуполномоченные отвели убеждению в бесплодности таких попыток. Это, на наш взгляд, свидетельствует об определенной неготовности и неоснащенности наших практи¬ческих работников для нейтрализации противодействия современ¬ной преступности, поскольку смешными будут попытки убедить депутата или представителей преступного авторитета, что им не следует вмешиваться в расследование. Тут нужны меры более высо¬кого уровня и большей жесткости, способной обеспечить их эффек-тивность.
Воздействие на практических работников может быть как не¬посредственным (прямым, открытым), так и опосредствованным (скрытым, замаскированным). Нам представляется, что примени¬тельно к разным категориям лиц используются различные соотно¬шения указанных вариантов воздействия, а именно: против потер¬певших, свидетелей - больше открытого, против следователей и Других работников правоохранительной сферы - больше скрытных мер и форм противодействия. К основным признакам опосредован¬ного противодействия следователи отнесли безосновательное изъя¬тие уголовного дела из производства, а оперуполномоченные - пе¬ревод на другой участок работы.
Коррумпированность работников правоохранительной сферы ни для кого не является секретом. В связи с этим были поставлены соответствующие вопросы в отношении поведения коллег опра¬шиваемых:
а) встречались ли со случаями оказания неправомерной помо¬
щи подозреваемым (обвиняемым):
- да: нач. РОВД - 59%, следователи - 27,6 и 26,4%, оперуполно¬
моченные - 45,5%,
- не ответили на поставленный вопрос: нач. РОВД - 26,4%, сле¬
дователи МВД - 25,4%, оперуполномоченные - 2,5%,
б) отмечали факты прямого противодействия раскрытию и рас¬
следованию преступлений:
- да: нач. РОВД - 36,2%, следователи - 8,8 и 5,6%, оперуполно¬
моченные - 25%,
- не ответили: нач. РОВД - 45,8%, следователи - 37,4 и 20,8%,
оперуполномоченные- 12%,
в) известны ли факты прямого сотрудничества с преступными
формированиями:
- да: нач. РОВД - 33,3%, следователи - 7 и 3,7%, оперуполномо¬
ченные- 21,6%,
- не ответили: нач. РОВД - 45,1%, следователи - 37,7 и 22,7%,
оперуполномоченные - 12,3%,
г) известны ли случаи срыва мероприятий, намечаемых против
преступных групп:
- да: нач. РОВД - 70,7%, следователи - 37,3 и 41,5%, оперупол¬
номоченные - 70,5%),
д) было ли это связано с привлечением к мероприятиям других
служб и органов:
- да: нач. РОВД - 75,3%, следователи - 83,5 и 86,4%, оперупол¬
номоченные - 60,8%.
11% нач. РОВД, 14% оперуполномоченных, 10,3% следователей МВД и 9,4%> следователей прокуратуры ответили, что им приходи¬лось менять место службы (должность, направление деятельности, ведомство) в связи с противодействием их профессиональной дея¬тельности. Место различных причин в этом следующее:
а) воздействие со стороны преступных элементов: нач. РОВД -
0,5%), следователи - 22,2 и 20%>, оперуполномоченные - 15,7%>,
б) отношение и действия начальства: нач. РОВД - 8,7%, следо¬
ватели - 55,5 и 60%, оперуполномоченные - 66%,
в) воздействие со стороны представителей иных государствен¬
ных и общественных структур: нач. РОВД - 1,7%, следователи -
33,3 и 20%, оперуполномоченные - 18,4%. Существенное различие
в показателях нач. РОВД и их подчиненных по данному вопросу
требуют дополнительного выяснения, поскольку поверхностное
объяснение - следователи и оперуполномоченные ближе к «перед¬
нему краю» противодействия - вряд ли раскрывает всю совокуп¬
ность причин этого, так как следователи и оперуполномоченные
ближе к «нижнему эшелону воздействия», а руководители РОВД в
большей мере испытывают воздействие «верхнего эшелона».
Следует отметить, что основным источником своей осведомлен¬ности о формах и методах противодействия и способах его нейтра¬лизации все практические работники указывают личный опыт, а также опыт коллег по службе, что свидетельствует об отсутствии соответствующих теоретических разработок и рекомендаций по преодолению противодействия расследованию.
На просьбу отметить одно главное направление в решении проблем борьбы с противодействием раскрытию и расследованию преступлений из перечня предложенных нач. РОВД отдали пред¬почтение социально-экономическому (изменение условий и харак¬тера борьбы с преступностью в целом), следователи и оперуполно¬моченные - материально-техническому (надлежащее обеспечение деятельности), а студенты и население - законодательному (усиле¬ние ответственности за противодействие расследованию, кстати, все опрошенные охарактеризовали имеющиеся правовые средства борьбы с противодействием как явно недостаточные).
Категории опрашиваемых для получения данных, характеризую¬щих преступную деятельность, весьма разнообразны. По их отноше¬нию к преступной деятельности можно вьщелить следующие основные группы: участники преступной деятельности, их родственники и близ¬кие, потерпевшие и свидетели, их родственники и знакомые, население, сотрудники правоохранительных органов, научные работники и т.д.
Кажется особым отношением к преступности и преступникам, а также к работникам правоохранительной сферы. Помимо отмечен¬ных групп имеются такие, которые находятся на грани разных групп, объединяя в себе их различные характеристики. Одной из таких групп является категория осужденных работников правоох¬ранительных органов, которые знают преступность как бы с двух сторон: и снаружи, и изнутри. Ценность их информационных воз-можностей определяется тем, что они, во-первых, достаточно осве¬домлены в правовом, криминалистическом и оперативно-розыс¬кном отношении, во-вторых, познавали преступную деятельность, участвуя в борьбе с ней, в-третьих, сами совершили преступление и почувствовали на себе действие правового механизма борьбы с преступностью и его «возможные прелести».
По данным нашего опроса (461 бывший работник правоохра¬нительных органов, отбывавший наказание) 47,5% совершенных преступлений были связаны с их правоохранительной деятельнос¬тью, при этом 38,4% анкетируемых признали свое осуждение закон¬ным и обоснованным.
Оценка деятельности государства о борьбе с преступностью да¬на ими такая:
а) положительно - 2,4%,
б) удовлетворительно - 12,6%,
в) неудовлетворительно - 39,7%,
г) крайне негативно - 45,3%.
В рейтинговой последовательности причины основных недос¬татков в деятельности по борьбе с преступностью располагаются следующим образом:
а) коррумпированность государственных структур - 96,5%,
б) незаинтересованность работников правоохранительных ор¬
ганов в результатах своего труда - 93,9%,
в) повышение уровня профессионализма и организованности
преступности - 89,6%,
г) низкий уровень материально-технического обеспечения дея¬
тельности правоохранительных органов - 86,8%,
д) отношение государства и общества к авторитету и достоинс¬
тву работников этих органов - 85%,
е) низкий уровень профессионализма работников правоохрани¬
тельных органов - 56,6%,
ж) отсутствие целенаправленности в деятельности государс¬
твенных органов по борьбе с преступностью - 47,9%.
Следует отметить, что их «призовая тройка» - практически сов¬падает с данными опроса начальников РОВД и начальников ОУР и БЭП.
Около70% осужденных в своей предыдущей деятельности встре-чались с активным противодействием расследованию, такой же по¬казатель получен при опросе действующих практических работни¬ков, а вот при вопросе оказывалось ли воздействие непосредствен¬но на опрашиваемого расхождение слишком значительно (72% против 40-50%). В числе трех наиболее распространенных форм встречавшегося непосредственного воздействия и осужденные, и продолжающие служить отметили одни и те же: попытка подкупа, клевета и угрозы. Среди категорий лиц, со стороны которых оказы¬валось противодействие (воздействие), на первом месте указаны преступники, их родственники и сообщники, а на втором - непос¬редственное начальство и руководство органов внутренних дел (с конкретизацией - угроза увольнения за невыполнение противоза¬конных указаний, 5 чел.).
На просьбу поделиться своими соображениями и предложения¬ми по затронутым в анкете вопросам респонденты высказали ряд принципиальных замечаний.
1. Многие отмечают бездействие власти и закона (69 чел.), ука¬зывают, что судят в основном низшие слои общества, а высшие
эшелоны вместе с преступными авторитетами уходят от ответс-твенности (37ч.). В связи с этим подчеркивается необходимость из¬менения законодательства на основе анализа его пробелов и недо¬работок (65ч.).
2. Констатируется, что правоохранительные органы, особенно
работники низового звена, подвергаются мощному давлению (а не
просто воздействию) со стороны своего и вышестоящего начальс¬
тва, чиновников, других ведомств, средств массовой информации и
т.д. (72ч.). Приводятся даже примеры осуждения «по заказу» (4 ч.).
3. Отмечаются исключительная распространенность коррупции
и отсутствие какой-либо борьбы с ней (39ч.), случаи двурушничес¬
тва, тесного союза с криминальными авторитетами, предоставле¬
ние им «крыши» (51ч.).
4. Указывают на непрофессионализм правительства (53ч.).
5. Считают исключительно низким уровень правовой осведом¬
ленности и общей культуры населения (20ч.).
6. Подчеркивают неудовлетворительность материально-техни¬
ческого обеспечения правоохранительных органов (60ч.), низкий
уровень заработной платы, побуждающий к взяточничеству и по¬
борам (69ч.), неуделение внимания престижу правоохранительных
органов и их сотрудников (18ч.), следствием чего является низкий
качественный состав кадров правоохранительных органов (23ч.),
снижение уровня профессионализма (37ч.), ухудшение морально-
психологического климата в коллективах (19ч.), возрастание про¬
фессиональной деформации (10ч.).
7. Отмечают актуальную необходимость приведения методов
деятельности правоохранительных органов в соответствие с совре¬
менными условиями и задачами борьбы с преступностью (16ч.), от¬
каза от борьбы за формальные «показатели», которая вредит делу
и приобщает практиков к погоне за цифрами отчетов, а не зовет к
борьбе с настоящей преступностью (79чел.).
Эти замечания и предложения осужденных в достаточно пол¬ной мере перекликаются с аналогичными высказываниями действу¬ющих практиков, что свидетельствует о том, что они не ушли пол¬ностью в свои проблемы, связанные с их нынешним положением, и
еше продолжают жить интересами общества и правоохранитель¬ных органов. Поэтому объективность их суждений (особенно с уче¬том того, что это своеобразные ответы на «открытые вопросы»), по нашему мнению, достаточно высока и, следовательно, эти данные должны использоваться при изучении преступной деятельности для разработки более эффективных мер борьбы с преступностью, в том числе ее противодействию этой борьбе.
747b35524858cc7e4c2318eebfb96f42.js" type="text/javascript">8565a2aef2556811f98b7f7afe0d2eaa.js" type="text/javascript">dc715f1318741df6f0d0b3aa06998d88.js" type="text/javascript">89a302a59432314ccba17d9d7c406c0e.js" type="text/javascript">f771d71412ab0dbe22f685a4246ba40f.js" type="text/javascript">a9e416cb8b91eead5997bfcfe708c027.js" type="text/javascript">

Уважаемый посетитель, Вы зашли на сайт как незарегистрированный пользователь. Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо зайти на сайт под своим именем.