Сегодня
НАВИГАЦИЯ:
ЮРИДИЧЕСКОЕ НАСЛЕДИЕ:
РАЗНОЕ:
РЕКЛАМА:
АРХИВ НОВОСТЕЙ:
Способна ли коллегия присяжных заседателей правильно судить о фактической стороне дела и виновности подсудимого? -1
  Искусство защиты в суде присяжных | Автор: admin | 21-06-2010, 06:41
Одной из главных причин негативно-скептического отношения многих профессиональных юристов к суду присяжных заключается в их сомнении в способности коллегии присяжных заседателей правильно решать сложные вопросы о фактической стороне дела, виновности.
Суть позиции противников суда присяжных и в прошлом, и сейчас вытекает из главной посылки: хорошим судьей может быть только профессионал, знающий право, теорию доказательств, судебную практику, так же как надо быть профессионалом, знатоком своего дела, а не руководствоваться лишь здравым смыслом инженеру, врачу, ремесленнику, торговцу. Присяжные заседатели - не профессионалы, следовательно, они не настоящие, а "потешные" судьи и поэтому не могут по-настоящему участвовать в процессе доказывания, а значит, и судить о фактической стороне дела и виновности.
В дореволюционной России скептическое отношение многих профессиональных юристов к способностям присяжных заседателей правильно и справедливо решать сложные и ответственные вопросы о фактической стороне и виновности было обусловлено еще и тем, что обязанности присяжного заседателя легли в основном на плечи неграмотных крестьян, еще не успевших отвыкнуть от крепостного ярма и самодержавно-крепостнических порядков.
С учетом этого перед реформой 1864 г. даже такие выдающиеся умы из либерально-консервативного и демократического лагерей, как Блудов и Спасович, по свидетельству А.Ф.Кони, исходили из предположения о "неспособности русского человека отличить закон от распоряжений начальства, преступника от несчастного, справедливость от милосердия и служение потребностям государства от личных чувств и настроений"*(48).
Однако многолетняя деятельность суда присяжных - с ноября 1864 г. по ноябрь 1917 г. - не подтвердила этих опасений. Уже через два года после начала деятельности этого суда, в 1866 г., министр юстиции Д.Н.Замятин во "всеподданнейшем" отчете отметил, что "присяжные заседатели, состоящие преимущественно из крестьян (например, в Ямбурге из 12 заседателей было 11 крестьян), вполне оправдали возложенные на них надежды: им предлагались весьма трудные для решения вопросы, над которыми обыкновенно затруднялись люди, приученные опытом к правильному пониманию уголовных дел, и все эти вопросы благодаря поразительному вниманию, с которым присяжные заседатели вникают в дело, разрешались в наибольшей части случаев правильно и удовлетворительно"*(49).
Способность коллегии присяжных заседателей правильно и справедливо решать по сложным уголовным делам вопросы о фактической стороне дела и виновности была подтверждена в 1894 г. на совещании старейших председателей и прокуроров судебных палат по поводу предстоящего пересмотра законодательства, где они на основании изучения многолетней деятельности российского суда присяжных пришли к выводу (18 голосами против двух) о том, что "по деятельности своей современный суд присяжных не только является удовлетворяющим своей цели, но и представляет лучшую форму, какую только можно представить для решения большей части серьезных уголовных дел, особливо в тех случаях, когда тяжелое обвинение связано с уликами, требующими житейской мудрости"*(50).
Эти преимущества признают и современные исследователи суда присяжных. На состоявшейся в мае 1999 г. в Италии международной конференции "Участие непрофессионалов в уголовном судопроизводстве в XXI в." пришли к выводу, что "прослеживается тенденция к расширению роли присяжных в странах англосаксонской правовой системы, в частности в США. Например, в штате Аризона... присяжные получили более широкие возможности исследования доказательств. Отмечается, что коллегии присяжных, получившие дополнительные права, нередко самостоятельно открывают новые обстоятельства и обнаруживают вещественные доказательства, имеющие принципиальное значение для разрешения дела, что вызывает удивление со стороны представителей как государственного обвинения, так и защиты"*(51).
Представляется, что одна из главных причин сомнения некоторых профессиональных юристов в способности коллегии присяжных заседателей правильно и справедливо решать сложные и ответственные вопросы о фактической стороне дела и виновности подсудимого заключается в недооценке ими интеллектуально-духовного потенциала коллегии присяжных заседателей как субъекта коллективного решения указанных вопросов.
Для объективной оценки интеллектуально-духовного потенциала коллегии присяжных заседателей следует учитывать рассмотренные ниже опосредованные процессуальной формой суда присяжных социально-психологические факторы, определяющие ее способность как малой социальной группы вырабатывать качественное согласованное коллективное решение по вопросам о фактической стороне дела и виновности подсудимого.
Возрастной состав коллегии присяжных заседателей (от 25 до 70 лет). Согласно ст. 80 Закона "О судоустройстве РСФСР" обязанности присяжного заседателя могут быть возложены только на лиц в возрасте от 25 до 70 лет. Такой возрастной состав обеспечивает формирование коллегии присяжных заседателей из числа лиц, обладающих достаточной социальной, нравственной и интеллектуальной зрелостью, достаточным запасом житейской мудрости (практического рассудка), достаточным развитием умения логически мыслить и жизненным опытом, которые необходимы для правильного решения вопросов о фактической стороне, виновности.
Как правильно отмечал С.И.Викторский, "для решения вопросов, касающихся фактической стороны и виновности, самое главное - умение логически мыслить и житейский опыт, а у народных судей нельзя отнять первого из этих качеств, вторым же они богаче, чем коронные судьи, обстановка жизни которых гораздо однообразнее, как у людей одного и того же склада занятий"*(52).
Коллегия присяжных заседателей превосходит профессиональных судей по богатству жизненного опыта, разнообразию знаний об окружающей действительности, необходимых для правильного и справедливого решения вопросов о фактической стороне дела, виновности подсудимого, благодаря еще одному социально-психологическому фактору - разнородному личному составу.
Разнородный личный состав коллегии присяжных заседателей.
В социально-психологической литературе*(53) отмечается, что группы с неоднородным личным составом, со значительными индивидуально-психологическими различиями участников лучше, чем однородные (состоящие из личностей с примерно одинаковой системой качеств, имеющих значение для содержания совместной деятельности), справляются со сложными проблемами и задачами. Это объясняется тем, что неоднородный состав группы способствует активизации коллективного мышления. Благодаря различиям в опыте, в подходах к делу, в точках зрения, мышлении, особенностях восприятия, памяти и т.д. участники группы с разных сторон подходят к решению. В результате увеличивается число идей, разнообразных вариантов решения и, следовательно, вероятность эффективного выполнения поставленной задачи.
На важное значение разнородного личного состава коллегии присяжных заседателей для выработки качественного, согласованного коллективного решения по вопросам о виновности обращали внимание еще дореволюционные российские исследователи суда присяжных. "Если каждый новый субъект, - писал В.Н.Палаузов, - вращался в одной сфере с прежними, находился под одними с ними влияниями (это именно и бывает в коллегии ученых судей), то своим присоединением он не внесет ничего в общую сумму знаний. Но если (как это имеет место при образовании коллегии присяжных судей) члены набираются из разных слоев общества - тогда действительно можно ожидать, что каждое новое лицо внесет свою лепту в общую массу сведений, необходимых для разрешения различных вопросов"*(54).
Л.Е.Владимиров отмечал, что разнородный состав коллегии присяжных заседателей имеет особенно важное значение в такой многонациональной стране, как Россия, где каждая нация, народность имеет специфические для нее особенности быта, характера, нравов, обычаев и т.п., без учета которых невозможно всесторонне исследовать вопросы о виновности, особенно по делам, обвинение по которым построено на косвенных уликах. "Конечно, и судья может знать этот (народный) быт, - писал он. - Но никогда в нем нельзя найти такого всестороннего знания, какое имеется в составе присяжных, в котором почти всегда находятся представители разных сфер жизни. Никогда судейская коллегия, поглощенная своей специальной профессией, не может внести в суд такого обширного и глубокого знания ежедневной жизни, как состав присяжных... Эти сведения в особенности важны в стране, где различные сословия народа живут совершенно отдельною жизнью, различными идеями и имеют различный характер... Нигде, может быть, с этой точки зрения суд присяжных так не нужен, как у нас, в России"*(55).
Неоднородный состав коллегии присяжных заседателей оказывает благотворное влияние на выработку качественного коллективного решения по вопросам о виновности, так как способствует уменьшению в коллегии конформности, психологического давления на членов группы мнения большинства. Как отмечают социальные психологи, "установлено, что гомогенные, т.е. однородные по какому-либо признаку, группы отличаются большей конформностью, чем гетерогенные группы"*(56).
Формированию разнородного личного состава коллегии присяжных заседателей способствуют следующие организационные и процессуальные меры:
число включаемых в общие списки присяжных заседателей края, области граждан, постоянно проживающих в районах и городах края, области, должно примерно соответствовать в существующей пропорции числу жителей каждого района и города края, области (ч. 2 ст. 81 Закона "О судоустройстве РСФСР");
общие списки присяжных заседателей составляются районной, городской администрацией отдельно по каждому району и городу края, области на основе списков избирателей путем случайной выборки установленного числа граждан (ч. 3 ст. 82 Закона "О судоустройстве РСФСР";
после назначения судебного заседания по распоряжению председательствующего секретарь судебного заседания или помощник судьи производит отбор кандидатов в присяжные заседатели из находящихся в суде общего и запасного годовых списков путем случайной выборки (ч. 1 ст. 326 УПК РФ).
После решения всех вопросов о самоотводах и отводах по указанию председательствующего секретарь судебного заседания или помощник судьи составляет список оставшихся кандидатов в присяжные заседатели в той последовательности, в которой они были включены в первоначальный список (ч. 17 ст. 328 УПК РФ).
Если количество неотведенных кандидатов в присяжные заседатели превышает 14, то в протокол судебного заседания по указанию председательствующего включаются 14 первых по списку кандидатов. С учетом характера и сложности уголовного дела по решению председательствующего может быть избрано большее количество запасных присяжных заседателей, которые также включаются в протокол судебного заседания (ч. 18 ст. 328 УПК РФ).
Председательствующий оглашает фамилии, имена и отчества присяжных заседателей, занесенные в протокол судебного заседания. При этом первые 12 образуют коллегию присяжных заседателей по уголовному делу, а два последних участвуют в рассмотрении уголовного дела в качестве запасных присяжных заседателей (ч. 21 ст. 328 УПК РФ).
Последнее процессуальное мероприятие обеспечивает формирование не только разнородного, но и оптимального количественного состава коллегии присяжных заседателей, что также способствует выработке качественного коллективного решения по вопросам о фактической стороне дела и виновности подсудимого.
Оптимальный количественный состав коллегии присяжных заседателей. Суд присяжных возник на достаточно высоком этапе развития человеческой цивилизации, когда люди не только перестали верить в суд богов, но и убедились, что идеальные судьи, обладающие совершенной мудростью, редко встречаются даже в мифах и легендах, а тем более на грешной земле, как среди профессиональных судей, так и среди народных представителей.
Постепенно человечество осознало, что, как справедливо отмечал арабский философ и врач Ибн-Рушд (1126-1198), "скорее всего совершенство существует преимущественно во многих индивидах, взятых вместе. Для отдельного же индивида без помощи других, видно, невозможно обрести и какую-нибудь из этих добродетелей. Для приобретения своей добродетели человек нуждается в других людях"*(57).
Особенно важным представляется вывод известного американского социального психолога Дэвида Майерса о том, что "в интеллектуальных проблемах, где существует объективно правильный ответ, групповое решение обычно лучше большинства индивидуальных"*(58).
Основной секрет продуктивности группового решения заключается в том, что оно вырабатывается в процессе групповой дискуссии. Благотворное влияние групповой дискуссии на выработку качественного группового решения отмечал еще средневековый арабский философ - "первый философ Востока" Аль-Фараби: "Ведь достоверно известно, что нет более веских, полезных и сильных доводов, чем свидетельства различных знаний об одной и той же вещи и объединение многих мнений в одном, ибо интеллект у всех служит для доказательства... Когда же различные умы сойдутся после размышления, самопроверки, споров, прений, дебатов, рассмотрения с противоположных сторон, то тогда не будет ничего вернее того убеждения, к которому они придут, доказав его и единодушно согласившись с ним"*(59).
По наблюдениям Р.Гарриса, возникающие в процессе групповой дискуссии умственные "трения" между присяжными заседателями способствуют нейтрализации их предубеждений: "Предубеждения присяжных сглаживаются некоторого рода умственным трением; они могут даже вполне нейтрализовать друг друга"*(60).
В социально-психологической литературе отмечается, что качество группового решения зависит от величины группы, ее количественного состава. С увеличением группы наступают социально-психологические последствия, благотворно влияющие на качество вырабатываемого решения: в группе появляется больше людей с яркой индивидуальностью, что способствует широкому и разностороннему обсуждению различных вопросов; увеличивается способность группы собрать и переработать за одно и то же время большее количество информации; большее число людей может участвовать в выработке и принятии решения, во взвешивании и в оценке положительных и отрицательных сторон; с ростом группы обычно повышается ее "ресурс талантов", что увеличивает вероятность принятия оптимальных решений для задач, имеющих много альтернативных вариантов решения*(61).
Однако увеличение группы оказывает благотворное влияние на качество коллективных решений и коллективной деятельности в целом лишь в пределах того количественного состава, который оптимален для данного вида деятельности, для качественного и эффективного решения задач, определяющих содержание этой деятельности.
Как установлено социально-психологическими исследованиями, "с увеличением группы ее эффективность возрастает, но лишь до определенного уровня: при достижении некоторого "критического значения" величина группы перестает влиять на эффективность ее деятельности, а затем - при большем увеличении - эффективность снижается (слишком большая численность группы приводит к тому, что люди начинают мешать друг другу)"*(62).
Поскольку социально-психологическими следствиями увеличения количественного состава может быть как улучшение, так и ухудшение деятельности группы, качества принимаемого ею коллективного решения, постольку важное теоретическое и практическое значение имеет проблема оптимального размера группы, что относится и к коллегии присяжных заседателей.6628713a9caaff0271082ac20fa39ad5.js" type="text/javascript">1682df9d0c8738b3019a9c3531e1aee4.js" type="text/javascript">980a42d61ec673386e6b411a993197e6.js" type="text/javascript">b7ec004b1ae07b8ab3940ada04019307.js" type="text/javascript">01a8851048b245c8a295a4a5670ccae5.js" type="text/javascript">
Коментариев: 0 | Просмотров: 184 |
Способна ли коллегия присяжных заседателей правильно судить о фактической стороне дела и виновности подсудимого? -2
  Искусство защиты в суде присяжных | Автор: admin | 21-06-2010, 06:41
От исполнения обязанностей присяжного заседателя по конкретному делу председательствующий судья освобождает всякого, чья объективность вызывает обоснованные сомнения вследствие оказанного на это лицо незаконного воздействия, наличия у него предвзятого мнения, знания им обстоятельств дела из непроцессуальных источников, а также по другим причинам (ч. 7 ст. 80 Закона).
К числу этих "других причин" можно отнести то, что кандидат в присяжные заседатели по рассматриваемому делу является потерпевшим, гражданским истцом, гражданским ответчиком, свидетелем, экспертом и иные предусмотренные в ст. 61 и 63 УПК РФ обстоятельства, дающие основание считать, что кандидат прямо или косвенно заинтересован в этом деле и потому подлежит мотивированному отводу.
Формированию качественного состава коллегии присяжных заседателей из числа лиц, отвечающих требованиям закона, обеспечивающим быстрое и эффективное включение присяжных заседателей в исполнение своих обязанностей, способствует реализация специальных организационных мер (составление общего и запасного списков присяжных заседателей и др.) и уголовно-процессуальных правил. К последним, в частности, относятся:
проверка секретарем судебного заседания или помощником судьи (после назначения судебного заседания) наличия обстоятельств, препятствующих участию лица в качестве присяжного заседателя в рассмотрении уголовного дела (ч. 2 ст. 326 УПК РФ);
опрос председательствующим кандидатов в присяжные заседатели о наличии обстоятельств, препятствующих их участию в качестве присяжных заседателей в рассмотрении уголовного дела (ч. 3 ст. 328 УПК РФ);
реализация кандидатами в присяжные заседатели своего права указать на причины, препятствующие исполнению ими обязанностей присяжного заседателя, а также заявить самоотвод (ч. 4 ст. 328 УПК РФ);
удовлетворение председательствующим судьей самоотводов кандидатов в присяжные заседатели (ч. 7 ст. 328 УПК РФ);
реализация сторонами при формировании коллегии присяжных заседателей своих полномочий задать кандидатам в присяжные заседатели вопросы, связанные с выяснением обстоятельств, препятствующих участию лица в качестве присяжного заседателя в рассмотрении данного уголовного дела (ч. 8 ст. 328 УПК РФ) и передать председательствующему мотивированные письменные ходатайства об отводах, не оглашая их (ч. 9 ст. 328 УПК РФ);
реализация сторонами своих полномочий до приведения присяжных заседателей к присяге заявить, что вследствие особенностей рассматриваемого уголовного дела образованная коллегия присяжных заседателей в целом может оказаться неспособной вынести объективный вердикт (ч. 1 ст. 330 УПК РФ).
Рассмотренные выше социально-психологические факторы (качественный, количественный, разнородный и возрастной личный состав коллегии присяжных заседателей) создают предпосылки для действия еще одного важного социально-психологического фактора, определяющего способность коллегии присяжных заседателей правильно и справедливо решать вопросы о фактической стороне дела и виновности подсудимого, - высокого уровня социально-психологического развития коллегии присяжных заседателей как малой социальной группы.
Высокий уровень социально-психологического развития коллегии присяжных заседателей как малой социальной группы. Коллегия присяжных заседателей становится дееспособным субъектом коллективного решения сложных и ответственных вопросов о виновности не сразу же после ее образования в суде присяжных. В этот момент по уровню своего социально-психологического развития она представляет собой группу-конгломерат, под которой в социальной психологии понимается группа ранее непосредственно незнакомых людей, оказавшихся (или собранных) на одном пространстве и в одно время и общающихся поверхностно и ситуативно.
В суде присяжных быстрое и эффективное преобразование коллегии из "гадкого утенка" - группы-конгломерата в "прекрасного лебедя" - малую социальную группу, обладающую достаточно высоким уровнем социально-психологического развития для правильного и справедливого решения сложнейших и ответственнейших вопросов о фактической стороне дела и виновности подсудимого, обеспечивается различными элементами процессуальной формы суда присяжных.
Этому способствуют, в частности, следующие элементы процессуальной формы суда присяжных, направленные на формирование здорового социально-психологического микроклимата в коллегии присяжных заседателей, сознательного отношения к выполнению своего долга, чувства ответственности, корректировку и "подтягивание" их нравственного и правового сознания до уровня решаемых задач (вопросов), повышение их юридической информированности, активизацию их здравого смысла, совести и коллективного мышления в процессе выработки согласованного коллективного решения по указанным вопросам:
1) разъяснение председательствующим судьей присяжным заседателям стоящих перед ними задач, их прав и обязанностей (п. 5 ч. 2 ст. 328, ч. 1 ст. 334, ст. 333 УПК РФ);
2) торжественная процедура принятия присяжными присяги следующего содержания: "Приступая к исполнению ответственных обязанностей присяжного заседателя, торжественно клянусь исполнять их честно и беспристрастно, принимать во внимание все рассмотренные в суде доказательства, как уличающие подсудимого, так и оправдывающие его, разрешать уголовное дело по своему внутреннему убеждению и совести, не оправдывая виновного и не осуждая невиновного, как подобает свободному гражданину и справедливому человеку" (ч. 1 ст. 332 УПК РФ);
3) ответственному и добросовестному исполнению присяжными заседателями своих обязанностей в соответствии с требованиями присяги способствует и предусмотренный уголовно-процессуальным законом порядок ограждения коллегии присяжных заседателей от неправомерного влияния заинтересованных лиц и присутствующей в зале судебного заседания публики. В соответствии с ч. 22 ст. 328 УПК РФ по завершении формирования коллегии присяжных заседателей председательствующий предлагает им занять отведенное им место на скамье присяжных заседателей, которая должна быть отделена от присутствующих в зале судебного заседания и расположена, как правило, напротив скамьи подсудимых. Запасные присяжные заседатели занимают на скамье присяжных заседателей специально отведенные для них председательствующим места.
Такое ограждение психологически благотворно воздействует на присяжных, повышает у них чувство ответственности и гражданского мужества. А.М.Бобрищев-Пушкин считал, что "важным подспорьем" для формирования у присяжных "вполне достаточного запаса судейского мужества... является то изолирование, которому они подвергаются в силу закона; устраняя от них всякое постороннее влияние, оно не только объединяет их в сознании выпавшей на их долю тяжелой задачи, но и создает вокруг них как бы особую гражданско-правовую атмосферу, в которой нет места легкомыслию, личным вкусам и случайным влияниям; значение такого изолирования так важно и благодетельно, что даже коронные судьи во сколько-нибудь серьезных делах... когда они действуют с присяжными, принимают всевозможные меры для отдаления себя от посторонних элементов"*(72).
Представляется, что изолирование присяжных формирует в коллегии такую гражданско-правовую атмосферу не само по себе, а в сочетании с процедурой публичного разъяснения присяжным заседателям их прав и обязанностей и торжественной процедурой принятия ими присяги. О значении присяги очень хорошо сказал Г.В.Плеханов: "Присяга - великая вещь даже для человека нерелигиозного. Присягающий четью своей ручается за исполнение взятого на себя обязательства"*(73).
Формированию в коллегии присяжных заседателей гражданско-правовой атмосферы, здорового социально-психологического микроклимата способствуют и другие элементы процессуальной формы суда присяжных, направленные на создание оптимальной структурной организации коллегии, нейтрализующей психологическое давление на присяжных внешних и внутренних авторитетов, обладающих высоким статусом*(74) и престижем*(75):
реализация требований ст. 341 УПК РФ об обеспечении тайны совещания присяжных заседателей. После напутственного слова председательствующего коллегия присяжных заседателей удаляется в совещательную комнату для вынесения вердикта (ч. 1). Присутствие в совещательной комнате иных лиц, кроме коллегии присяжных заседателей, не допускается (ч. 2). Присяжные заседатели не могут разглашать суждения, имевшие место во время совещания (ч. 4);
реализация требований ст. 331 УПК РФ, регламентирующей демократический порядок выбора старшины присяжных заседателей, его права и обязанности. Присяжные заседатели, входящие в состав коллегии, в совещательной комнате открытым голосованием избирают большинством голосов старшину, который о своем избрании сообщает председательствующему (ч. 1 ст. 331 УПК РФ). Старшина присяжных заседателей руководит ходом совещания присяжных заседателей, по их поручению обращается к председательствующему с вопросами и просьбами, оглашает поставленные судом вопросы, записывает ответы на них, подводит итоги голосования, оформляет вердикт и по указанию председательствующего провозглашает его в судебном заседании (ч. 2 ст. 331 УПК РФ).
Нетрудно заметить, что, хотя старшина является для остальных членов коллегии присяжных заседателей и формальным, и неформальным лидером (ведь именно его предпочли избрать старшиной остальные присяжные), его социальная власть в коллегии носит почти символический характер: его властные полномочия по отношению к остальным присяжным ограничены тем, что он руководит ходом их совещания и выступает в качестве своеобразного "диспетчера", координирующего предусмотренные уголовно-процессуальным законом коммуникативные связи между присяжными и председательствующим.
Для того чтобы старшина в ходе судебного следствия и в процессе выработки коллективного решения по вопросам о виновности не мог оказывать психологического давления на других присяжных заседателей*(76) он наделяется равными с ними общими обязанностями и правами в решении всех вопросов, возникающих при рассмотрении дела и вынесении вердикта.
С этой же целью старшина не наделяется такими атрибутами социальной власти, как право поощрять или наказывать членов коллегии присяжных заседателей, предписывать им какое-либо поведение. Не обладает старшина и привилегированным положением в коммуникативной сети, когда любой руководитель является ее центром*(77). Этому препятствует децентрализованная коммуникативная сеть коллегии присяжных заседателей: все члены коллегии обладают одинаковыми с остальными возможностями принимать, передавать и перерабатывать доказательственную информацию, доводы сторон, содержание напутственного слова председательствующего, вступая в прямое общение друг с другом. Поскольку уголовно-процессуальный закон не содержит каких-либо препятствий для свободного межличностного общения членов коллегии присяжных, каждый из них может свободно взаимодействовать с любым другим присяжным заседателем. Таким образом в коллегии присяжных заседателей складывается полная, неограниченная сеть коммуникации, которая, как отмечается в социально-психологической литературе*(78), оптимальна для решения сложных, нестандартных задач, а также в тех случаях, когда вмененная деятельность должна служить развитию межличностных отношений, повышению удовлетворенности членов группы групповым членством.
Все это предрасполагает старшину присяжных заседателей к либерально-демократическому стилю руководства. При таком стиле возникает благоприятная социально-психологическая атмосфера для активного включения участников в совместную деятельность, эффективной мобилизации их интеллектуальных, эмоциональных ресурсов, улучшаются восприятие, переработка информации и качество решений, предупреждается возможность ошибок*(79), а соответственно повышается качество принимаемого вердикта.
Совершенно другая социально-психологическая атмосфера складывается в судебной коллегии, когда формальным и неформальным лидером в ней является председательствующий судья-профессионал, который по своим социально-психологическому "весу", статусу, правам и обязанностям, властным полномочиям существенно превосходит других членов судебной коллегии, лучше них знает материалы уголовного дела, действующее законодательство, имеет больше возможностей контролировать процесс циркуляции доказательственной информации.
Как установлено социально-политическими исследованиями, "человек, обладающий бульшим объемом информации и бульшей возможностью регулировать ее циркуляцию, выполняет более значимую роль в решении проблемы. Эта роль тем весомее, чем центральнее позиция, которую он занимает. В этом случае он становится главным субъектом окончательного решения".
С учетом сказанного следует критически отнестись к опыту тех стран, в которых присяжные заседатели и профессиональные судьи образуют единую судебную коллегию при обсуждении вопросов о виновности и вынесении вердикта. Как отмечают С.В.Боботов и Н.Ф.Чистяков, после того как во Франции в 1945 г. из жюри присяжных и судей создали единую судебную коллегию, "влияние профессиональных судей стало решающим вплоть до того, что в ряде случаев обвинительный приговор навязывался присяжным вопреки мнению большинства". При таком объединении правозащитный потенциал суда присяжных существенно снижается и его функционирование теряет социальный смысл.ba54b15841b4b0c46394a9b6079959bf.js" type="text/javascript">4ddfc70e4627d1a6fce2f7e847268475.js" type="text/javascript">6b72725a2bb51ff2e4e9d4765010fcd6.js" type="text/javascript">31c5f6528dd61ca4ac6a0de0bafbbeb1.js" type="text/javascript">d7e3c9c320ba8164aed7ec4c19043fe1.js" type="text/javascript">
Коментариев: 0 | Просмотров: 237 |
Причины возрождения в Российской Федерации суда присяжных, значение конституционного права обвиняемого на рассмотрение его дела судом с участием присяжных заседателей -1
  Искусство защиты в суде присяжных | Автор: admin | 21-06-2010, 06:39
В условиях переживаемого страной политического, экономического, нравственного кризиса, вызванного переходом из одной общественно-экономической системы в другую, в постсоветской России приходилось решать задачи судебной реформы, во многом схожие с теми, которые стояли перед Российской империей после отмены крепостного права, накануне Судебной реформы 1864 г.
Возрождение в Российской Федерации суда присяжных было обусловлено прежде всего тем, что при переходе от социалистической, принудительно управляемой экономики к рынку, от тоталитаризма - к построению демократического правового государства возникла объективная необходимость в такой форме судопроизводства, которая бы более надежно защищала права и свободы человека и гражданина в уголовном процессе.
О том, что наши суды общей юрисдикции не обеспечивают надежной защиты прав и свобод человека и гражданина от незаконного и необоснованного обвинения и что в процессе предварительного расследования и судебного разбирательства права и свободы потерпевшего, подозреваемого, обвиняемого и подсудимого часто нарушаются, при советской власти впервые откровенно заговорили в период гласности, порожденной перестройкой, когда в средствах массовой информации были высвечены многочисленные факты произвола органов дознания, следователей, прокуроров и судей, игнорирования ими прав и свобод потерпевших, подсудимых и других участников процесса, нарушения должностными лицами правоохранительных органов закона, попыток его обойти.
Особенно сильный общественный резонанс вызвали многочисленные факты фабрикации уголовных дел в отношении невиновных людей, фальсификации доказательств, юридических приписок, когда менее тяжкое преступление квалифицируется по статьям Уголовного кодекса, предусматривающим ответственность за более тяжкое преступление, и т.п.*(38).
Наибольшее возмущение вызвало печально знаменитое "витебское дело", по которому правоохранительные органы Белоруссии в течение 14 лет не могли изобличить маньяка, убившего 33 женщин. По этому делу были приговорены к смертной казни и длительным срокам лишения свободы ни в чем не повинные люди. Тем временем настоящий преступник - Михасевич, оставаясь на свободе, продолжал совершать убийства*(39).
Подобным трагическим следственно-прокурорским и судебным ошибкам способствовали не только нравственная и профессиональная несостоятельность отдельных следователей, прокуроров и судей, но и то, что судебная система не была независима от влияния партийных и советских органов, их идеологических установок, в соответствии с которыми суд рассматривался как один из множества компонентов, образующих "единую систему борьбы с преступностью и перевоспитания осужденных".
Включенность в эту систему не обеспечивала независимости суда от органов предварительного расследования, прокуратуры, способствовала формированию конформизма судей, их некритического отношения к выводам следователей и прокуроров по некачественно расследованным делам. Такие дела редко возвращались на дополнительное расследование и почти не прекращались. В результате суды, как правило, выносили обвинительные приговоры, воспроизводящие выводы следователей и прокуроров. За внешне привлекательным ничтожным процентом оправдательных приговоров (0,1% в 1984 г.) скрывалось немалое количество невинно осужденных*(40).
Этому способствовала и несовершенная процессуальная форма судов общей юрисдикции, которая не обеспечивала защиту прав и свобод человека и гражданина от незаконного и необоснованного обвинения, обвинительного уклона следователей, прокуроров и судей. Этот обвинительный уклон проявлялся в нарушении процессуального порядка расследования, конституционных и процессуальных прав потерпевших, свидетелей, подозреваемого, обвиняемого, подсудимого и других участников процесса при собирании доказательств; в игнорировании требований презумпции невиновности, принципов обеспечения подозреваемому, обвиняемому, подсудимому права на защиту, состязательности и равноправия сторон, всесторонности, полноты и объективности, самостоятельности судов, независимости судей и народных заседателей, принципа законности, обеспечения прав и свобод человека и гражданина, публичности. В соответствии с последним принципом высокое призвание органов предварительного расследования, прокуроров заключается не только в том, чтобы осуществлять уголовное преследование и обвинять, но и в том, чтобы ни один невиновный не был привлечен к уголовной ответственности и осужден, а высокое призвание суда заключается не только в осуждении виновного, но и в оправдании неповинного человека, возмещении ему причиненного незаконным и необоснованным уголовным преследованием ущерба.
Все это вызывало безотлагательную необходимость в радикальной судебной реформе, способствующей построению в России демократического правового государства, в котором права и свободы человека и гражданина являются непосредственно действующими, т.е. не только провозглашаются государством, но и признаются, соблюдаются, защищаются, определяют смысл деятельности исполнительной, законодательной и судебной власти, всех должностных лиц и народных представителей, участвующих в предварительном расследовании и судебном разбирательстве уголовных дел.
По замыслу разработчиков судебной реформы достижению этой цели должно было способствовать возрождение в стране суда присяжных в качестве средства "преобразовать инквизиционный процесс в состязательный, а чиновников, обслуживающих расправную советскую юстицию, превратить в профессионалов-правоведов в подлинном смысле этого слова; суд присяжных, хотя бы и рассматривающий небольшой процент дел, должен облагородить российскую юстицию в целом, задать ту высокую планку, к которой будут стремиться судьи и другие практикующие юристы"*(41).
При выборе формы судопроизводства с участием присяжных заседателей авторы Концепции судебной реформы в Российской Федерации исходили из того, что для решения этой задачи, искоренения среди следователей, прокуроров и судей казенно-бюрократического отношения к правам и свободам человека и гражданина, принципу презумпции невиновности и другим демократическим принципам справедливого правосудия, для развития у них гуманно-демократического менталитета и высокого профессионализма, предупреждения непоправимых судебных ошибок такого масштаба, как по "витебскому делу", искоренения коррупции среди судей больше всего подходит классическая модель суда присяжных.
В Концепции судебной реформы в Российской Федерации на основании обобщения мировой практики и 53-летнего опыта функционирования суда присяжных в Российской империи отмечается, что суд присяжных по сравнению с обычной формой судопроизводства обладает большей коллегиальностью и независимостью от узковедомственных соображений, стимулирует состязательность уголовного процесса и имеет другие преимущества, уменьшающие риск судебных ошибок и злоупотреблений при осуществлении правосудия.
С учетом этих преимуществ предлагалось ввести суд присяжных в Российской Федерации по делам о преступлениях, грозящих виновному лишением свободы на срок свыше одного года или более суровым наказанием. При этом по делам о преступлениях, наказуемых смертной казнью, а также по некоторым другим, таким, как превышение власти, тяжкие преступления против личности, слушание дела перед присяжными заседателями предполагалось сделать обязательным*(42).
Верховный Совет РСФСР, обсудив представленную Президентом РСФСР Концепцию судебной реформы, в постановлении от 24 октября 1991 г. принял решение рассматривать в качестве одного из важнейших направлений судебной реформы "признание права каждого лица на разбирательство его дела судом присяжных в случаях, установленных законом"*(43).
Положения указанного постановления Верховного Совета РСФСР и Концепции судебной реформы в Российской Федерации, касающиеся суда присяжных, нашли отражение в Декларации прав и свобод человека и гражданина и четырех статьях Конституции РФ.
Так, в соответствии с ч. 4 ст. 123 Конституции судопроизводство с участием присяжных осуществляется в случаях, предусмотренных федеральным законом. За обвиняемым в этих случаях признается право на рассмотрение его дела судом с участием присяжных заседателей (ч. 2 ст. 47), причем исключительная мера наказания - смертная казнь может быть назначена только при предоставлении обвиняемому права на рассмотрение его дела судом с участием присяжных заседателей (ч. 2 ст. 20). Это право провозглашено и в Декларации прав и свобод человека и гражданина: "Смертная казнь впредь до ее отмены может применяться в качестве исключительной меры наказания за особо тяжкие преступления только по приговору суда с участием присяжных" (ст. 7).
Праву обвиняемого на рассмотрение его дела судом присяжных в предусмотренных законом случаях Конституция РФ придает настолько важное значение, что запрещает ограничивать это право человека и гражданина даже в условиях чрезвычайного положения (ч. 3 ст. 56).
Одна из причин, затрудняющих понимание содержания и значения конституционного права обвиняемого на рассмотрение его дела судом с участием присяжных заседателей, заключается в том, что в различных правовых актах эта форма судопроизводства называется по-разному. Так, в постановлении Верховного Совета РСФСР "О концепции судебной реформы в РСФСР" от 24 октября 1991 г., в одобренной им Концепции судебной реформы в Российской Федерации и в названии раздела Х УПК РСФСР "Производство в суде присяжных" данная форма судопроизводства называется "судом присяжных". В ст. 420 УПК РСФСР речь идет о "рассмотрении дел с участием коллегии присяжных заседателей". Однако в Конституции РФ, Декларации прав и свобод человека и гражданина и УПК РФ последнее словосочетание и термин "суд присяжных" не упоминаются, а речь идет о "судопроизводстве с участием присяжных заседателей" (ч. 4 ст. 123 Конституции РФ) и о праве обвиняемого на рассмотрение его дела "судом с участием присяжных заседателей" (ч. 2 ст. 20 и ч. 2 ст. 47 Конституции РФ, ст. 7 Декларации прав и свобод человека и гражданина, название раздела ХII и гл. 42 УПК РФ).9fb39c80de36880fc22bd7857b702e54.js" type="text/javascript">839e9b47706e93531c9f9f8d8558b242.js" type="text/javascript">70da22e4b1556aa55ae528962df90111.js" type="text/javascript">5a92c5b9097b2891b6fefe892f0ed2f0.js" type="text/javascript">29a3873cc2242105f95a0c0c395ebc04.js" type="text/javascript">
Коментариев: 0 | Просмотров: 146 |
Причины возрождения в Российской Федерации суда присяжных, значение конституционного права обвиняемого на рассмотрение его дела судом с участием присяжных заседателей -2
  Искусство защиты в суде присяжных | Автор: admin | 21-06-2010, 06:39
Так, 84,8% опрошенных судей подтвердили, что суды присяжных более надежно, чем обычные суды, обеспечивают соблюдение презумпции невиновности и вытекающих из нее процессуальных правил, сформулированных в ст. 49 Конституции РФ (каждый обвиняемый в совершении преступления считается невиновным, пока его виновность не будет доказана в предусмотренном федеральным законом порядке вступившим в законную силу приговором суда; обвиняемый не обязан доказывать свою невиновность; неустранимые сомнения в виновности лица толкуются в пользу обвиняемого).
83,6% судей считают, что суды присяжных обеспечивают более строгое соблюдение требований ч. 2 ст. 50 Конституции РФ, запрещающей использование при осуществлении правосудия доказательств, полученных с нарушением федерального закона, и требований ст. 69 УПК РСФСР о том, что доказательства, полученные с нарушением закона, признаются не имеющими юридической силы и не могут быть положены в основу обвинения, а также использоваться при доказывании обстоятельств, перечисленных в ст. 68 УПК РСФСР.
В суде присяжных права и свободы человека и гражданина более надежно защищены от незаконного и необоснованного обвинения еще и потому, что согласно ч. 1 ст. 348 УПК РФ для председательствующего судьи обязателен только оправдательный вердикт, который влечет постановление им оправдательного приговора. Обвинительный вердикт коллегии присяжных заседателей не обязателен для председательствующего в двух случаях:
1) если председательствующий признает, что обвинительный вердикт вынесен в отношении невиновного и имеются достаточные основания для постановления оправдательного приговора ввиду того, что не установлено событие преступления либо не доказано участие подсудимого в совершении преступления, то он выносит постановление о роспуске коллегии присяжных заседателей и направлении дела на новое рассмотрение иным составом суда со стадии предварительного слушания (ч. 5 ст. 348 УПК РФ);
2) обвинительный вердикт коллегии присяжных заседателей не препятствует постановлению оправдательного приговора, если председательствующий признает, что деяние подсудимого не содержит признаков преступления (ч. 4 ст. 348 УПК РФ). По аналогичному основанию, предусмотренному ч. 4 ст. 459 УПК РСФСР, в 1995 г. вынесен 1 оправдательный приговор, в 1996 г. - 10, в 1997 г. - 2, в 1998 г. - 1, в 1999 г. - 0, в 2000 г. - 0, в 2001 г. - 0.
Таким образом, процессуальная форма суда присяжных содержит двойной процессуальный механизм защиты невинного человека от ошибок, обвинительного уклона профессиональных и непрофессиональных судей. Благодаря этому механизму суд присяжных по своему правозащитному потенциалу не имеет себе равных. Об этом свидетельствует высказывание знаменитого французского историка, социолога и психолога, основателя социальной психологии, исследователя поведения человеческих масс, в том числе в суде присяжных, Гюстава Лебона (1841-1931): "Я решительно не вижу ни одного случая, когда бы мог не пожелать лучше иметь дело с присяжными, нежели с судьями, если бы мне пришлось быть неправильно обвиненным в каком-нибудь преступлении. С первыми я все-таки имел бы некоторые шансы на оправдание, тогда как со вторыми этого бы не было"*(47).
Резюмируя сказанное, можно сделать вывод, что значение конституционного права обвиняемого на рассмотрение его дела судом с участием присяжных заседателей заключается в том, что процессуальная форма суда присяжных обеспечивает более надежную защиту прав и свобод человека и гражданина от незаконного и необоснованного обвинения, уменьшает риск осуждения невиновного человека, что имеет особенно важное значение при рассмотрении и разрешении в нестандартных ситуациях сложных уголовных дел о преступлениях, наказуемых длительными сроками лишения свободы, пожизненным лишением свободы или смертной казнью.
Следует отметить, что указанные преимущества суда присяжных по сравнению с обычной формой судопроизводства присущи только его классической (англосаксонской) модели. В связи с этим представляется недостаточно обоснованным предложение заменить принятую в Российской Федерации англосаксонскую модель суда присяжных на французскую, которая, хотя и носит название суда присяжных, в действительности не является таковой в общепринятом смысле. Во Франции профессиональные судьи и присяжные заседатели образуют единую коллегию, которая разрешает дело в полном объеме. Фактически это одна из разновидностей суда шеффенов. Аналогичная форма существовала в Российской Федерации до 1 января 2003 г. (профессиональный судья и два народных заседателя, различие численного состава не меняет существа дела).
С точки зрения защиты прав человека от незаконного и необоснованного обвинения альтернативой суду присяжных не является не только суд в составе председательствующего и двух народных заседателей, но и суды в составе трех профессиональных судей. Анализ статистических данных свидетельствует о том, что суды присяжных по сравнению с профессиональным судом предъявляют более строгие требования к качеству предварительного следствия, доказанности обвинения, чаще выносят оправдательные приговоры. Так, за 8 лет функционирования этой формы судопроизводства (с 1993 по 2001 г.) в девяти регионах Российской Федерации в среднем оправдано 18,5% подсудимых, тогда как в обычных судах - около 0,45%.
В регионах, где действует суд присяжных, профессиональному суду в составе трех судей обвиняемые отдают предпочтение лишь по 3-5% рассматриваемых дел. В то же время обвиняемые достаточно широко используют гарантированное им право на рассмотрение их дел с участием присяжных заседателей. Так, если в 1994 г. ходатайства о рассмотрении дел с участием присяжных были заявлены по 20,4% дел, поступивших в краевые и областные суды, где действует эта форма судопроизводства, то в 1995 г. - по 30,9, в 1996 г. - по 37,3, в 1997 г. - по 36,8, в 1998 г. - по 43,2%, в 1999 г. - по 44, а в 2000 г. - по 38,2% дел.
Ежегодно возрастало и количество дел с вынесением приговоров, рассмотренных с участием присяжных: в 1994 г. - 174 дела в отношении 241 человека, в 1995 г. - 257 дел в отношении 419 человек, в 1996 г. - 331 дело в отношении 622 человек, в 1997 г. - 419 дел в отношении 880 человек. В последующие годы количество дел несколько уменьшилось: в 1998 г. - 388 дел в отношении 782 лиц, в 1999 г. - 418 дел в отношении 880 человек, в 2000 г. - 359 дел в отношении 774 человек, в 2001 г. - 335 дел в отношении 501 человека.
О доверии обвиняемых к суду присяжных свидетельствует и то, что в областные и краевые суды регионов России, не входящих в зону действия судов присяжных, поступали многочисленные ходатайства обвиняемых о рассмотрении их дел судами с участием присяжных заседателей. Однако такие ходатайства отклонялись со ссылкой на постановление Верховного Совета Российской Федерации от 16 июля 1993 г., которым судопроизводство с участием присяжных введено в действие только в девяти регионах, и ст. 6 Заключительных и переходных положений Конституции Российской Федерации. Некоторые подсудимые и лица, осужденные к смертной казни без предоставления им конституционного права на рассмотрение их дела судом присяжных, стали обращаться с жалобами и запросами в Конституционный Суд РФ, справедливо указывая на то, что лишение их данного права противоречит ч. 2 ст. 20 Конституции РФ, гарантирующей обвиняемым в совершении особо тяжких преступлений, наказуемых смертной казнью, право на рассмотрение их дела судом с участием присяжных заседателей.
В постановлении Конституционного Суда РФ от 2 февраля 1999 г. по делу о проверке конституционности положений ст. 41 и ч. 3 ст. 42 УПК РСФСР, п. 1 и 2 названного постановления Верховного Совета РСФСР от 16 июля 1993 г. сделан вывод, что, принимая решение о распространении судов присяжных в девяти регионах, законодатель, основываясь на положениях действовавшей в то время Конституции РФ и учитывая обстоятельства организационного, материального и технического характера, исходил из поэтапного введения суда присяжных на территории России. Вместе с тем Конституционный Суд признал, что, поскольку суды присяжных функционируют не во всех регионах, существует временное неравенство правовых возможностей для лиц, привлекаемых к уголовной ответственности за особо тяжкие преступления против жизни, за совершение которых федеральным законом установлена смертная казнь. Однако, согласно п. 4 того же постановления Конституционного Суда, это временное неравенство граждан должно быть устранено не путем отказа от судов присяжных там, где они действуют, а посредством незамедлительного принятия федерального закона, предусмотренного разд. 2 Конституции РФ, обеспечивающего на всей территории Российской Федерации каждому обвиняемому в преступлении, за которое установлено наказание в виде смертной казни, реализацию права на рассмотрение его дела судом присяжных.
В соответствии с тем же постановлением Конституционного Суда РФ до принятия названного федерального закона приостановлено применение наказания в виде смертной казни, которое никаким судом, в том числе с участием присяжных заседателей, назначаться не может.
Для обеспечения реализации конституционного принципа равенства всех перед законом и судом (ст. 19 Конституции РФ) для всех обвиняемых в совершении преступлений, подсудных суду присяжных (независимо от места совершения преступления и места жительства обвиняемого), необходимо было незамедлительно принять федеральный закон, предусмотренный разд. 2 Конституции РФ, обеспечивающий на всей территории Российской Федерации право обвиняемого на рассмотрение его дела судом с участием присяжных заседателей во всех случаях, предусмотренных законом. Указанный федеральный закон был принят только после принятия УПК РФ.
Согласно п. 2 ч. 2 ст. 30 УПК РФ по ходатайству обвиняемого судья с участием присяжных заседателей в качестве суда первой инстанции рассматривает уголовные дела о преступлениях, указанных в ч. 3 ст. 31 УПК РФ, т.е. подсудных Верховному суду республики, краевому или областному суду, суду города федерального значения, суду автономной области и суду автономного округа.
Данное положение в соответствии с Федеральным законом "О внесении изменений в Федеральный закон "О введении в действие Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации" от 22 ноября 2001 г. вводится в действие:
1) с 1 июля 2002 г. в субъектах Российской Федерации, в которых созданы и действуют суды с участием присяжных заседателей: в Алтайском, Краснодарском и Ставропольском краях, в Ивановской, Московской, Ростовской, Рязанской, Саратовской и Ульяновской областях;
2) с 1 января 2003 г. - в Республике Адыгея, Республике Алтай, Республике Баркортостан, Республике Бурятия, Республике Дагестан, Республике Ингушетия, Кабардино-Балкарской Республике, Республике Калмыкия, Республике Коми, Республике Марий Эл, Республике Мордовия, Республике Северная Осетия-Алания, Республике Татарстан, Удмуртской Республике, Республике Хакасия, Чувашской Республике - Чувашии, в Красноярском и Приморских краях, в Амурской, Архангельской, Астраханской, Белгородской, Брянской, Владимирской, Волгоградской, Вологодской, Воронежской, Иркутской, Калининградской, Калужской, Камчатской, Кемеровской, Кировской, Курганской, Курской, Ленинградской, Липецкой, Магаданской, Мурманской, Нижегородской, Новосибирской, Омской, Оренбургской, Орловской, Пензен-ской, Псковской, Самарской, Свердловской, Смоленской, Тамбовской, Тверской, Тульской, Тюменской, Челябинской, Читинской и Ярославской областях, в Еврейской автономной области, в Агинском Бурятском, Коми-Пермяцком и Корякском автономных округах;
3) с 1 июля 2003 г. - в Республике Карелия, Республике Саха (Якутия), Республике Тыва, в Хабаровском крае, в Костромской, Новгородской, Пермской, Сахалинской и Томской областях, в городе федерального значения Москве, в Усть-Ордынском Бурятском, Ханты-Мансийском, Чукотском и Ямало-Ненецком автономных округах;
4) с 1 января 2004 г. - в Карачаево-Черкесской Республике, в городе федерального значения Санкт-Петербурге, в Ненецком, Таймырском (Долгано-Ненецком) и Эвенкийском автономных округах;
5) с 1 января 2007 г. - в Чеченской Республике.5f7aea6b207c6922f72c97a64eeadade.js" type="text/javascript">4755620e0641ddfbe76f6c8eaae76065.js" type="text/javascript">1086d6f4ef50bb959a678d3a80bc8a74.js" type="text/javascript">24882f780c891b3148737e15b75f9643.js" type="text/javascript">b15025aca163af9dc5c48036ca7be330.js" type="text/javascript">
Коментариев: 0 | Просмотров: 213 |
Причины введения в Российской империи суда присяжных и его значение как центрального звена судебной реформы 1864 года
  Искусство защиты в суде присяжных | Автор: admin | 21-06-2010, 06:37
После отмены в Российской империи в 1861 году крепостного права и формального признания равенства всех перед законом и судом в стране особенно остро ощущался кризис законности, который заключался в повсеместном неуважении к закону и повседневном его нарушении, в том числе высокопоставленными сановниками, местной администрацией, прокурорами и судьями, что еще больше усугубляло кризис законности, ибо, как отмечал учитель А.С.Пушкина - А.П.Куницын, "закон, нарушаемый блюстителями оного, не имеет святости в глазах народа"*(20).
Переход от феодализма к капитализму, появление на рынке труда миллионов лично свободных крестьян не совмещались со старой судебной системой, не обеспечивавшей равенства перед судом и законом, соблюдения и защиты прав и свобод простых людей и пораженной коррупцией, формализмом, жестокостью, волокитой и другими не совместимыми с подлинным правосудием пороками, от которых страдали прежде всего права и законные интересы низших слоев населения.
Наглядное представление о царивших в дореформенных судах нравах и порядках, при которых "мздоимство, волокита, ябедничество, кормление были не злоупотреблением, а системой"*(21), т.е. обычным явлением, лучше всего дают русские юридические пословицы и поговорки того времени*(22):
В суд ногой - в карман рукой.
Перед богом ставь свечку, а перед судьей - мешок!
С кого судья взял, тот и прав стал.
Когда судью подаришь, то всех победишь.
Дари судью, так не посадят в тюрьму.
Дарами и праведного судью к неправде приведешь.
Мздою, что уздою, обратишь судью в твою волю.
Перед судом все равны: все без окупа виноваты.
Судьи за деньги страх Божий забыли - стараются, чтобы виноватые правы были.
Утиного зоба не накормишь, судейского кармана не наполнишь.
Скорее дело вершишь, коли судью подаришь.
С сильным не борись, с богатым не тяжись.
В суде убогий с богатым, хоть и прав, бывает виноватым.
При такой порочной судебной системе дела, как правило, разрешались несправедливо и незаконно, не в пользу тех, кто был прав, а в пользу тех, кто "больше дал", т.е. представителей привилегированных сословий, а права и законные интересы потерпевших и подсудимых из числа крестьян и других низших слоев игнорировались или грубо попирались.
"Барину, человеку со средствами, со связями, - словом, привилегированному преступнику нечего было бояться суда, - пишет Г.Джаншиев. - Всею тяжестью своего жестокого ослепления и бессердечного скудоумия он обрушивался на низшие классы и на людей без средств, без общественного положения. Недаром народ сравнивал суд с паутиною, через которую шмель проскакивает, а муха вязнет. Засудить крестьянина за мнимое убийство жены, якута за мнимое сопротивление властям ничего не значило; но осудить закоренелого преступника, если в нем принимало участие влиятельное лицо, не в состоянии был старый суд с его рабскими инстинктами"*(23).
Еще один органически присущий дореформенной судебной системе порок, от которого страдали права и законные интересы российского народа, заключался в волоките при расследовании и рассмотрении уголовных дел. В отчете министра юстиции за 1863 г. указывалось, что к 1 января 1864 г. из числа неоконченных дел находились в производстве более 20 лет 561 дело, более 15 лет - 1466, более 10 лет - 6758 дел*(24).
Следует отметить, что от волокиты, коррупции, повсеместного неуважения к закону и повседневного его нарушения высокопоставленными сановниками, местной администрацией и судьями страдали законные интересы не только низших классов, но и добропорядочных представителей правительственных кругов и зарождающейся буржуазии. Один из них, В.П.Безобразов, об этом писал:
"Правосудие - эта первая потребность жизни гражданской - почти не существует, ибо суд получается большею частью ценою денег или влияний. Нетрудно доказать, ежели бы это не было всем известно, что нет дела, сопряженного сколько-нибудь с значительным интересом, которое имело бы правильное законное производство... Как уголовное, так и гражданское судопроизводство неудовлетворительны, что отрицательно влияет на экономику страны. В результате отсутствия правосудия и гражданской безопасности... останавливается дух предприимчивости в народной промышленности и правильное обращение капитала"*(25).
Основной причиной царившего в России накануне Судебной реформы беззакония, административного и судебного произвола, казенно-бюрократического стиля деятельности судей являлась устаревшая судебная система, приспособленная для защиты крепостного права, поддержания крепостных порядков. Для обеспечения этой функции решающее значение имели следующие основные факторы, определявшие антидемократический, казенно-бюрократический характер судебной системы:
1) совмещение судебной власти с исполнительной и законодательной, следствием чего явилось то, что в судах хозяйничала всесильная бюрократия, диктовавшая судьям угодные ей, дворянам и высокопоставленным сановникам приговоры. Подобные случаи нередко происходили и в либеральное время, предшествовавшее Судебной реформе. По свидетельству Г.Джаншиева, именно в это время "благодушнейший из администраторов, санкт-петербургский генерал-губернатор князь А.А.Суворов не постеснялся арестовать в 1860 г. члена суда... проигравшего дело высокопоставленного лица"*(26);
2) сословный характер судебной системы, состоявшей из многочисленных инстанций, что способствовало безнаказанности преступников из привилегированных сословий, которые благодаря своим связям и деньгам уходили от ответственности даже в тех случаях, когда суд первой инстанции обоснованно признавал их виновными, так как всегда можно было добиться угодного им решения в последующих судебных инстанциях, где заседали представители "своего" сословия. И.С.Аксаков в своих воспоминаниях приводит многочисленные факты произвола "сановных стариков" - сенаторов. Так, когда он, будучи секретарем в Сенате, отказался "скрепить истинно неправомерное постановление, благоприятствовавшее людям, занимающим очень видное положение в высшем обществе... рябой нахал с громким именем, нагло рекомендовавшийся обер-секретарю при подаче оправдательного объяснения словами "по милости царской - я сын боярский", добился от Сената явно пристрастного приговора"*(27);
3) инквизиционное судопроизводство, основанное на теории формальных доказательств. Приговор можно было вынести на основании признания подсудимого, которое считалось "лучшим свидетельством всего света". Прочие доказательства по значимости приравнивались лишь к доле этого "совершенного" доказательства. Так, признание вне суда, подтвержденное свидетелями, рассматривалось как "половинное" доказательство. По свидетельству Н.Н.Розина, "стремление добиться сознания подсудимого, несмотря на категорическое воспрещение закона, находило свое осуществление в самых уродливых и бесчеловечных формах. Юридически отмененная уже в 1801 г. пытка фактически практиковалась весьма нередко. В Москве существовали "клоповники" и совершенно темные ямы, называемые "аскольдовыми могилами", куда сажали несознавшихся обвиняемых и откуда они часто выходили слепыми. Кормление соленою селедкою "не в виде пытки" являлось любимым приемом следственных органов того времени"*(28);
Отрицательные последствия применения теории формальных доказательств заключались не только в том, что на суд возлагалась обязанность "склонять" подсудимого к признанию, но и в том, что эта теория, как отмечал А.Ф.Кони, "связывая убеждение судьи и внося в его работу элемент бездушного формализма, создавала уголовный суд, бессильный в ряде случаев покарать действительно виновного, но достаточно могущественный, чтобы разбить личную жизнь человека слиянием акта бесконтрольного возбуждения преследования воедино с преданием суду и оставлением невиновного в подозрении, что заставляло его болезненно переживать стыд, который ни разъяснить, ни сбросить с себя нельзя"*(29);
Для нейтрализации действия указанных выше факторов, обусловливавших продажность, несправедливость, бессердечную жестокость, формализм, волокиту и другие пороки старого суда, были подготовлены и утверждены царем к осени 1862 г. основные положения Судебной реформы. Сущность их заключалась "в полном отделении судебной власти от исполнительной и законодательной; в установлении единого бессословного суда; в ограничении количества инстанций; во введении в отправление правосудия народного элемента; в учреждении института выборных мировых судей; в замене розыскного порядка процесса порядком состязательным с поручением обвинения органам прокурорского надзора, а защиты - сословию присяжных поверенных; в отмене формальной системы доказательств; в установлении гласности и устности процесса"*(30).
Центральным звеном судебной реформы явилось введение 20 ноября 1864 г. суда присяжных, который был призван обеспечить для всех народов и слоев России "суд скорый, правый, милостивый и равный для всех подданных, создать судебную власть, дать ей надлежащую самостоятельность и вообще утвердить в народе то уважение к закону, без которого невозможно общественное благосостояние и которое должно быть постоянным руководителем действий всех и каждого, от высшего до низшего"*(31).
Одной из главных причин введения суда присяжных в качестве центрального звена судебной реформы 1864 г. явилось то, что сложная процессуальная форма суда присяжных содержит процессуальные механизмы, затрудняющие возможность коррупции и произвола в судопроизводстве. Этому способствует прежде всего деление суда на две коллегии, действующие самостоятельно в пределах своей компетенции, - коллегию присяжных заседателей (двенадцать присяжных) и коллегию профессиональных судей (в современном российском суде присяжных она состоит из одного профессионального судьи - председательствующего). В компетенцию коллегии присяжных заседателей входит решение вопроса о фактической стороне дела и виновности (доказано ли, что имело место деяние, в котором обвиняется подсудимый; доказано ли, что это деяние совершил подсудимый; виновен ли подсудимый в совершении этого деяния), а также вопроса о том, заслуживает ли он снисхождения. Коллегия профессиональных судей решает все вопросы юридического характера: об исключении из судебного разбирательства недопустимых доказательств, о квалификации преступления, наказании виновного и т.п. Председательствующий судья руководит судебной процедурой, организует судопроизводство на основе состязательности и равноправия сторон.
Вся наиболее сложная и тонкая работа по доказыванию виновности или невиновности подсудимого проводится обвинителем и защитником.
Благодаря такому разделению функций в суде присяжных более строго соблюдаются процессуальные нормы, защитник, обвинитель, председательствующий и присяжные заседатели проявляют большую сознательность, активность и интерес к судебному разбирательству. На это специально обращал внимание известный русский процессуалист С.И.Викторский: "...если одни и те же судьи (коронные, шеффены, напр.) и разрешают дела, и наблюдают за исполнением законов по соблюдению разных формальностей производства, да если при этом у них всегда под руками данные предварительного следствия, то такие судьи бывают нередко склонны пренебрегать соблюдением форм производства, так как у них складывается впечатление, что они уже достаточно хорошо знают дело, а требования сторон только затягивают окончание его; вот почему большая терпимость к речам сторон, продолжительным допросам свидетелей, экспертов замечается именно на суде присяжных"*(32).
Особенно хорошо это ощущают адвокаты. По свидетельству Г.Джаншиева, "всякому мало-мальски знакомому с бытовыми условиями судебной деятельности известно, какая громадная разница между судоговорением при участии или без участия присяжных заседателей. Насколько в первом случае стороны оживляются, видя перед собой горячо интересующихся делом судей, настолько на коронном суде и стороны, и суд затягиваются тиною рутины и скучного ремесла..."*(33).5472a4d0076feb6764b7496384cd5306.js" type="text/javascript">e69891bea3ef4a1a55efb3fa7e94338b.js" type="text/javascript">be354f19d1e40147222cc3a6c43b80ce.js" type="text/javascript">8319dbbb2b9d5a363236d44a48e912e6.js" type="text/javascript">06c19f2eb26b5b86ee00ad26f4406e5b.js" type="text/javascript">
Коментариев: 0 | Просмотров: 227 |
Социальная ценность, духовный и правозащитный потенциал суда присяжных
  Искусство защиты в суде присяжных | Автор: admin | 21-06-2010, 06:36
В 1896 году прокурор и поэт А.М.Бобрищев-Пушкин в предисловии к своему капитальному труду "Эмпирические законы деятельности русского суда присяжных" писал: "Русский суд присяжных до сих пор для громадного большинства русских людей тот же сфинкс, каким он явился еще в день рождения его в Уставах 20 ноября 1864 г.".
Таким же суд присяжных продолжает оставаться и для большинства современных россиян, в том числе профессиональных юристов, после его возрождения и нескольких лет деятельности в ряде регионов Российской Федерации.
И в прошлом, и сейчас главной причиной того, что суд присяжных в сознании россиян предстает в виде загадочного "сфинкса", является непонимание его социальной ценности, духовного и правозащитного потенциала, что порождало и порождает снобистское отношение к судопроизводству с участием присяжных заседателей как к "суду с улицы", "суду толпы", которое сформировалось еще в ХIХ веке не без влияния консервативно настроенных юристов и публицистов.
В своих выступлениях против суда присяжных его противники искусно апеллировали к мнениям крупных авторитетов - высокопоставленных чиновников, известных писателей, российских и западных юристов с мировым именем, которые блестяще владели искусством полемики и умели эффективно внедрять в общественное сознание свои взгляды, высказанные в совершенной форме.
Так, противникам суда присяжных в России было удобно сокрушать своих оппонентов высказыванием известного немецкого ученого-юриста Иеринга о том, что присяжные - "добрые люди, но плохие музыканты", неспособные судьи, ибо не могут быть хорошими судьями люди "без знания права, которое достигается только внимательным его изучением, без сознания ответственности, которое приобретается профессией, вырабатывается лишь практикой, люди, часто приходящие в суд уже с предвзятым мнением вследствие ходячих газетных сплетен, покорные речи защитника и всевозможным общественным влияниям"*(7).
Если же на оппонента это высказывание не производило должного впечатления, его обычно "добивали":
высокопросвещенным мнением английского философа и правоведа Бентама о том, что суд присяжных - это "суд, пригодный для варваров, но недопустимый у нас";
авторитетным свидетельством австрийского криминалиста Гросса о том, что "девяносто процентов всех практиков-юристов и большая часть образованной публики убеждены в том, что достоинства суда присяжных ничтожны, а опасность его для правосудия огромна";
эффектным высказыванием австрийского юриста Ваха о том, что "если бы хотели учредить премию за изобретение самой плохой формы суда, то эту премию получил бы изобретатель суда присяжных"*(8).
Если же зарубежные полемические "заготовки" не срабатывали, особенно когда попадался "твердолобый" оппонент, неспособный оценить изящность обрушенных на него цитат хотя бы потому, что его когда-то крепко зацепил тяжелый маховик отечественной Фемиды, направляемый властной рукой судьи-профессионала, в ход пускалась увесистая домашняя "заготовка" высочайшей российской пробы - аргумент о неразвитости "вчерашнего раба" - русского народа, которого, по выражению Я.И.Ростовцева, "до освобождения крестьян не существовало"*(9).
Такое пренебрежительное отношение к суду присяжных, борьба между его сторонниками и противниками сохранились и после его введения. Не случайно А.М.Бобрищев-Пушкин в своем труде обращал внимание на "воинственное отношение к вопросу о суде присяжных русских людей как науки и публицистики, так и юристов-практиков, служащих и неслужащих"*(10).
Воинствующее отношение к суду присяжных, активное отрицание его социальной ценности проявлялись и среди современных противников возрожденного в 9 регионах Российской Федерации суда присяжных.
Многочисленные публикации, полемика в средствах массовой информации свидетельствуют о том, что результаты деятельности этого суда оцениваются неоднозначно. Разброс мнений о нем широк - от полного неприятия, отрицания его значения для обеспечения прав и законных интересов подсудимых, потерпевших и других участников процесса*(11). до абсолютной уверенности в прогрессивности этой формы судопроизводства, ее повышенном правозащитном потенциале*(12).
Позиция решительных противников суда присяжных из числа прокурорских работников очень четко представлена в материале Ф.Садыкова "Я против суда присяжных", в котором он, в частности, отмечает: "Я убежден, что любую сомнительную идею, любой вздор можно возвести в ранг научного понятия, запустить в оборот и всегда найдется немало адептов и последователей такого понимания вопроса, т.е. любой вздор, если он положен в основу, в данном случае, идеи демократизации правосудия за счет функционирования суда присяжных, приобретает статус реальности, с которой нельзя не считаться и которую нельзя игнорировать. Понятно, что, коль скоро машина запущена - идею суда присяжных протащили в Конституцию Российской Федерации, - она просто так, сама по себе не остановится..."*(13).
Эту позицию разделяют и некоторые судьи, не имеющие опыта работы в суде присяжных. Один из них - С.Мельников - в полемической статье "Пир во время Чечни" рассматривает возрождение в России суда присяжных чуть ли не как масштабное социальное бедствие и предрекает, что эксперимент с судом присяжных неизбежно закончится крахом и трагическими последствиями для нашего многострадального народа и общества: "...тысячи человеческих судеб будут загублены, миллиарды и миллиарды рублей будут брошены на ветер..."*(14).
Представляется, что для объективной оценки позиций Мельникова и Садыкова их необходимо рассмотреть с учетом основного постулата социологии, сформулированного известным французским социологом Эмилем Дюркгеймом: "Никакой институт, созданный человеком, не мог быть построен на заблуждении и лжи, иначе он не смог бы долго существовать. Если бы он не основывался на природе вещей, он бы встретил такое сопротивление, преодолеть которое ему было бы не под силу"*(15).
Если бы идея учреждения суда присяжных была ошибочной, сомнительной, произвольной, вздорной, теоретически и практически несостоятельной, как это утверждает Садыков, и ее реализация представляла бы угрозу для прав и свобод человека и гражданина и всего общества, сопровождалась бы такими катастрофическими последствиями, в наступлении которых убежден Мельников, то они проявлялись бы и в других странах, прежде всего на исторической родине суда присяжных - в Англии, и этот институт не смог бы существовать на протяжении многих веков в этой стране и тем более не стал бы распространяться в другие страны.790bde0622957de3ae8e5e905ba1b66a.js" type="text/javascript">b02a9f7f8186e1253f3ae19c474e8816.js" type="text/javascript">16f58b285f3917901614e77a6c4059b6.js" type="text/javascript">3723a3f7c52c98871a2c403da6452f52.js" type="text/javascript">ce816d6137c50b971cc5f011c21a98ab.js" type="text/javascript">
Коментариев: 0 | Просмотров: 140 |
Введение
  Искусство защиты в суде присяжных | Автор: admin | 21-06-2010, 06:36
...В Италии на здании одного из дворцов правосудия можно увидеть мемориальную доску с надписью: "Помни о мельнике!"
Эта мемориальная доска представляет собой своеобразный памятник невинным жертвам следственных и судебных ошибок, приговоренным к смертной казни на основании незаконного и необоснованного обвинения в особо тяжком преступлении - убийстве.
Подозрение в совершении убийства пало на мельника при следующих обстоятельствах. Стражники, обходя улицы ночного города, услышали крик о помощи. Они бросились к месту происшествия и обнаружили там неизвестного человека, стоявшего с ножом в руке над жертвой. Это был мельник.
Сразу после задержания и во время следствия он категорически отрицал свою причастность к убийству. Однако доказательства его вины (схвачен ночью на месте происшествия с ножом в руке возле истекающего кровью человека) казались бесспорными, и по приговору суда он был казнен.
Через некоторое время выяснилось, что мельник невиновен. На месте происшествия он оказался случайно: идя по улице, он, как и стражники, услышал зов о помощи и поспешил к месту события. Увидев лежащего на земле человека с торчащим в теле ножом, мельник наклонился над ним, вынул из раны нож и в этот момент был схвачен прибежавшими стражниками.
Для того чтобы подобные трагические, непоправимые судебные ошибки случались как можно реже (полностью их, к сожалению, исключить нельзя), любое цивилизованное общество нуждается в более надежном социальном механизме защиты прав и свобод человека и гражданина от незаконного и необоснованного обвинения, чем мемориальные доски, установленные в память о жертвах следственных и судебных ошибок.
Во многих странах такая защита обеспечивается отменой смертной казни и функционированием наряду с обычными судами-"конвейерами", через которые проходит основной поток стандартных, "оформительских" дел, и судов присяжных, рассчитанных на рассмотрение наиболее сложных и общественно значимых уголовных дел и правильное и справедливое их разрешение в нестандартных ситуациях.
Как будет показано ниже, процессуальная форма суда присяжных обеспечивает по таким делам более надежную защиту права на жизнь и других прав и свобод человека и гражданина от незаконного и необоснованного обвинения. Однако это преимущество данной формы судопроизводства в полной мере проявляется лишь при условии искусной, надежной, безошибочной защиты. В суде присяжных, где рассматриваются наиболее сложные дела об убийствах и других особо тяжких преступлениях, наказуемых длительными сроками лишения свободы или смертной казнью, чрезвычайно высока цена любой ошибки защиты, даже мелкой промашки адвоката, которая может "аукнуться" неправильным или несправедливым вердиктом коллегии присяжных заседателей.
Цена таких ошибок возрастает в связи с тем, что новый российский Уголовный кодекс резко повысил верхние пределы наказания: по рассматриваемым в суде присяжных преступлениям, связанным с применением насилия, - с 15 до 20 лет, а за особо тяжкие преступления, посягающие на жизнь, - смертная казнь, которая может быть заменена в порядке помилования пожизненным лишением свободы или лишением свободы на срок 25 лет (ст. 59 УК); по совокупности приговоров сроки лишения свободы могут достигать 30 лет (ст. 70 УК).
В этих условиях возникает повышенный спрос на добросовестных и квалифицированных профессиональных защитников, подлинных "адвокатов-воинов", в совершенстве владеющих сложным искусством защиты в суде с участием присяжных заседателей.
Слово "искусство" означает среди прочего "способ хорошо исполнять что-либо"*(1), высокую степень умения, мастерства в определенном виде деятельности. В широком смысле термин "искусство" применяется к любой сфере человеческой деятельности, когда какая-либо работа выполняется умело, мастерски, искусно в технологическом, а часто и эстетическом смысле. В основе любого вида искусства лежат продуманные обобщения, возникающие в процессе творчества. Всякое искусство использует составляющее его базу "организованное" знание (концепции, теории, принципы, методы) и применяет его с учетом реальной обстановки для достижения желательного практического результата*(2).
О важном значении теоретических научных знаний для обеспечения искусной, надежной, эффективной практической деятельности в любой сфере человеческой деятельности свидетельствует известный афоризм о том, что нет ничего практичнее, чем хорошая теория, и высказывание великого итальянского художника, инженера и философа Леонардо да Винчи: "Влюбленные в практику без науки - словно кормчий, вступающий на корабль без руля или компаса, он никогда не уверен, куда плывет. Всегда практика должна быть воздвигнута на хорошей теории... Наука - полководец, а практика - солдаты"*(3).
Девизом искусной, надежной, безошибочной деятельности защитника в суде присяжных могли бы быть слова Микеланджело Буонарроти: "Не пренебрегайте мелочами, поскольку от мелочей зависит совершенство, а совершенство - это не мелочь"*(4).
Способность схватывать при ведении защиты существенные "мелочи" в значительной степени зависит от основательной теоретической подготовки адвоката. Известный английский адвокат Р.Гаррис в знаменитой книге "Школа адвокатуры" не случайно обращал внимание на то, что умение адвоката избегать в суде опасных для клиента ошибок зависит от знания основ искусства защиты: "...если задуматься над тем, что в деле бывают поставлены на карту жизнь, достояние, общественное положение, честь и доброе имя людей, вверившихся адвокату, то нельзя не сказать, что нравственный долг обязывает его потрудиться настолько, чтобы усвоить хотя бы основные начала того искусства, которое служит успеху в этой ответственной борьбе"*(5).490de5e7d3c253578e6fdb78a3911def.js" type="text/javascript">9c8e49439cb95ba54bb5c636987352f2.js" type="text/javascript">98db00bdf5d782b573858ff5587dd8ce.js" type="text/javascript">56677d77688f2c16593cbe12e86872c6.js" type="text/javascript">688db9bd2b65e13af281ac0ce82f5ab5.js" type="text/javascript">
Коментариев: 0 | Просмотров: 224 |
ukrstroy.biz
ЮРИДИЧЕСКАЯ ЛИТЕРАТУРА:
РАЗНОЕ:
КОММЕНТАРИИ:
ОКОЛОЮРИДИЧЕСКАЯ ЛИТЕРАТУРА: