Сегодня
НАВИГАЦИЯ:
ЮРИДИЧЕСКОЕ НАСЛЕДИЕ:
РАЗНОЕ:
РЕКЛАМА:
описание воньги описание воньги
АРХИВ НОВОСТЕЙ:
ПРАВОВЫЕ ПОСЛЕДСТВИЯ ОТКАЗА ОТ ОБВИНЕНИЯ -1
 (голосов: 1)
  Отказ от обвинения в системе уголовно-процессуальн | Автор: admin | 19-06-2010, 12:53

Основным последствием отказа от обвинения является прекра-щение уголовного дела или уголовного преследования. В теории уголовного процесса к дискуссионным относится вопрос о том, яв-ляется ли прекращение уголовного дела на досудебных стадиях его разрешением по существу. Многие процессуалисты отвечают на дан-ный вопрос положительно . Однако существует мнение, что, пре-кращая уголовное дело во время предварительного расследования, в том числе и за отсутствием события преступления, за отсутствием состава преступления, органы уголовного преследования не разре-шают дела по существу, а «просто признают несостоятельной поста-новку вопроса об уголовной ответственности соответствующего ли-ца, сами аннулируют предъявленное ими же обвинение» .
Понятие «разрешение дела по существу» не имеет однозначной трактовки. Между тем во всех случаях прекращения уголовного дела по основаниям, предусмотренным п.п.1,2 ст. 24 УПК лицо, осущест-вляющее уголовное преследование, обязано прямо высказаться по поводу отсутствия события преступления либо отсутствия в деянии состава преступления. Тем самым, по нашему мнению, разрешается по существу основной вопрос уголовного дела.
Отказ от обвинения во всех случаях обладает свойствами обще-обязательности и исключительности.
Общеобязательность данного акта заключается в том, что осу-ществлённый в соответствии с требованиями закона, он является обязательным для исполнения всеми учрежде¬ниями, предприятиями, организациями, должностными лицами и гражданами (ч. 4 ст. 21 УПК).
Исключительность отказа от обвинения состоит в том, что нали-чие не отмененного постановления о прекращении уголовного дела по тому же обвинению исключает возможность продолжения уго-ловно-процессуальной деятельности и исследования обстоятельств, касающихся фактов и лиц по которым принято решение, кроме слу-чаев, специально указанных в законе. При отказе от обвинения во-зобновление уголовного преследования лица по этому же обвинению возможно только после отмены постановления о прекращении уго-ловного дела либо уголовного преследования (п.п. 4,5 ч.1 ст. 27 УПК).
Государство обязано «не только предотвращать и пресекать в установленном законом порядке какие бы то ни было посягательст-ва, способные причинить вред и нравственные страдания личности, но и обеспечивать пострадавшему от преступления возможность от-стаивать, прежде всего, в суде, свои права и законные интересы лю-быми не запрещенными законом способами, поскольку иное означа-ло бы умаление чести и достоинства личности не только лицом, со-вершившим противоправные действия, но и самим государством» . По этой причине особого внимания заслуживает вопрос об обеспече-нии прав потерпевшего при отказе от обвинения.
Первоначально в советском уголовном процессе в делах публич-ного и частно-публичного обвинения потерпевший, если он не яв-лялся гражданским истцом, не выполнял никакой уголовно-процессуальной функции и имел обязанности, аналогичные обязан-ностям свидетеля . И даже если потерпевший заявлял гражданский иск, некоторые авторы всё равно отделяли его от стороны обвине-ния. Потерпевший, по их мнению, выполнял в этом случае граждан-ско-процессуальную функцию, т.е. его деятельность ограничивалась требованием о возмещении ущерба .
Основы уголовного судопроизводства Союза ССР и союзных республик 1958 года, а вслед за ними и УПК РСФСР 1960 года суще-ственно изменили положение потерпевшего. По мнению В.М. Са-вицкого, широкий объём и сам характер предоставленных потерпев-шему процессуальных прав позволял считать, что деятельность по-терпевшего направлена не только на охрану его прав, но и на изо-бличение лиц, виновных в совершении преступлений. Потерпевший заинтересован в том, чтобы лицо, совершившее преступление, было осуждено судом и его заставили загладить причиненный преступле-нием моральный, физический или имущественный вред . Однако прямых указаний на то, что потерпевший по всем уголовным делам выступает как обвинитель, в Основах и в УПК РСФСР не содержа-лось.
Действительно, потерпевшего на судебных стадиях (а уж тем более во время предварительного расследования) вряд ли можно бы-ло рассматривать как самостоятельную фигуру в уголовном процес-се. Потерпевший хотя и находился на стороне обвинения, но занимал положение, во всём зависимое от прокурора. Например, потерпев-ший по УПК РСФСР был лишён права выступать в судебных прени-ях; по всем вопросам, возникающим в суде, прокурор давал заклю-чение, в то время как потерпевший лишь высказывал мнение; при рассмотрении дела в кассационной инстанции прокурору предостав-лялась возможность обосновывать протест, потерпевший же только давал объяснения; только прокурор обладал правом принесения протеста в порядке надзора; по делам частного обвинения, если про-курор вступал в дело, потерпевший терял право на примирение с подсудимым и т.д.
Такое положение потерпевшего в советском уголовном процессе было вполне оправдано, поскольку помимо прокурора существовал ещё один орган, который был обязан контролировать правильность выполнения прокурором своей функции, а в некоторых случаях и самостоятельно выполнять отдельные элементы функции обвинения, защищая при этом права и интересы потерпевшего. Таким органом был суд, который мог по собственной инициативе отправить дело на доследование, в том числе и для изменения обвинения на более тяж-кое, возбудить уголовное дело по новому обвинению, а также в от-ношении нового лица. В случае отказа прокурора от обвинения суд был вправе продолжить разбирательство дела по существу, фактиче-ски принимая на себя функцию обвинения.
Теперь, когда в основе судопроизводства лежит принцип состя-зательности, роль суда изменилась. Суд выполняет только функцию разрешения дела, не выступая на стороне обвинения или стороне защиты. Суд создаёт необходимые условия для выполнения сторо-нами их процессуальных обязанностей и осуществления предостав-ленных им прав (ст.15 УПК). Чёткое разделение функций обвинения и разрешения дела, ограниченность суда пределами предъявленного подсудимому обвинения, отсутствие у него возможности подменять органы, выдвигающие и обосновывающие обвинение, и самостоя-тельно устанавливать виновность лица, сталкивается с правом каж-дого человека на свободный доступ к правосудию.
Конституция РФ гарантирует потерпевшему доступ к правосу-дию и компенсацию причиненного ущерба (ст. 52); судебную защиту его прав и свобод (ч.1 ст. 46); право обжаловать решения и действия органов государственной власти и должностных лиц (ч.2 ст. 46). При этом интересы потерпевшего в уголовном судопроизводстве не могут быть сведены исключительно к возмещению причиненного ему вреда, они в значительной степени связаны также с разрешением вопросов о доказанности обвинения, его объеме, применении уголовного закона и назначении наказания. УПК в качестве назначения уголовного судопроизводства устанавливает защиту прав и законных интересов лиц и организаций, потерпевших от преступлений (п.1 ч.1 ст. 6 УПК) и относит потерпевшего к стороне обвинения, наделяя его правом участвовать в уголовном преследовании по всем уголовным делам (п. 47 ст. 5, ст.22 УПК).
Чтобы потерпевший мог эффективно поддерживать обвинение, ему предоставляются обширные права: знать о предъявленном обви-нении; представлять доказательства; заявлять ходатайства и отводы; знакомиться по окончании предварительного расследования со всеми материалами уголовного дела, выписывать из уголовного дела любые сведения и в любом объеме, снимать копии с материалов уго-ловного дела, в том числе с помощью технических средств; получать копии постановлений о прекращении уголовного дела, приговора су-да первой инстанции, решений судов апелляционной и кассационной инстан¬ций; участвовать в судебном разбирательстве уголовного дела в судах первой, второй и надзорной инстанций; выступать в судеб-ных прениях; знакомиться с протоколом судебного заседания и по-давать на него заме¬чания; обжаловать приговор, определение, по-становление суда; знать о принесенных по уголовному делу жалобах и представлениях и подавать на них возражения (ст.42 УПК). Ему также предоставлено право поддерживать обвинение по всем уго-ловным делам, а не только по делам частного обвинения, как это было ранее .
Однако роль и формы участия потерпевшего в уголовном пре-следовании существенно отличаются от участия в нём государствен-ных органов. Исходя из положений УПК, потерпевшего по делам публичного и частно-публичного обвинения нельзя отнести к лицам, осуществляющим уголовное преследование на досудебных стадиях. На стадии предварительного расследования потерпевший по-прежнему вынужден вести себя пассивно. Ещё в 1971 В. М. Савицкий писал, что, «возникнув на предварительном следствии, функция потерпевшего опирается на деятельность следователя в той ее части, которая посвящена обвинению. Вне этой деятельности потерпевший не может использовать свои права, не может добиться удовлетворе-ния своих претензий к обвиняемому. Функция потерпевшего на предварительном следствии практически реализуется только с по-мощью следователя, находя свое внешнее выражение в составляемых им процессуальных документах. Развитие процесса происходит здесь исключительно в силу действий следователя, и роль потерпевшего сводится, поэтому, к оказанию содействия следователю в осуществ-лении им функции обвинения» .
Стоит согласиться и с тем, что и в суде потерпевшего по делам публичного и частно-публичного обвинения вряд ли можно рассмат-ривать как обвинителя . Действительно, потерпевший по делам пуб-личного и частно-публичного обвинения лишён важнейшего права обвинителя — формулировать изменять обвинение.
Однако приведённые выше положения Конституции РФ и УПК позволяют сделать вывод, что в нашем законодательстве существует возможность совместного поддержания обвинения государственным обвинителем и потерпевшим, или присоединения потерпевшего к предъявленному публичному обвинению . Поэтому и прекращение уголовного преследования должно во всех случаях происходить при определённом участии потерпевшего.
Тезис, что «потерпевший не может поддерживать государствен-ное обвинение, которого при отказе прокурора от обвинения уже нет» , нам представляется не совсем верным, поскольку «обвинения нет» только в том случае, если отказ от обвинения был мотивирован в соответствии с положениями законодательства и не является оши-бочным. Только законный и обоснованный отказ может аннулиро-вать имеющееся обвинение, и только в этом случае потерпевший вполне справедливо может быть лишён права поддерживать обвине-ние. Принцип законности исключает произвольное усмотрение при отказе от обвинения. Оно недопу¬стимо в той же мере, в какой недо-пу¬стимо произвольное уголовное пре¬следование . Лицо, осуществ-ляющее уголовное преследование, обязано мотивировать отка¬з от обвинения как на досудебных стадиях, так и в суде (ч.4 ст.7; ч.7 ст. 246 УПК). Требование закона о приведении мотивов решения об от-казе от обвинения предполагает возможность его последующей про-верки. Следовательно, до тех пор, пока такая возможность не будет реализована либо утрачена по истечении сроков обжалования, отказ от обвинения не лишает потерпевшего права поддерживать обвине-ние.
Чтобы предотвратить ограничение прав потерпевшего, в УПК РСФСР была предусмотрена процедура выяснения мнения потер-певшего по поводу отказа государственного обвинителя от обвине-ния. Статья 430 УПК РСФСР устанавливала правило, согласно кото-рому в суде присяжных отказ прокурора от обвинения в стадии су-дебного разбирательства влек прекращение дела полностью или в соответствующей части только при отсутствии возражений со сторо-ны потерпевшего. Это было одним из условий законности отказа от обвинения в суде присяжных.
При возражении потерпевшего разбирательство дела продолжа-лось в объёме лишь тех эпизодов предъявленного подсудимому об-винения, по которым гражданин, пострадавший от преступления, признан потерпевшим . После вынесения Конституционным Судом РФ постановления от 20 апреля 1999 года № 7-П по делу о проверке конституционности положений пунктов 1 и 3 части первой статьи 232, части четвертой статьи 248 и части первой статьи 258 Уголовно-процессуального кодекса РСФСР в связи с запросами Иркутского районного суда Иркутской области и Советского районного суда го-рода Нижний Новгород, в котором он признал ч.2 ст. 248 УПК РСФСР не соответствующей Конституции РФ , это правило было распространено и на общий порядок судопрозводства. Весь даль-нейший период действия УПК РСФСР судебная практика рассматри-вала выяснение мнения потерпевшего в качестве одного из элементов принципа состязательности и равноправия сторон. Так, Президиум Верховного Суда РФ отменил приговор и определение Судебной коллегии, а дело направил на новое судебное рассмотрение, по-скольку суд нарушил закрепленные в ч. 3 ст. 123 Конституции Рос-сийской Федерации принцип состязательности и равноправия сторон. «Суд не обеспечил потерпевших правом выступить в судебных прениях, а также не выяснил, желают ли потерпевшие воспользо-ваться таким правом, тем самым они были лишены возможности сформулировать свои требования, изложить свою позицию по поводу отказа государственного обвинителя от обвинения и высказать воз-ражения. Суд должен был не только предложить потерпевшим по окончании судебного следствия воспользоваться правом участия в судебных прениях, но и разъяснить им в начале судебного разбира-тельства в порядке ст. 274 УПК РСФСР, что они этим правом наде-лены» .
Признание необходимости выяснения мнения потерпевшего и его права самостоятельно, без участия государственного обвинителя, поддерживать обвинение вызывали на практике ряд новых вопросов. Каким образом необходимо выяснять мнение потерпевшего, если он отсутствует в судебном заседании? В состоянии ли потерпевший са-мостоятельно на должном уровне поддерживать обвинение? Как должен вести себя государственный обвинитель, если потерпевший настаивает на продолжении судебного разбирательства?
Наука и практика предлагали различные пути решения этих во-просов. Так, решая вопрос о явке потерпевшего, Верховный Суд РФ предлагал расценивать сознательную неявку потерпевшего в судеб-ное заседание или отказ от выступления в судебных прениях как со-гласие потерпевшего с отказом прокурора от обвинения. Свердлов-ским областным судом К. оправдан по ч. 3 ст. 148 УК РСФСР (вымо-гательство) за недоказанностью совершения преступления. Касса-ционная инстанция, рассмотрев дело по жалобе потерпевших в части оправдания подсудимого и оставив оправдательный приговор без изменения, указала следующее:
«Как видно из материалов дела, государственный обвинитель отказался от обвинения по ч. 3 ст. 148 УК РСФСР. Потерпевший Шихов, согласно его собственноручному заявлению, от участия в судебном заседании сознательно уклонился. Участвовавшая в про-цессе потерпевшая Литвинцева от предоставленной возможности выступить в судебных прениях отказалась. При таких обстоятельст-вах суд, в соответствии с постановлением Конституционного Суда Российской Федерации от 20 апреля 1999 г. № 7-П, не вправе был выносить обвинительный приговор, в связи с чем позиция суда пер-вой инстанции признана правильной» . Однако в этом случае остаётся не разрешённым вопрос, как должен поступить суд, если ему неизвестна причина неявки потерпевшего, имеет ли он право приостановить разбирательство дела до выяснения причин неявки потерпевшего?
Анализ постановлений и определений Конституционного Суда РФ , постановлений Пленума Верховного Суда РФ . позволяет ут-верждать, что и в настоящее время суды при отказе государственно-го обвинителя от обвинения обязаны выяснять мнение потерпевшего. Лишение потерпевшего возможности изложить свою позицию на-рушает равенство прав сторон и ограничивает доступ к правосудию и потому является нарушением уголовно-процессуального закона. Однако необходимо констатировать факт, что суд во всех случаях мотивированного отказа от обвинения независимо от мнения потер-певшего обязан прекращать уголовное дело или уголовное преследо-вание подсудимого. Представляется, что с учётом того, что потер-певший отнесён законом к стороне обвинения, выяснять мнение по-терпевшего обязан прежде всего государственный обвинитель, именно на нём в первую очередь лежит обязанность защищать права лиц потерпевших от преступлений. Однако проведённое анкетирова-ние показало, что только 37,05% государственных обвинителей при отказе от обвинения считают необходимым учитывать мнение по-терпевшего, 29,08% будут учитывать его только в случае полного отказа от обвинения, 33,87 % считают возможным отказаться от об-винения без учёта мнения потерпевшего. При этом 77,74 % государ-ственных обвинителей указали, что независимо от мнения потер-певшего основное значение для них будет иметь их собственное внутреннее убеждение, сложившееся на основе исследованных дока-зательств.
В целях создания потерпевшему возможности поддерживать об-винение предлагалось обязать государственного обвинителя в случае несогласия потерпевшего с его отказом от обвинения продолжать участвовать в деле. Однако очевидно, что государственный обвини-тель, у которого сложилось внутреннее убеждение о необходимости отказа от обвинения, не сможет эффективно в дальнейшем поддер-живать данное обвинение.
Чтобы избежать этого, предлагалось предоставить потерпевшему право поддерживать обвинение самостоятельно, без участия госу-дарственного обвинителя, пользуясь услугами представителя, для чего закрепить в УПК право потерпевшего на бесплатную юридиче-скую помощь представителя . Это предложение тоже было отвергнуто законодателем , и мы разделяем эту позицию.
Деятельность лиц, осуществляющих публичное уголовное пре-следование, и деятельность потерпевшего не совпадают по своему направлению, поскольку не совпадают цели, на достижение которых эта деятельность направлена . Государственный обвинитель в суде поддерживает государственное обвинение, он защищает обществен-ные, государственные интересы, его задачей является привлечение к уголовной ответственности лица, виновного в совершении преступ-ления. Потерпевшего же интересует прежде всего восстановление его прав, нарушенных преступлением, возмещение материального и морального вреда . Конечно, в большинстве случаев потерпевший заинтересован в привлечении к уголовной ответственности именно виновного лица, но далеко не всегда. Невозможно требовать от по-терпевшего объективности при поддержании обвинения, поскольку он лично заинтересован в исходе дела. Следовательно, осуществляе-мое им самостоятельно публичное уголовное преследование не будет соответствовать требованиям закона, и он, как обвинитель, подлежит отводу.
Возникает также вопрос — за счёт каких средств подсудимому, в случае его оправдания, будет возмещаться вред, причиненный уго-ловным преследованием, нахождением под стражей, ограничением его прав, другими действиями, в частности наложением ареста на имущество?
По-видимому, не найдя ответов на эти вопросы, законодатель не предусмотрел в УПК возможность самостоятельного поддержания обвинения потерпевшим по делам публичного и частно-публичного обвинения и не предложил, по сути, взамен никакой иной процедуры, позволяющей потерпевшему контролировать действия государ-ственного обвинителя.
8 декабря 2003 года Конституционный Суд РФ признал не соот-ветствующей Конституции РФ ч. 9 ст. 246 УПК, указав при этом, что интересы потерпевшего в уголовном судопроизводстве не могут быть сведены исключительно к возмещению причиненного ему вреда, они в значительной степени связаны также с разрешением вопросов о доказанности обвинения, его объеме, применении уголовного закона и назначении наказания, тем более что во многих случаях от решения этих вопросов зависят реальность и конкретные размеры возмещения вреда. Гарантируя судебную защиту интересов гражда-нина и его право на обжалование в суд решений и действий органов государственной власти и должностных лиц, ст. 46 Конституции РФ исходит из обязанности государства обеспечить каждому рассмотре-ние его дела как минимум двумя судебными инстанциями. Ограни-чение права на доступ к суду вышестоящей инстанции не может быть оправдано конституционно значимыми целями, а предусмотренный ч.9 ст. 246 УПК пересмотр судебных решений ввиду новых или вновь открывшихся обстоятельств не может рассматриваться в качестве достаточной гарантии прав участников уголовного судо-производства .
Потерпевший получил возможность обжаловать в кассационном и апелляционном порядке решение, принятое в результате отказа го-сударственного обвинителя от обвинения в суде. Но доступ к право-судию — это не только право быть услышанным, но и соответст-вующая обязанность государственных органов принять решение по приведённым аргументам. Действующее законодательство не преду-сматривает вынесения процессуального документа, фиксирующего решение государственного обвинителя об отказе от обвинения и это обстоятельство препятствует его обжалованию. Суд 2-й инстанции лишён возможности принять решение о законности и обоснованности отказа государственного обвинителя по основаниям, предусмот-ренным п.п. 1,2 ст. 24 и п.1 ст. 27 УПК. Потерпевший может обжа-ловать только судебное постановление о прекращении уголовного дела, уголовного преследования в связи с отказом государственного обвинителя от обвинения, которое выносится при наличии мотиви-рованного заявления об отказе от обвинения.
240993b1f1d829cc293897510cba3773.js" type="text/javascript">8a9a2d555016bdd0500ddba071296400.js" type="text/javascript">eb18f56c6ae302311985e0e72c7f6a38.js" type="text/javascript">95cd289d8ff7b1639ae0f49046a8a270.js" type="text/javascript">a625b0f7588698b4d72a47a93186030b.js" type="text/javascript">9f9897ceb751aaeb16e175442ffc0325.js" type="text/javascript">086b873b63e7167c0de37b3097ce04dc.js" type="text/javascript">
Коментариев: 0 | Просмотров: 1171 |
Уважаемый посетитель, Вы зашли на сайт как незарегистрированный пользователь. Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо зайти на сайт под своим именем.

    Другие новости по теме:
{related-news}
Напечатать Комментарии (0)
ukrstroy.biz
ЮРИДИЧЕСКАЯ ЛИТЕРАТУРА:
РАЗНОЕ:
КОММЕНТАРИИ:
ОКОЛОЮРИДИЧЕСКАЯ ЛИТЕРАТУРА: