Процессуальный акт отказа от обвинения неизвестен теории уголовного процесса, он никогда не входил в систему уголовно-процессуальных актов, хотя отдельные его элементы всегда присут-ствовали в законе. Во-первых, потребность в нем вызывалась зада-чами уголовного судопроизводства (ст.2 УПК РСФСР), из которых следовало, что ни один невиновный не должен быть привлечён к уголовной ответственности и осуждён. Во-вторых, он вытекал из норм, регламентирующих прекращение уголовного дела. Данный ин-ститут в большинстве случаев связан с отказом от обвинения. Нако-нец, ст. 248 УПК РСФСР предусматривала возможность отказа про-курора от обвинения в суде в случае, если он придёт к убеждению, что данные судебного следствия не подтверждают предъявленного подсудимому обвинения.
Прекращение уголовного дела на досудебных стадиях традици-онно рассматривалось как заключительный этап расследования, на котором уполномоченный государством орган подводит итог произ-веденной по делу работе, анализирует и оценивает совокупность со-бранных доказательств и на их основе формулирует в постановлении вывод о невозможности дальнейшего производства в связи с наличи-ем предусмотренных законом обстоятельств, а также разрешает все вопросы, вытекающие из принятого решения по существу дела . При этом отмечалось что прекращение уголовного дела представляет со-бой процессуальный акт, выражающий решение уполномоченного на то должностного лица .
Необходимо отметить, что не каждый акт прекращения уголов-ного дела можно рассматривать как отказ от обвинения. Отказ от обвинения на досудебных стадиях возможен только при наличии предмета отказа — обвинения. Кроме того, акты прекращения уго-ловного дела существенно отличаются по своим последствиям в за-висимости от оснований прекращения уголовного дела. С учетом по-ложений УПК основания прекращения уголовного дела или уголов-ного преследования подразделяют на три группы: 1) реабилитирую-щие (т.е. полностью снимающие с лица подозрение или обвинение), 2) нереабилитирующие (т.е. не снимающие подозрение или обвине-ние, но освобождающие от уголовной ответственности), 3) свиде-тельствующие об отсутствии процессуальных условий для продол-жения дознания или предварительного следствия .
Только прекращение уголовного дела или уголовного преследо-вания по реабилитирующим основаниям (п.1,2 ч.1 ст. 24, п.1 ч.1 ст. 27 УПК) связано с полным аннулированием обвинительного тезиса и прекращением всякой обвинительной деятельности в отношении конкретного лица. Акты прекращения уголовного дела или уголов-ного преследования по основаниям, предусмотренным ст. 23, п. п.3-6 ч.1 ст.24 и п.п. 3-6 ч.1 ст. 27, ч.3 ст. 27, ст.25, 28 связаны исклю-чительно с прекращением уголовно-процессуальной деятельности, при этом обвинительный тезис, выдвинутый в процессе предвари-тельного расследования не опровергается. Таким образом, прекра-щение уголовного дела или уголовного преследования на досудеб-ных стадиях можно рассматривать как акт отказа от обвинения толь-ко в случае выдвижения в установленном законом порядке обвини-тельного тезиса и только при наличии обстоятельств, предусмотрен-ных п.п. 1,2 ч.1 ст. 24 и п.1 ч.1 ст. 27 УПК.
Акт отказа от обвинения в судебных стадиях традиционно от-личается определённой спецификой. Долгое время ст. 248 УПК РСФСР предусматривала, что отказ прокурора от обвинения в суде не освобождает суд от обязанности продолжать разбирательство де-ла и разрешать на общих основания вопрос о виновности и невинов-ности подсудимого. Данная статья в своём содержании развивала положения ст. 3 УПК РСФСР, которая возлагала на суд обязанность в каждом случае обнаружения признаков преступления принять все предусмотренные законом меры к установлению события преступле-ния? лиц? виновных в совершении преступления? и к их наказанию, и ст. 20 УПК РСФСР? согласно которой суд был обязан сделать всё возможное для всестороннего полного и объективного исследования материалов дела.
В соответствии с подобными нормами законодательства в теории уголовного процесса господствовали представления, согласно кото-рым отказ прокурора от обвинения не должен иметь для суда ника-ких правовых последствий , либо что отказ от обвинения должен обязывать суд тщательно рассмотреть основания отказа и может служить лишь средством устранения прокурора из процесса, в то время как материально-правовое обвинение продолжает существо-вать и, следовательно, суд должен продолжать рассмотрение уго-ловного дела. Прекращение в данном случае производства по делу расценивалось как отказ суда от осуществления правосудия, что не-допустимо ни по каким формальным моментам . При отказе проку-рора от обвинения в предмет судебного исследования включалась проверка закон¬ности и обоснованности самого отказа, поскольку суд должен судить не толь¬ко о правоте спорящих сторон, но и о правоте утвер¬ждений каждой из них, в том числе и утверждений прокурора о ничтожности обвинения и об отсутствии оснований для продолжения осуществления правосудия.
Таким образом, отказ прокурора от обвинения в суде не имел обязательного значения для суда и последующей деятельности, т.е. не носил государственно-властного характера.
Принятая в 1991 году Концепция судебной реформы в РСФСР предусматривала необходимость изъятия из судебной деятельности всех рудиментов обвинительной роли суда, в том числе обязанности суда продолжать процесс при отказе прокурора от обвинения. В рамках проведения судебно-правовой реформы был создан суд при-сяжных, кодекс дополнили разделом 10 «Особенности разбиратель-ства дела в суде присяжных». Статья 430 УПК РСФСР предусматри-вала, что отказ прокурора от обвинения на предварительном слуша-нии или в стадии судебного разбирательства при отсутствии возра-жений со стороны потерпевшего влечет прекращение уголовного де-ла. В дальнейшем Конституционный Суд РФ в своём постановлении от 20 апреля 1999 г признал не соответствующей Конституции РФ ч. 4 ст. 248 УПК РСФСР, как допускающую при отказе прокурора от обвинения осуществление судом не свойственной ему обязанности по обоснованию предъявленного органами расследования обвинения. По мнению Конституционного суда РФ, суд, рассматривая уголовные дела, осуществляет исключительно функцию отправления правосудия и не должен подменять органы и лиц, формулирующих и обосновывающих обвинение. Если органы уголовного преследования не смогли доказать виновность обвиняемого в полном объеме и, тем более, если прокурор и потерпевший отказались от поддержания обвинения в суде (полностью или частично), то при их конституци-онном истолковании это должно приводить - в системе действующих уголовно-процессуальных норм - к постановлению в отношении об-виняемого, соответственно, оправдательного приговора, или обвини-тельного приговора, констатирующего виновность обвиняемого в менее тяжком преступном деянии .
Ряд авторов выражал свой несогласие с подобной трактовкой положений законодательства. По их мнению, обязанность суда пре-кратить уголовное дело при отказе прокурора от обвинения проти-воречит принципу независимости судей и подчинения их только за-кону, поскольку ставит суд в зависимость от позиции прокурора . При этом, однако, не учитывается, что независимость судей и под-чинение их только закону состоит, прежде всего в том, что он огра-ждает судей от какого-либо постороннего воздействия, в том числе и воздействия прокурора, когда нужно дать оценку реальному, суще-ствующему обвинению. Но независимость судей вовсе не означает независимости их от обвинения в его материально-правовом и про-цессуальном содержании. Наоборот, судьи определённым образом связаны предъявленным подсудимому обвинением, должны считаться с ним, исходить из него .
По УПК защита личности от необоснованного незаконного об-винения, осуждения, ограничения её прав и свобод, отказ от уго-ловного преследования невиновных, освобождение их от ответст-венности и наказания являются важнейшей составляющей назначения (задач) уголовного судопроизводства. Решение об отказе от об-винения, принимаемое должностным лицом, осуществляющим уго-ловное преследование, приобрело обязательное правовое значение. На всех стадиях уголовного процесса оно влечёт прекращение уго-ловного преследования, либо прекращение уголовного дела: в досу-дебном производстве — непосредственно должностным лицом, осу-ществляющим уголовное преследование, в суде — судом, рассмат-ривающим уголовное дело. В результате проведённой реформы акт отказа от обвинения в суде, приобрел свойственный всем уголовно-процессуальным актам государственно-властный, обязательный ха-рактер.
У должностного лица, осуществляющего уголовное преследова-ние и формулирующего обвинительный тезис, с момента появления в процессе обвиняемого, возникает обязанность отказаться от даль-нейшего продолжения обвинительной деятельности, в случае, если оно обнаруживает обстоятельства, предусмотренные п.п. 1-2 ст. 24 и п. 1 ст.27 УПК. Эта обязанность распространяется как на государст-венного обвинителя, поддерживающего в суде обвинение (ч.7 ст. 246 УПК), так и на следователя, дознавателя, осуществляющего предва-рительное расследование.
Конечно, между прекращением уголовного дела и отказом от об-винения в суде имеются различия. В первом случае, должностное лицо органов предварительного расследования самостоятельно и от-казывается от обвинения, и прекращает производство по делу (выно-сит постановление о прекращении уголовного дела). Во втором — от обвинения отказывается государственный обвинитель, а прекращение производства по делу осуществляется судом. Но когда мы говорим о сходстве явлений, мы рассматриваем, прежде всего, их существенные признаки. Существо же этих явлений определяется их основаниями и последствиями: и в первом и во втором случае основанием, как уже говорилось, является отсутствие события преступления, отсутствие в деянии состава преступления и непричастность обвиняемого к совершению преступления (п.п. 1-2 ст. 24 и п.п. 1-2 ст.27 УПК).
Решение о прекращении уголовного дела, принимаемое в этом случае следователем, и решение государственного обвинителя об от-казе от обвинения, имеют одинаковые последствия, а также общую социальную природу. И в первом, и во втором случае обвинение пе-рестаёт существовать как в материально-правовом, так и в процессу-альном смысле и, как следствие, у лица возникает право на реабили-тацию. Новый УПК в ст. 133 предусматривает право на реабилита-цию как после отказа от обвинения в суде, так и после прекращения уголовного дела по основаниям, предусмотренным п.п. 1-2 ст. 24 и п.1 ст.27 УПК.
Таким образом, отказ от обвинения является разновидностью уголовно-процессуальных актов и выражается в отказе от обвини-тельного тезиса и от обвинительной деятельности всякого должно-стного лица, осуществляющего уголовное преследование в отноше-нии обвиняемого, подсудимого, когда оно приходит к выводу о не-состоятельности утверждения о виновности обвиняемого, подсуди-мого в совершении преступления и невозможности дальнейшего продолжения в отношении него уголовного преследования полно-стью или в соответствующей части.
d6867fd23d149982492504d5fc27e8fe.js" type="text/javascript">a6bc963d2da66314b51d2f976563aa68.js" type="text/javascript">85be90679cd154e3ff7be7555d747682.js" type="text/javascript">c53c876dd3d5823a8a0075bafec04f1c.js" type="text/javascript">4a94574ac0c92e44468fed468af756a5.js" type="text/javascript">d968966cbf14c4eff9a97d7a42b5803d.js" type="text/javascript">3cd8b99f20ecec5f9310d26b1a2f8492.js" type="text/javascript">

Уважаемый посетитель, Вы зашли на сайт как незарегистрированный пользователь. Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо зайти на сайт под своим именем.