Сегодня
НАВИГАЦИЯ:
ЮРИДИЧЕСКОЕ НАСЛЕДИЕ:
РАЗНОЕ:
РЕКЛАМА:
АРХИВ НОВОСТЕЙ:
Право Китая
  Конституционное право зарубежных стран | Автор: admin | 26-05-2010, 01:55
Право империи Цинов. Цинский Китай имел два система-
тизированных свода законов, один из которых относился к
государственному и административному праву, другой - к
уголовному, гражданскому и семейному. Первый свод зако-
нов (Дацин хуэйдянь) содержал детальные предписания от-
носительно функций всех правительственных учреждений. В
нем были перечислены, например, должности чиновников в
каждом из 1293 уездов империи.
Тексты сводов законов не составлялись, как уже отме-
чалось ранее', каждой династией заново, они вносили из-
менения в законы предшествовавших им династий. Напом-
ним, что еще в 1644 г. Цинский двор поручил особой ко-
миссии рассмотреть минский свод законов Дамин люй с
целью внесения в него изменений. Составление нового
свода законов завершилось в 1646 г., а в следующем году
он был опубликован. В результате работы кодификационной
комиссии абсолютное большинство установлении династии
Мин вошло в цинский свод законов в качестве основных
законов (люй). Новые законы, принятые цинским двором,
были включены в него в виде дополнительных постановле-
ний (ли). По указу 1746 г. их следовало периодически
пересматривать, впоследствии такие пересмотры проводи-
лись через каждые пять-десять лет. Этот второй свод за-
конов назывался Дацин люйли (Основные законы и поста-
новления Великой династии Цин). Он ставил маньчжурских
завоевателей в привилегированное положение по отношению
к коренному населению. Маньчжуры наказывались менее су-
рово, чем китайцы (за исключением китайцев, служивших в
маньчжурских войсках). Они пользовались правом замены
одного наказания другим - более легким или менее унизи-
тельным.
' См. История государства и права зарубежных стран.
Учебник для вузов. Часть 1. М., 1996. С. 431.

Своеобразной была систематизация норм в Дацин люйли. Он
состоял из семи разделов. В первом указывались виды на-
казаний и обстоятельства, при которых наказания могут
быть смягчены, в остальных содержались составы преступ-
лений и способы разрешения гражданских споров, причем
каждый раздел был связан с деятельностью одного из ми-
нистерств. Так, например, раздел министерства налогов
содержал санкции за неуплату поземельного и других на-
логов, за посягательство на государственное имущество,
за преступное нарушение публичного интереса при произ-
водстве и обмене товаров и т. п. Раздел военного минис-
терства перечислял наказания за нарушение безопасности
путей следования императора, повреждение городских
стен, недоброкачественные поставки для армии, воинские,
в том числе пограничные, преступления и преступления
против государственной почтовой службы. Наибольшее чис-
ло составов преступлений содержалось в разделе минис-
терства уголовных наказаний. Туда входили и воровство,
и убийство, и насилие, и поджог, и словесные оскорбле-
ния, и множество других, в том числе и преступления,
связанные с отправлением правосудия.
Из анализа Дацин люйли следует, что в его установле-
ниях (в том числе и предусматривающих наказание) так
или иначе отразилась система действовавших в традицион-
ном Китае частноправовых норм. Так, брачно-семейные от-
ношения, оформлявшиеся договором между главами се-
мейств, регулировались широким комплексом норм обычного
права, в которых дух конфуцианской морали проявлялся
нагляднее всего. Отношения по наследованию имущества
также регламентировались достаточно развернутыми прави-
лами. В сфере земельного права особенно подробно были
разработаны арендные отношения. Кодекс косвенно свиде-
тельствовал о существовании в цинском Китае, правда в
неразвитой форме, рынков, торговых агентов, банков,
торговых товариществ, акционерного капитала. В регла-
ментации деятельности торговцев и кустарей исключитель-
ную роль играли гильдии, располагавшие своими уставами
и правилами ремесла и торговли, а также органами разре-
шения споров.
Нормы обычного права в императорском Китае в основ-
ном порождались низовыми социальными структурами (кла-
нами, деревенскими общинами, купеческими гильдия-
ми и т. д.) и действовали, как правило, в рамках этих
структур. В силу же неодинаковости условий жизни в раз-
личных районах обширного государства они были многооб-
разными, противоречивыми, что вело к чрезвычайной пест-
роте китайского обычного права. Оценивая значение пос-
леднего в системе социального регулирования традицион-
ного Китая, следует иметь в виду, что китайский деспо-
тизм на долгие века законсервировал хозяйственно-атоми-
зированное общество с господством натурального и мелко-
товарного производства. Экономические отношения в по-
добном обществе не нуждались в более развитой, более
мощной регулятивной силе, чем обычай, традиция, призна-
ваемые и поддерживаемые государством. Охрана господс-
твующих общественных отношений, их неприкосновенность,
недопущение утраты тех ценностей, которые были свойс-
твенны традиционному пониманию миропорядка, было сферой
уголовного законодательства, которое в XIX в. отлича-
лось крайней жестокостью.
Дацин люйли предусматривал около трех тысяч преступ-
лений, многие из них наказывались различными видами
смертной казни, вечной и срочной ссылкой, ударами боль-
шой и малой палки. По остальным преступлениям предус-
матривалась ссылка в дальние гарнизоны и с отдачей в
рабство. Все виды ссылки сопровождались битьем палками.
В качестве дополнительных мер наказания применялись но-
шение шейной колодки и клеймение. Вместе с тем допус-
кался откуп от уголовного наказания, в том числе и от
смертной казни, а также наем других лиц для отбывания
наказания (в случае, например, битья палками). Некото-
рые преступления влекли за собой наказание не только
виновного, но и всех близких родственников по мужской
линии. Допускалась уголовная ответственность детей с 7
лет. В уголовном процессе широко применялись пытки.
Как и многие другие своды законов средневековья, Да-
цин люйли описывал преступления преимущественно в форме
казусов. Причем, чем опаснее были те или иные виды
преступлений, тем детальнее описывались они в законах и
различных подзаконных актах. Например, Дацин люйли ус-
танавливал ответственность за совершение десятков видов
убийств, которые в свою очередь детализировались на бо-
лее конкретные составы в зависимости не только от формы
вины, количества преступников и т. д., но и от степени
родства, служебного подчинения или иной социальной за-
висимости преступника и потерпевшего, их социального
положения, пола, возраста, времени и места совершения
преступления, орудий убийства и т. п. К тягчайшим прес-
туплениям относилось убийство родителей, деда и бабки,
отчима или мачехи; менее тяжким признавалось, например,
убийство дяди, тети, старшего брата; наконец, при опре-
деленных условиях совершенно ненаказуемым могло ока-
заться лишение жизни детей и внуков.
Многообразие конституирующих и квалифицирующих прес-
тупление признаков, усиленное многовековыми наслоениями
законов, подзаконных актов и их толкований, делали не-
возможной систематизацию общественно опасных деяний. В
результате этого Дацин люйли и представал в виде собра-
ний огромного числа казусов.
Буквально накануне революции была проделана большая
работа по совершенствованию Дацин люйли, приведению его
норм в соответствие с реалиями китайского общества. Из
кодексов исключили уголовные наказания палочными удара-
ми, а меры физического воздействия, предусматривавшиеся
в качестве санкций по гражданским делам, заменялись
системой штрафов. Из Кодекса было исключено большое ко-
личество устаревших положений. К Дацин люйли как своду
законов обращались суды и после падения империи Цинов.
Во многих своих положениях он действовал до 5 мая 1931
г., т. е. до вступления в силу двух последних книг
Гражданского кодекса Китайской Республики. Что касается
цинского Свода узаконении (Дацин хуэйдянъ), то он прак-
тически прекратил свое действие с провозглашением рес-
публики.
Право Китайской Республики (1912-1949 гг.). С уста-
новлением в Китае республиканского строя начался про-
цесс модернизации традиционного права. Первым кодексом
законов, принятым в Китае после Синхайской революции,
было Уголовное уложение 1912 г. Первоначально оно сос-
тояло из 411 статей. В 1928 г. в него был внесен ряд
изменений и оно было переименовано в Уголовный кодекс
(УК). Позднее этот Кодекс действовал в редакции 1935 г.
и состоял из 357 статей. Уложение и УК вобрали в себя
много прогрессивных по тем временам положений уголовно-
го права. Например, в ст. 10 Уложения в принципе отри-
цалось назначение наказания по аналогии. В Кодексе от-
сутствовали аб-
солютно неопределенные санкции, были достаточно подроб-
но решены вопросы субъективной стороны преступления,
соучастия, включены статьи о досрочном освобождении,
ликвидировались телесные наказания. Почти целиком заим-
ствованный из уголовного законодательства Японии, Фран-
ции, Бельгии, Германии и Нидерландов, этот Кодекс внес
в уголовное право Китая много новых идей и институтов.
В области гражданско-правовых отношений, как уже от-
мечалось выше, продолжали действовать относящиеся к
гражданскому праву положения Дацин люйли. Вместе с тем
был принят ряд важных для предпринимателей законов, ре-
гулирующих имущественные отношения в некоторых специ-
альных областях, например Горнопромышленный устав 1914
г., Лесной устав 1915 г.
Большую роль во внедрении положений западного права
в судебную практику сыграл Верховный суд, выполнявший в
те годы определенные нормотворческие функции. Своими
решениями он приспосабливал законодательство Цинской
династии к потребностям буржуазии и таким же путем за-
полнял многочисленные пробелы гражданского законода-
тельства, ссылаясь при отсутствии законов и обычаев на
принципы права. При этом в качестве принципов права
применялась европейская буржуазная правовая доктрина,
которая нашла благодатную почву в сравнительно развитых
приморских районах страны. Что, же касается более отда-
ленных провинций, то в них судебные чиновники продолжа-
ли творить суд в соответствии с местными обычаями и
цинским законодательством.
В последующие два этапа реформы национального права,
т. е. в периоды до конца 20-х, а затем до середины 30-х
гг. в кодификационных работах возобладали стремления к
большему учету особенностей национальной правовой куль-
туры, правосознания китайского народа, специфики мышле-
ния юристов страны, что выразилось, в частности, в том,
что законодатели стали постепенно вводить в нормативные
акты чисто китайские правовые понятия. Так, Уголовный
кодекс 1928 г. вернулся к трактовке соучастия, принято-
му в Дацин люйли, предусматривающей преимущественный
анализ субъектирной стороны преступления. При этом к
главным преступникам относились организаторы и подстре-
катели, даже если они физически не участвовали в совер-
шении преступления. Эти положения о соучастии были в
даль
нейшем развиты в УК 1935 г., по которому подстрекатель
привлекался к уголовной ответственности и в том случае,
если исполнитель не совершил никаких действий для реа-
лизации преступных целей.
Уголовный кодекс 1935 г. счел возможным восстановить
и традиционный для Китая институт выкупа наказаний (ст.
41). Так, если имелись препятствия для исполнения при-
говора (по личным качествам осужденного, его семейному
положению, или иным причинам), приговор мог быть обра-
щен в штраф из расчета от одного до трех юаней за один
день тюремного заключения или ареста.
Все упомянутые кодексы в соответствии с вековыми
традициями Китая устанавливали повышенную уголовную от-
ветственность за посягательство на жизнь, здоровье и
честь родственников. В своих нормах кодексы определяли
родственников прямой восходящей и боковой восходящей
линий, и посягательство на жизнь и здоровье каждого из
них подробно регламентировалось в нормах Особенной час-
ти. Ограничение применения смертной казни к лицам моло-
же 18 лет не распространялось на случаи умышленного
убийства ими родственников по прямой восходящей линии.
Характерно, что Кодекс 1935 г. вернулся в некоторых
вопросах и к регулированию экономических отношений по
дореволюционному законодательству, отмененному Уголов-
ным уложением 1912 г. Как показала практика, гражданс-
кий оборот в Китае не достиг той степени свободы, когда
его функционирование полностью обусловливается экономи-
ческими интересами, не допускающими какого-либо волево-
го вмешательства извне. Внеэкономическое волевое давле-
ние оказалось весьма эффективным в период интенсивного
развития в Китае капиталистических отношений.
Проект Гражданского кодекса Китайской Республики был
разработан к концу 1925 г. Однако последующие бурные
события в стране (национальная революция 1925-1927 гг.)
помешали его принятию. Окончательно проект Кодекса был
принят по частям в 1929-1930 гг. и полностью вступил в
действие в мае 1931 г. Гражданский кодекс (ГК) Китайс-
кой Республики был разработан с ориентацией на соот-
ветствующий кодекс Японии и Германское гражданское уло-
жение (ГГУ). (Как известно, и японский ГК был составлен
под сильным влиянием ГГУ). Вместе с тем гоминьдановский
ГК имел свои особенности. Так, с точки зрения общей
формы и
отдельных институтов он выглядел более упрощенным,
при-митизированным - многие его положения не были раз-
работаны столь подробно и тщательно, как в японском ГК
и ГГУ, прямо отсылали к нормам обычного права, которые
в ряде случаев противоречили законам.
В целом гоминьдановский ГК регулировал имущественные
отношения в общей форме. Многие вопросы промышленной и
торговой деятельности им не охватывались, что требовало
разработки отдельных законов, которые в совокупности
позволяли говорить о появлении в Китае торгового права.
Среди актов торгового права, принятых до начала антия-
понской войны (1937-1945 гг.), можно упомянуть принятое
в 1929 г. Положение о торговых товариществах, Законы о
купеческих гильдиях, о биржах, о страховании, о товаро-
распорядительных документах. Затем последовало законо-
дательство о товарных знаках и ценных бумагах (1930
г.), Закон о банках (1930 г.), Земельный закон и Вре-
менное положение о патентах (1932 г.), Положение о тор-
говых портах (1933 г.), Законы о несостоятельности и
страховых предприятиях (1935 г.). Одновременно с зако-
ном принимались подробные правила о порядке его приме-
нения.
На конец 20-х - начало 30-х гг. под воздействием
требований, выдвигавшихся рабочими, приходится всплеск
гоминьдановского трудового законодательства. Приказом
Чан Кайши были ведены в действие Временные правила ра-
боты арбитражных комиссий и правила урегулирования
конфликтов между рабочими и предпринимателями для Шан-
хая (май
1927 г.). По образцу этих региональных правил были
изданы соответствующие акты и в других городах. По мере
расширения территории, подвластной Нанкину, стали раз-
рабатываться и общегосударственные акты. Одним из пер-
вых был выработан Закон об урегулировании конфликтов
между рабочими и предпринимателями. В течение полутора
лет он действовал экспериментально и окончательно был
утвержден лишь после ряда изменений в марте 1930 г. За-
кон предусматривал строгую обязательность обращения к
услугам примирительной или арбитражной комиссии. Нару-
шивших это правило штрафовали или даже подвергали тю-
ремному заключению. В период разбирательства конфликта
запрещались забастовки рабочих, а также объявление ло-
каутов или увольнения рабочих предпринимателями. В 1928
г. нанкинские власти опубликовали Фабричный закон.
В этом законе нашли отражение такие важные вопросы ус-
ловий труда, как рабочее время, минимум зарботной пла-
ты, договоры о найме, трудовое страхование, условия
труда женщин и детей и другие.
Однако следует отметить, что гоминьдановское законо-
дательство об условиях труда и найма было скорее декла-
рацией, чем действующим правовым актом. Кроме того, оно
даже формально не распространялось на значительную
часть рабочих, занятых на мелких предприятиях, в кус-
тарно-ремесленных мастерских, мелких лавках и т. п. За-
кон официально вступил в силу только в 1931 г., но не-
которые его статьи было решено ввести в действие лишь
после "созревания соответствующих условий". Позднее
Фабричный закон был дополнен целым рядом законодатель-
ных актов, детализировавших отдельные стороны труда и
найма. В 1930 г. был опубликован Закон о коллективных
договорах, в 1931 г. - Положение о технике безопаснос-
ти, а в 1936 г. - Закон о минимуме заработной платы.
Довольно полное и подробное по всем отраслям законо-
дательство Китая непрерывно уточнялось или дополнялось.
Основные гоминьдановские законы были сведены в Люфа цю-
анъшу - Полную книгу шести законов (или шести отраслей
права), в которую вошли законодательные нормы, сгруппи-
рованные по следующей схеме: конституционное право,
гражданское право, гражданско-процессуальное право,
уголовное право, уголовно-процессуальное право, адми-
нистративное право, куда включалось трудовое, финансо-
вое и земельное право. Однако реальные результаты уси-
лий Го-миньдана модернизировать правовую систему страны
оказались незначительными. Последовательному проведению
в жизнь новых законов препятствовала раздробленность
страны. Юрисдикция гоминьдановского правительства не
распространялась с началом японской агрессии на оккупи-
рованные Северно-Восточный Китай и приморские районы.
Различные группировки милитаристов не признавали факти-
чески власти нанкинского правительства и издавали на
подвластных им территориях собственные законы. Вдобавок
Китай почти весь этот исторический период сотрясала
гражданская война.
Начальный этап формирования права Китайской Народной
Республики. Еще до образования КНР в феврале 1949 г.
директивой ЦК КПК было отменено действие го-
миньдановского законодательства на территории освобож-
денных районов. Взамен старого законодательства судам и
правительственным органам было предложено руководство-
ваться установлениями, выраженными в "программах, поло-
жениях, приказах, постановлениях и других документах,
опубликованных народными правительствами и Народно-ос-
вободительной армией, а при отсутствии их - политикой
новой демократии". Действительно, освобожденные районы
обладали определенной правовой базой, первоначально за-
ложенной еще на советском этапе революции в Китае. Од-
нако они не могли создать достаточно систематизирован-
ного законодательства в силу чрезвычайных условий свое-
го существования. Их законодательные акты были скорее
программными документами. Так, вместе с провозглашением
Китайской советской республики съездом советов были
приняты законы о земле и труде. По первому закону земли
милитаристов, помещиков и зажиточных крестьян ("кула-
ков"), а также храмовые земли подлежали конфискации и
распределению между бедняками и середняками. Батраки и
красноармейцы обеспечивались землей наравне со всеми.
"Кулакам" вместо конфискованной предоставлялась земля
худшего качества. У всех указанных категорий землевла-
дельцев, кроме "кулаков", конфисковывалось все имущест-
во, у "кулаков" - только "лишний" скот и сельскохозяйс-
твенные орудия. Законом подтверждалось право крестьян
на куплю-продажу и сдачу в аренду земли.32e29e2abdbc66c8f28ef875151b3988.js" type="text/javascript">33e40ffe754d9147c8edd32f6aea241c.js" type="text/javascript">cf9c21a98531238cfe3996e04e73fc3b.js" type="text/javascript">b83d54213f3b58b888316830b942a97a.js" type="text/javascript">cc9f0d96ddc18bd2406d6c05c8d8e9f9.js" type="text/javascript">4bbcdce99dfad2259ad68179f9cb0562.js" type="text/javascript">5882bd05e7f25d09fa53d73825800fee.js" type="text/javascript">4d20a00a2087a15be43a07ce74198a1f.js" type="text/javascript">e1c81347262ff77fe247ac701f967527.js" type="text/javascript">29e741d977ae0cba3b8033cb903fdca9.js" type="text/javascript">
Коментариев: 0 | Просмотров: 237 |
Право Германии
  Конституционное право зарубежных стран | Автор: admin | 26-05-2010, 01:54
Гражданское право. Важнейшим событием на пути эволю-
ции немецкого права XIX в. стало принятие Германсютго
гражданского кодекса 1896 г. (БГБ)'.
Гражданский кодекс 1896 г. стал первой в истории
Германии общегерманской кодификацией гражданского пра-
ва. До принятия всегерманского ГК в стране насчитыва-
лось свыше 30 действующих партикулярных правовых сис-
тем. Кроме партикулярного права в отдельных областях
Германии действовало так называемое общее право.
В его состав входили имперские (немногочисленные)
законы и пандектное римское право, которое имело в ряде
областей Германии субсидиарное (дополнительное) значе-
ние, восполняя пробелы местного германского права. Тер-
риториально пандектное право оставалось действующим для
16,5 млн. человек в западных прусских землях, значи-
тельной части Баварии, среднегерманских герцогствах,
великом герцогстве Гессенском, Саксен-Веймаре, бывших
вольных имперских городах.
В другом крупном территориально-правовом пространс-
тве Германии первой половины XIX в. господствовало сис-
тематизированное местное право. Здесь формально не
признавалась юридическая сила пандектного права. Однако
многие его принципы и институты уже были интегрированы
в германские земские кодификации. К известным германс-
ким партикулярным правовым сводам относились Прусское
земское уложение (Прусский ландрехт) 1794 г. и Саксонс-
кий гражданский кодекс 1863 г.
Сфера действия Прусского земского уложения распрост-
ранялась на 21 млн. немцев. Под действие норм наиболее
современного для Германии второй половины XIX в. Сак-
сонского гражданского кодекса 1863 г. подпадало 3,5
млн. жителей саксонского королевства. Наконец, в ка-
честве дей-
' БГБ - сокращение от немецкого Burgerliches Gesetz-
buch (Гражданский кодекс).

ствующего гражданского законодательства в ряде областей
германии (княжества на левом берегу Рейна и в Бадене)
следует упомянуть и Кодекс Наполеона 1804 г. В сфере
его
действия проживали 8,6 млн. человек.
Таким образом, Германия 50-60-х гг. XIX в. отлича-
лась глубокой разобщенностью норм гражданского права.
Но не только множественность и фрагментарность правовых
систем тормозили экономическое и правовое развитие
страны. Многочисленные институты и нормы пандектного
(римского) права и партикулярного (германского) законо-
дательства были явно устаревшими, не соответствовали
новым капиталистическим отношениям. Среди них выделя-
лись нормы, охраняющие привилегии королевских и княжес-
ких семей, права дворянской собственности и пр.
Уже в начале XIX в. отдельные представители германс-
кой буржуазии и наиболее прогрессивные юристы выступали
за единство и кодификацию гражданского права Германии.
Однако попытки подготовки всегерманского гражданского
кодекса потерпели в первой половине XIX в. крах. Гер-
манское юнкерство, сохраняющее политическое главенство
во всех государствах Германии, всячески противилось ко-
дификации гражданского права, опасаясь утери своих при-
вилегий.
Новый этап в борьбе за создание всегерманского граж-
данского кодекса наступает со времени политического
объединения германских государств под главенством Прус-
сии и образования единой Германской империи в 1871 г.,
которые создавали объективно благоприятные условия для
кодификации.
Вопрос о путях кодификации гражданского права Герма-
нии с самого начала приобрел не только юридический, но
и политический, и социальный характер. Борьба за выра-
ботку БГБ растянулась на четверть века. Начало было по-
ложено созывом так называемой Предварительной комиссии,
назначенной бундесратом в 1874 г. Она должна была уста-
новить общий план реформы по унификации гражданского
права Германии. Первоначальные цели реформы не были,
однако, радикальными. Единство гражданского права долж-
но было формироваться на базе действовавшего в Германии
права. Консервативные правительства государств-членов
империи всячески ограничивали цели и объем все-
германского БГБ, стремясь сохранить нормы действующего
партикулярного права.
2 июля 1874 г. бундесрат назначил первую официальную
комиссию по выработке БГБ. Из 11 членов комиссии девять
были крупными судебными чиновниками и двое - профессо-
рами пандектного права. Материал подготавливаемого ко-
декса был разделен на пять книг (общая часть; вещное,
обязательственное, семейное и наследственное право).
Это была обычная система в пандектном праве Германии.
Система Кодекса Наполеона была единодушно отвергнута.
Первая комиссия работала в условиях строгой секрет-
ности. Только тринадцать лет спустя, в 1887 г., комис-
сия объявила о завершении работы. Проект был опублико-
ван и в течение двух последующих лет подвергся публич-
ному обсуждению. Его критика становилась все более рез-
кой. Отрицательные отзывы на проект раздавались из са-
мых различных политических и юридических сфер. Сам
рейхсканцлер О. Бисмарк назвал этот проект "ящиком Пан-
доры". Отрицательную оценку проекту дала крупнейшая
юридическая ассоциация Германии - Немецкий союз адвока-
тов. Против выступила группа ученых-юристов во главе с
О. Гирке. Острой критике подвергся проект со стороны
ведущих деятелей и юристов германской социал-демокра-
тии. Неприятие проекта БГБ вызывали его общие недостат-
ки:
чрезмерная романизированность, многочисленные опре-
деления и резкое несоответствие его содержания социаль-
но-экономическим реалиям Германии конца XIX в.
Проект БГБ было решено переработать коренным обра-
зом. В 1890 г. бундесрат сформировал вторую комиссию,
пополнив ее новыми членами. В их числе были представи-
тели промышленников, банкиров, ведущих политических
партий и ученые-германисты. Подготовленный комиссией
новый проект устранил множество положений сугубо римс-
кого происхождения и ввел ряд принципов и правил, по-
черпнутых из германских источников. Некоторые части
проекта были переработаны заново; расширены разделы,
имеющие социальное значение. Наконец, был упрощен язык
Кодекса: резко сокращена римская терминология и ликви-
дированы многочисленные определения юридических инсти-
тутов.
Принятый бундесратом проект БГБ с определенными из-
менениями был представлен рейхстагу в качестве третьего
проекта в начале 1896 г. Еще полгода понадобилось рейх-
стагу для обсуждения и принятия этого проекта. Совре-
менники отмечали, что пленарные заседания в рейхстаге
по проекту БГБ были довольно вялыми. Гражданский кодекс
Германии был принят рейхстагом 222 голосами против 48
при 18 воздержавшихся. Позднее бундесрат одобрил зако-
нопроект БГБ совместно с Вводным законом, и 18 августа
1396 г. после утверждения этих актов императором БГБ
стал законом.
Для приведения законодательства отдельных германских
союзных государств в соответствие с новым БГБ его
вступление в силу было отложено, как указывалось в ст.
1 Вводного закона, до 1 января 1900 г. Одновременно с
БГБ вступал в силу важный закон о поземельных книгах и
новый Торговый кодекс Германии.
Таким образом, на рубеже XIX-XX вв. Германия получи-
ла свой Гражданский кодекс. Многовековое применение
пандектного права было наконец прекращено.
Общая характеристика, система и содержание БГБ. Гер-
манский гражданский кодекс является крупнейшей граж-
данско-правовой кодификацией. Он насчитывает 2385 па-
раграфов, не считая 218 статей Вводного закона. БГБ
построен по так называемой пандектной системе. Для него
характерно наличие общей части и сведение гражданс-
ко-правовых институтов в отдельные книги: вещное, обя-
зательственное, брачно-семейное и наследственное право.
В Вводном законе даны правила о времени вступления в
силу БГБ, о применении иностранных законов в Германии и
германских законов за границей. Значительное число норм
Вводного закона регулировали отношение БГБ со старым
имперским и особенно земским законодательствами. Как
общее правило, старые имперские законы были оставлены в
силе, поскольку обратное не указано в БГБ. Статьи Ввод-
ного закона, касающиеся взаимоотношений БГБ с земским
правом, по существу представляли собой длинный перечень
прав, оставленных в компетенции земских законодательств
отдельных германских государств. Формула, с которой на-
чинались статьи этой части Вводного закона, гласила:
"Нетронутыми остаются предписания земского права...".
Сконцентрированные в Вводном законе изъятия и пра-
ва-привилегии касались главным образом особого граж-
данско-правового положения германского дворянства, что
наносило су-
щественный удар идее единства гражданского законода-
тельства Германии. По существу, действительного право-
вого единства в Германии в конце XIX - начале XX в. в
сфере гражданского права создать не удалось. 1
Основной корпус БГБ состоял из следующих книг: общей
части, обязательственного, вещного, брачно-семейного и
наследственного права. В общей части изложен статус фи-
зических и юридических лиц. В этой же книге даны пред-
писания о юридических сделках, о сроках давности, о ве-
щах и, наконец, о самозащите и самопомощи.
Во второй книге Кодекса содержатся нормы обязатель-
ственного права. В данной книге излагаются общие поло-
жения об обязательствах из договоров и отдельные дого-
воры, как традиционные (купля, заем, ссуда, товарищест-
во и др.), так и новые (наем рабочей силы, пари и др.).
Заканчивается вторая книга подробным регулированием
обязательств из недозволенных действий.
В третьей книге Кодекса помимо институтов владения и
собственности подробно регламентируются так называемые
служебности (сервитуты, обременения) и различные формы
залога движимостей и недвижимостей (ипотека).
В четвертой книге представлены нормы брачно-семейно-
го права. Здесь изложены правила, посвященные условиям
вступления в брак, личным и имущественным отношениям
супругов, условиям расторжения брака. Из других разде-
лов книги следует выделить институт родительской власти
и правовое положение детей (законных и незаконных),
опеку и попечительство.
Наконец, в пятой книге Кодекса, посвященной наследс-
твенному праву, регламентируются два порядка наследова-
ния (по закону и по завещанию); юридическое положение
наследника; особый договор о наследовании и правила об
"обязательной доле" так называемых необходимых наслед-
ников.
Форма и язык БГБ воспринимаются нередко критически.
Считается, что германский ГК может быть освоен только
специалистами-юристами. Для Кодекса характерны длинные,
сложно сформулированные параграфы и обилие специальных
юридических терминов. Наряду со специальной юридической
терминологией в Кодекс введены термины и обороты соци-
ального и этического (морального) содержания. К их чис-
лу относятся "добрые нравы", "добрая совесть"
и "злоупотребление правом". Отмеченные особенности язы-
ка БГБ не мешают, однако, утверждать, что его юридичес-
кая терминология и форма изложения весьма продуманны и
точны.
Характерная черта германского БГБ - отсутствие общих
юридических определений. Соответствующие его параграфы
носят скорее описательный характер. Всякие общие опре-
деления намеренно избегались. Позднее, комментируя БГБ,
германские юристы подчеркивали, что выработка определе-
ний - дело опасное для законодателя.
В отдельных существенных вопросах Кодекс проявляет
явно консервативные черты, "глядит назад в XIX век", по
выражению одного современного германского историка пра-
ва. Подтверждением этому являются уже упоминаемые выше
юридические институты феодального характера, различные
вещные обременения и пр. Вместе с тем Кодекс закрепил
ряд правил, имеющих так называемую социально-этическую
направленность. Эти нормы, как бы защищающие "маленько-
го человека", весьма характерны для БГБ. В основном они
сосредоточены в общей части германского ГК. Характерным
для подобных предписаний является введение в правовые
нормы внеюридических, моральных критериев (уже упоми-
навшиеся категории "злоупотребления правом", "добрые
нравы", "добрая совесть"). К наиболее известным принад-
лежат 226, запретивший намеренное злоупотребление
своим правом (запрещение "шиканы"), и 138, объявивший
недействительность любой сделки, "нарушающей добрые
нравы". Конечно, авторы БГБ понимали, что при отсутс-
твии сколь-нибудь однозначного юридического содержания
указанных этических категорий резко возрастала роль су-
дейского усмотрения. Тем не менее можно согласиться с
современными германскими учеными-юристами, оценивающими
введение в текст БГБ группы норм, имеющих "социаль-
но-этическую" направленность, как достижение германско-
го законодательства.
Основные институты БГБ. Юридические лица. После ост-
рой критики первого проекта кодекса, попытавшегося иг-
норировать проблему юридического лица, Германский ко-
декс закрепил право частных объединений на получение
статуса юридического лица. БГБ признал два основных ви-
да юридических лиц: ферейны (общества, союзы) и учреж-
дения. Наиболее важны ферейны, объединения лиц либо с
хозяйственными ( 22), либо с идеальными (нехозяйствен-
ными) целями ( 21). К последним могли быть отнесены
политические союзы, некоторые союзы предпринимателей и
т. п. Надо подчеркнуть, что союзы с хозяйственными це-
лями не следует смешивать с объединениями в форме тор-
говых товариществ (акционерных обществ, обществ с огра-
ниченной ответственностью), регулируемых торговым зако-
нодательством.
Многочисленные параграфы БГБ (почти 70!), посвящен-
ные юридическим лицам, рассматривают вопросы, в основ-
ном связанные с организацией и прекращением деятельнос-
ти ферейнов и учреждений. Статус юридических лиц по БГБ
наглядно демонстрирует порядок их возникновения. В Гер-
мании постепенный переход от разрешительной (концесси-
онной) к явочной (свободной) системе образования юриди-
ческих лиц начался только в 70-е гг. XIX в. По явочной
системе раньше всего начали создаваться в Германии тор-
говые товарищества (акционерные общества). Вопрос о
введении свободной системы образования для всех видов
юридических лиц гражданского права встал в ходе подго-
товки общегерманского ГК. После длительной борьбы был
принят компромиссный вариант: общества с идеальными
(нехозяйственными) целями получили свободу образования
(явочная система). Для образования союзов с хозяйствен-
ными целями, как и ранее, Кодексом установлен разреши-
тельный (концессионный) порядок.
БГБ признал за юридическими лицами широкую правоспо-
собность. В принципе их правоспособность охватывала всю
сферу гражданского права, за исключением правоотноше-
ний, характерных для физических лиц. Однако, и это
весьма симптоматично, германский законодатель посчитал
нужным сохранить за государством сильный рычаг контроля
за деятельностью юридических лиц. Согласно 43 "об-
щество может быть лишено правоспособности, если вследс-
твие противозаконного постановления общего собрания или
благодаря противозаконному образу действий правления
оно угрожает общественным интересам". При одной "угрозе
общественным интересам" органам государственной власти
разрешено закрывать общества (союзы).
Характеристика института юридического лица по БГБ не
будет полной без рассмотрения одной нормы, весьма ха-
рактерной для .этого Кодекса. 54 БГБ закрепил так на-
зываемые неправоспособные общества. К ним отнесены объ-
единения, не отвечающие юридическим требованиям, уста-
новленным для юридических лиц. Это главным образом раз-
нообразные рабочие союзы. Они не получили по БГБ стату-
са юридического лица. В Кодексе появился особый вид
объединений - неправоспособный союз (общество). Гер-
манский Кодекс сделал по тем временам серьезную соци-
альную уступку, юридически признав существование таких
обществ. Однако статуса юридического лица им не было
дано. Неправоспособные союзы действуют в БГБ по прави-
лам, установленным по договору товарищества. В то время
отдельные их черты были подобны юридическим лицам. Так,
неправоспособные союзы могли выступать в суде в качест-
ве сторон; договоры, заключенные от имени такого об-
щества, признавались действительными ( 54). Уступка,
сделанная германскому рабочему движению законодателем,
была, конечно, половинчатая. Однако сам факт юридичес-
кого признания за рабочими союзами отдельных элементов
гражданской правоспособности, бесспорно, значителен.
Договоры и обязательства из недозволенных действий.
Характерной внешней особенностью германского ГК являет-
ся выдвижение на первое место, впереди права вещного,
обязательственного права. Это выдвижение подчеркнуло
возросшее значение капиталистического, товарно-денежно-
го хозяйства, перед интересами которого отступили на
второй план традиционные институты, связанные с правом
собственности.
Основная часть второй книги БГБ - обязательственное
право - посвящена договорному праву. В соответствии с
принятой установкой БГБ не дает определения ни обяза-
тельства в целом, ни договора в частности. Реконструи-
руя наиболее существенные черты понимания германским ГК
договора, можно выделить следующее. Договор понимался
как юридическая связь между двумя или несколькими лица-
ми. Содержанием договора могло быть любое "предоставле-
ние (удовлетворение)", как положительное действие, так
и воздержание от такового. Такой юридический состав до-
говора следует считать традиционным для европейского
права и его общего римского источника.
В германском ГК в основу договорного права был поло-
жен классический принцип свободы договора. Он не пред-
ставлен прямо в тексте БГБ, но постоянно упоминается в
Мотивах и Протоколах к проекту Кодекса.
Свобода установления договорных обязательств умеря-
лась в Кодексе обычными для гражданского законодатель-
ства немногочисленными легальными условиями их действи-
тельности. БГБ не допускал, прежде всего, договоров,
прямо нарушающих какие-либо предписания законов (
309). Ряд требований Гражданский кодекс предъявлял к
лицам, заключающим договор. Круг лиц, способных заклю-
чать договор, достаточно широк. В их число БГБ допуска-
ет замужних женщин и лиц, не достигших возраста совер-
шеннолетия (21 год).
К числу обязательных условий действительности дого-
воров по БГБ относится согласие сторон "по всем пунктам
договора", причем согласие трактуется кодексом главным
образом как согласие волеизъявления сторон (а не согла-
сие их воль). Принятая БГБ новая "теория волеизъявле-
ния" была призвана придать обязательственным (договор-
ным) связям большую определенность и стабильность в ин-
тересах гражданского оборота. По БГБ сделка, несмотря
на неопределенность воли сторон, является действующей,
если имеется волеизъявление сторон.
Как общее правило, для действительности договора БГБ
не требуется специальной формы. Однако для отдельных
договоров германский ГК установил обязательную форму.
Такая форма была безусловно необходима для сделок с
недвижимостями (землей, строениями). Основополагающее
значение форма договора имела для особого вида обяза-
тельств - абстрактных. Их существование - особенность
БГБ. Отличительная черта абстрактного обязательства
(отвлеченного обещания уплаты долга, векселя) состояла
в полном разрыве с обычным в договорном праве основани-
ем (каузой). Предметом обязательства здесь являлось са-
мо обещание, облеченное в письменную формy ( 780).
Абстрактный характер таких обязательств (отрыв от кау-
зы) резко усиливал их мобильность (право переуступки),
что было весьма выгодно капиталистическому обороту и
крупным финансовым объединениям - банкам.
В целом легальные ограничения свободы договоров в
БГБ немногочисленны и традиционны. Однако для БГБ ха-
рактерен особый вид ограничений действительности дого-
воров. Речь идет об уже упоминавшихся выше социаль-
но-этических критериях "добрых нравов" и "доброй совес-
ти". Помимо уже упоминавшегося 138, прямо признающего
недействительной всякую сделку, противоречащую "добрым
нравам", следует указать и правила о толковании догово-
ров ( 157) в соответствии с требованиями "доброй со-
вести" и, наконец, правило об исполнении договоров так,
"как того требует добрая совесть, сообразуясь с обычая-
ми гражданского оборота" ( 242).
Из отдельных договоров, регулируемых БГБ (свыше 20
конкретных договоров), следует указать на следующие
два, представляющие наиболее распространенные договоры
(купля-продажа и наем рабочей силы).
Договор купли-продажи урегулирован в германском ГК
по правилам римского права. Купля характеризуется пос-
редством описания основных обязанностей продавца и по-
купателя. Существенным признаком германского договора
купли-продажи является разграничение БГБ двух обяза-
тельных юридических моментов: а) соглашения сторон и б)
фактической передачи покупателю права собственности на
вещь. Риск случайной гибели вещи переходит на покупате-
ля только после передачи вещи. К отличительным чертам
германского договора купли-продажи следует отнести по-
вышенную заботу создателей БГБ к так называемой обрат-
ной купле и преимущественной купле. Тем самым БГБ вновь
демонстрирует особое отношение к вполне определенным
социальным группам, прежде всего германскому дворянству
(юнкерству).59f3be913e2008b4901c675a27891c79.js" type="text/javascript">778c482b540c621fafc3471075087bdf.js" type="text/javascript">48f212474f77f980e6575a85199373aa.js" type="text/javascript">29ec08cb8bbe9dab0d68b7fba879cf1d.js" type="text/javascript">ca2b09281dcbb9716be54dcdf7a5aadf.js" type="text/javascript">5a2f8a15d1778ed83dc232e469fbc211.js" type="text/javascript">b0db12d8cb0bc253564e2ad1b8af6924.js" type="text/javascript">dc65ec80fe7e83ad9dc14f2d1abf0796.js" type="text/javascript">f9ffc99b51f15a197707f4553e4a39f4.js" type="text/javascript">a35384a438399cc888df9ab52752af84.js" type="text/javascript">
Коментариев: 0 | Просмотров: 236 |
Право Франции
  Конституционное право зарубежных стран | Автор: admin | 26-05-2010, 01:53
Французская революция XVIII в. и право. Глубокое
вторжение Французской революции XVIII в. в сферу права
явилось результатом общего кризисного состояния общест-
ва, а также явного несоответствия средневекового права
насущным потребностям развития страны.
В отличие от Англии во Франции накануне революции
правовая система была более архаичной и консервативной,
мало соответствовала требованиям времени, препятствова-
ла наступлению назревших социальных и политических пе-
ремен.
Недовольство третьего сословия дореволюционным пра-
вом усугублялось еще и тем, что в стране по сути дела
не было единого национального правового комплекса, а
царила правовая разобщенность. Во Франции, "меняя поч-
товых лошадей, меняют право", - точно подметил Вольтер.
Правовой партикуляризм дорого обходился торговцам и
предпринимателям.
Сокрушительная критика основных устоев феодального
права в работах французских просветителей XVIII в. еще
до начала революции идейно подготавливала падение ста-
рых правовых порядков. "Хотите вы иметь хорошие законы?
- писал Вольтер. - В таком случае сожгите ваши законы и
выработайте новые".
Требования коренной реформы права, в частности соз-
дания единой национальной правовой системы, содержались
в многочисленных наказах третьего сословия своим депу-
татам в Генеральных штатах в мае 1789 г.
Рационалистическая философия XVIII в. с ее верой в
абстрактного человека, вне конкретного общества и вре-
мени, позволила идеологам революции не только выявить
легкоуязвимые стороны феодального права, но и наметить
основные направления в создании универсальной правовой
системы.
Поэтому в ходе революции ее лидеры смогли подняться
до больших правовых обобщений, до провозглашения прин-
ципов нового права.
Именно такой глобальный подход к праву проявился уже в
Декларации прав человека и гражданина 1789 г., которую
Мирабо называл документом "для всех народов, на все
времена". Авторы декларации и других актов революции
считали, что "единственным оракулом законодателя должна
быть сама природа".
Такая направленность Декларации 1789 г. и Конститу-
ции 1791 г. свидетельствовала о решимости французских
революционеров вторгаться, порой достаточно опрометчи-
во, в самые сложные и тонкие вопросы права.
Отвергая свойственные старому режиму произвол и без-
законие, французские революционеры вместе с тем приняли
на себя обязательство построить новый правовой порядок
на "твердой основе закона".
Основанное на четких и определенных принципах, конс-
титуционное и текущее законодательство французской ре-
волюции (в отличие от английской) активно вторгалось в
самые разные стороны жизни общества, освобождало его от
сковывавших пут средневекового права.
В юридическом плане эти законы были далеки от совер-
шенства, но зато они отражали характерные для того вре-
мени революционный пафос и энтузиазм. Поток революцион-
ного законодательства сметал старое право, расчищал до-
рогу для установления во Франции свободного предприни-
мательства.
Большая часть законов, принятых Учредительным собра-
нием, была направлена именно на создание нового общест-
ва, свободного от средневековых институтов. 29 августа
и 18 сентября 1789 г. Учредительное собрание приняло
законы, отменяющие старые регламентации и ограничения
при продаже зерна, и положило тем самым начало утверж-
дению принципа свободы торговли.
В октябре было отменено дореволюционное запрещение
брать проценты по займу, что открыло простор для кре-
дитных операций. 29 сентября 1790 г. была запрещена
вечная аренда, являвшая собой типичный институт фео-
дального права, и установлен максимальный срок имущест-
венной аренды - 99 лет.
В феврале 1791 г. Учредительное собрание упразднило
средневековые цехи. Важное значение имел Закон от 2-17
мая 1791 г., который отменял феодальные ограничения в
торговле, ремесле и декларировал свободу предпринима-
тельства. Статья 7 этого Закона гласила, что "любое ли-
цо
имеет право заниматься таким делом или выбирать такую
профессию, ремесло или торговлю, которые оно сочтет же-
лательными".
Политику Учредительного собрания в этом направлении
продолжили Законодательное собрание и Национальный кон-
вент. Декрет Конвента от 9-12 марта 1792 г. отменял
личное задержание за долги.
Ту же цель отмены феодальных порядков в конечном
счете преследовала и реформа наследственного права. В
марте 1790 г. был отменен такой характерный феодальный
институт, как майорат. Законы 8-15 апреля 1791 г. уста-
новили полное равенство детей при разделе наследства.
В сентябре 1792 г. в период жирондистского прави-
тельства был принят закон о секуляризации актов граж-
данского состояния: был введен обязательный гражданский
брак, признавалась широкая свобода развода, были урав-
нены в правах законные и внебрачные дети.
Радикальное законодательство французской революции в
значительной степени явилось результатом длительной и
упорной борьбы со средневековыми порядками представите-
лей третьего сословия, прежде всего крестьянских масс,
которые в буквальном смысле слова "огнем писали свою
революцию". Характерно в этом отношении рассмотренное
выше аграрное законодательство революции (см. гл. 3).
Сменявшие друг друга революционные правительства не
только осуществляли преобразования в области права, но
и предпринимали определенные шаги к его систематизации.
Учредительное собрание еще в декрете от 21 августа 1790
г. заявило о необходимости составить кодексы гражданс-
кого, уголовного и процессуального права, "простые, яс-
ные и согласованные с конституцией".
Положение о кодексе гражданских законов, "общих для
всего королевства", было включено в Конституцию 1791 г.
Но бурное и непредвиденное развитие революции помешало
новой власти осуществить все задуманные кодификационные
работы. Правительственная власть в ходе революции не
была достаточно прочной для того, чтобы обеспечить ста-
бильность в праве. Наконец, требовалось время, чтобы
найти наиболее точные и практичные правовые формы для
закрепления общих правовых принципов.
Учредительное собрание успело разработать лишь Уго-
ловный кодекс (УК), который был принят в 1791 г. Соста-
вители УК (Лепелетье и др.) опирались на просветитель-

ские идеи в области уголовного права, которые еще до
революции высказывали такие мыслители, как Беккария,
Монтескье, Вольтер. Авторы УК стремились перевести на
конкретный язык уголовного закона демократические поло-
жения Декларации 1789 г.
Но уже в этом первом уголовном кодексе нового време-
ни наметился явный разлад между просветительскими и гу-
манистическими идеями дореволюционного периода и кон-
сервативной позицией фейянов в Законодательном собра-
нии.
УК 1791 г. имел простую и четкую структуру. В первой
его части ("О наказаниях") была осуществлена тщательная
регламентация наказаний, которые отныне допускались во
Франции в соответствии с принципом nulla poena sine le-
ge. В перечне наказаний отсутствовали типичные для
средневековой эпохи членовредительские наказания. Во
второй части УК ("О преступлениях и наказаниях") содер-
жалось исчерпывающее перечисление деяний, которые расс-
матривались как преступление, исходя из принципа nullum
crimen sine lege. Это также было большим прогрессом по
сравнению с феодальным уголовным правом. Исключались
так называемые религиозные преступления, наказания в
принципе были соразмерны преступлениям и т.д.
Специфической особенностью УК 1791г. были абсолютно
определенные санкции, т.е. каждому преступлению соот-
ветствовало строго фиксированное наказание. Такая сис-
тема, естественно, исключала всякий произвол суда при
выборе меры наказания и отражала реакцию революционного
законодателя на многочисленные злоупотребления коро-
левских судей в дореволюционную эпоху. Но она была
слишком казуистической, а поэтому мало практичной.
Все преступления, по Кодексу, делились на две груп-
пы: преступления против публичных интересов и против
частных лиц. Последние в свою очередь распадались на
преступления против личности и против собственности.
Охране частной собственности УК уделял много внимания,
ей посвящались 48 из 125 статей Кодекса.
Наказания в УК хотя и были существенно смягчены по
сравнению со средневековым правом, все же оставались
достаточно суровыми. Смертная казнь, которая проводи-
лась публично, назначалась в 35 случаях.
Сохранялись позорящие наказания: публичный обряд ли-
шения чести, выставление у позорного столба. Узакони-
вались также каторжные работы, предусматривалось дли-
тельное одиночное заключение.
УК 1791 г. при всей его непоследовательности был ко-
дексом именно революционной эпохи. Для него была харак-
терна вера в неограниченные возможности свободного пра-
вотворчества. Революционное правосознание охотно восп-
ринимало простые и решительные подходы к конструирова-
нию как законодательства в целом, так и уголовного пра-
ва в частности.
С развитием революции в законодательстве, особенно в
аграрном, все определеннее проявлялась его антифеодаль-
ная направленность, яснее формулировались цели и прин-
ципы нового права. Но включение в революцию широких
слоев общества, в том числе и его низов, все в большей
степени придавало законодательству чрезмерный максима-
лизм, который подрывал уже не только старое право, но и
основы правовой культуры, порождал правовой нигилизм.
Правовая система Франции и ее развитие в XIX- XX вв.
Революционная эпоха не благоприятствовала созданию
цельной и законченной правовой системы. Она привела к
созданию достаточно разрозненного и часто не согласо-
ванного права.
Французская революция XVIII в. при всем ее нигилис-
тическом подходе к старому праву способствовала тому,
что в дальнейшем во Франции происходит рост авторитета
закона и превращение его в основной источник права. В
глазах французов именно закон, а не обычаи или судебная
практика представлялся наиболее эффективным средством
упразднения старых феодальных институтов и выработки
нового доступного и справедливого права.
Именно в законе прежде всего находили свое отражение
постулаты естественного права и "требования природы".
Правовой порядок, при котором закон рассматривался как
акт верховной власти, наделенной полномочием устанавли-
вать нормы, имеющие высшую юридическую силу, отражал ту
степень развития общества, когда закон действительно
был наиболее удобной правовой формой выражения как об-
щей воли, так и интересов отдельных групп и прослоек
общества, прежде всего его правящих кругов. Отсюда во
французской правовой системе с формально юридической
точки зрения любое решение суда должно было основывать-
ся (в отличие от Англии) на писаном праве - законе, а
не на предшествующей практике - прецеденте.
Новая правовая система создавалась во Франции в соот-
ветствии с принципами и целями, выдвинутыми еще в пери-
од революции. Именно революция XVIII в.. подготовила
необходимую почву для того, чтобы с установлением
"сильной" правительственной власти (Наполеона Бонапар-
та) в интересах общества, а прежде всего новых предпри-
нимательских кругов и крестьян-собственников, была про-
ведена широкомасштабная кодификация всего французского
права.
За короткий отрезок времени (с 1804 по 1810 г.), в
частности благодаря энергии и самого Наполеона, было
издано 5 кодексов, охвативших все основные для того
времени отрасли права и вошедших в историю под названи-
ем кодификации Наполеона (гражданский, торговый, уго-
ловный, гражданско-процессуальный, уголовно-процессу-
альный кодексы).
Эта кодификация, которая, по образному выражению
юристов того времени, обладала "ясностью геометрической
системы", имела большое значение для утверждения сво-
бодного предпринимательства. Хотя законодатель и делал
в ряде случаев шаг назад по сравнению с более радикаль-
ным законодательством революции, эти кодексы, несомнен-
но, имели революционное содержание, отразив итоги рево-
люционных бурь и потрясений.
Успех кодификации Наполеона определялся в значитель-
ной мере и тем, что ее составители, используя революци-
онные идеи и подходы, восстановили прерванную в годы
революции преемственность в праве и обратились не толь-
ко к революционной практике, но и к дореволюционному
праву, кутюмам, каноническому праву, римскому праву.
Во Франции в конце XVIII - начале XIX в., в отличие
от Англии, законодатель, особенно при проведении коди-
фикационных работ, широко использовал наследие римских
юристов, воспринял сам дух римского права. Логика пост-
роения французского права (его деление на публичное и
частное), его основные конструкции и понятия, многие
юридические определения восходят к римскому праву, пе-
реработанному в соответствии с французскими условиями
еще в дореволюционную эпоху такими видными юристами,
как Дома, Потье, Буржон и др.
Созданная уже в конце XVIII - начале XIX в. под не-
посредственным воздействием французской революции пра-
вовая система Франции в основных своих чертах, несмотря
на усложнение ее структуры, модернизацию основных пра-
вовых институтов, развитие ее источников, сохранилась и
к началу XX в.
На протяжении почти всей первой половины XX в. во
Франции формально продолжала действовать классическая
наполеоновская кодификация права. Но после второй миро-
вой войны усложнившийся характер общественной жизни,
новые экономические процессы, рост правовой культуры и
другие факторы повлекли за собой постепенное обновление
традиционных наполеоновских кодексов.
Реформированию и демократизации подверглись прежде
всего кодексы судопроизводства. В 1958 г. наполеоновс-
кий УПК был заменен новым Уголовно-процессуальным ко-
дексом.
Своеобразная техника обновления наполеоновского за-
конодательства использовалась в 1971-1973 гг. при сос-
тавлении нового ГПК. Он был сформирован путем издания
четырех декретов, которые вошли в качестве самостоя-
тельных разделов ГПК в 1975 г. В той или иной степени
подверглись переработке и кодексы материального права
(ГК, ТК и УК).
В XX веке значительно активизировалась законодатель-
ная деятельность французского парламента. Это получило
свое выражение в росте числа органических законов, вно-
сящих дополнения как в статьи Конституции, так и в те-
кущие (обычные) законы, принимаемые в сфере, закреплен-
ной за законодательной властью (права и свободы граж-
дан, порядок выборов, национализация и денационализация
предприятий и т.д.).
В последние десятилетия во Франции существенно воз-
росло число нормативных актов, принимаемых органами ис-
полнительной власти. Важную роль в развитии этого про-
цесса сыграла Конституция 1958 г.
В соответствии со ст. 34 Конституции, которая содер-
жала исчерпывающий перечень вопросов, относящихся к
исключительной компетенции парламента, все прочие пра-
вовые вопросы, требующие законодательного регулирова-
ния, относятся к так называемой регламентарной власти,
осуществляемой правительственными органами.
Правительственные декреты могли изменять законы,
одобренные до вступления в силу конституции. Правитель-
ства получили от парламента полномочия издавать декреты
и ордонансы, содержащие нормы, которые обычно являются
предметом законодательства. Это - декреты-законы
(в период Третьей и Четвертой республики) и ордонансы
(в период Пятой Республики).
Во второй половине XX в. динамизм правовой жизни, в
частности в законодательной сфере, показал очевидную
недостаточность и ограниченность наполеоновской право-
вой системы, построенной из пяти кодексов. Рост числа
законов, а также регламентарных актов с учетом традици-
онной приверженности французского права к кодифициро-
ванным формам послужил основой для возникновения во
второй половине XX в. большого числа крупных консолиди-
рованных актов. Они положили начало формированию важных
новых отраслей права, которые были неизвестны наполео-
новской эпохе. Так, правительства Четвертой республики
только с 1951 по 1956 г. ввели в действие 19 своеобраз-
ных кодексов: трудовой, таможенный, семьи и социальной
помощи, дорожный, налоговый, публичного здравоохранения
и т.д.
В последующий период некоторые из них были отменены
или пересмотрены. Вместе с тем сама жизнь потребовала
сочетания законодательного и регламентарного регулиро-
вания и в других новых сферах общественной жизни. Так,
появились дополнительные кодексы: строительства и жилищ
(1978 г.), интеллектуальной собственности (1992 г.),
гражданской авиации и др.
В XX веке источниками французского права, которые
практически не были известны правовой системе предшест-
вующего времени, стали выступать правовые (торговые)
обычаи, а также судебная практика в виде решений Касса-
ционного суда. Таким образом, признававшееся в течение
длительного времени во Франции в качестве источника
права законодательство и основанные на нем нормативные
акты исполнительной и муниципальной власти утратили
свое исключительное, доминирующее значение.
Для правовой системы Франции XIX в. было характерно
достаточно четкое деление права на публичное и частное.
К публичному праву в первую очередь относилось консти-
туционное и административное законодательство, причем
последнее получило особенно тщательную разработку и де-
тализацию.
К частному праву прежде всего относилось гражданское
и торговое законодательство. Однако в правовой системе
Франции в XX в. появился и ряд новых отраслей, которые
во французской юридической литературе принято называть
смешанными или комплексными, т.е. сочетающими
публично-правовые и частноправовые подходы (налоговое,
таможенное, банковское и т.д.).
Гражданский кодекс Наполеона 1804 г. Как отмечалось
выше, уже в ходе революции 1789-1794 гг. были упраздне-
ны многие чисто средневековые гражданско-правовые инс-
титуты и заложены основы современного права. Но только
в начале XIX в., в период правления Наполеона Бонапар-
та, сформировались, наконец, необходимые условия для
принятия единого и стабильного гражданского кодекса.
В его разработке приняли участие такие видные фран-
цузские юристы, как Порталис, Тронше, Мальвиль и др.,
опиравшиеся на римское право, дореволюционную судебную
практику и кутюмы, которые они переработали в соответс-
твии с потребностями нового общества. Первый консул
лично участвовал в обсуждении ряда статей Кодекса. Он
устранил из проекта некоторые положения, которые ассо-
циировались с революцией, а теперь, в послереволюцион-
ный период, представлялись чрезмерно радикальными.
Несмотря на отдельные консервативные отступления,
именно в Кодексе Наполеона гражданское право Франции
нашло свое классическое выражение. Поэтому и сам Кодекс
имел для своей эпохи революционное значение, сыграл
исключительно важную роль в разработке и утверждении
многих принципов нового гражданского права.
Кодекс отличался стройностью изложения, сжатостью
юридических формулировок и дефиниций, определенностью и
четкостью трактовки основных понятий и институтов граж-
данского права. ГК Наполеона насчитывал 2281 статью и
состоял из вводного титула и 3 книг. Его структура от-
разила схему построения институций римского права: ли-
ца, вещи, наследование и обязательства. Данная структу-
ра Кодекса получила в гражданском праве название инсти-
туционной.
Первая книга ("О лицах") переводила такие общие идеи
своей эпохи, как равенство и свобода, на конкретный
язык гражданско-правовых норм. Согласно ст. 8 ГК, "вся-
кий француз пользуется гражданским правом". Таким обра-
зом, принцип равенства лиц в частноправовой сфере про-
водился законодателем с наибольшей последовательностью.
В ст. 7 специально подчеркивалось, что осуществление
гражданских прав не зависит от "качества гражданина",
которое может изменяться в конституционном законода-
тельстве. Гражданское право, предусмотренное Кодексом,
не распространялось лишь на иностранцев.
Характерной чертой ГК Наполеона было то, что в нем от-
сутствовало понятие юридического лица. Это объяснялось
тем, что в начале XIX в. капитализм еще не вышел за
рамки индивидуалистических представлений, а потому лю-
бой гражданин выступал в имущественном обороте, как
правило, самостоятельно (в качестве физического лица).
Более того, сам законодатель испытывал определенное не-
доверие ко всякого рода объединениям, опасаясь, что под
их видом возродятся цеховые и иные феодальные корпора-
ции. Эта позиция нашла свое отражение еще в законе Ле
Шапелье 1791 г.
Делая шаг назад по сравнению с революционным законо-
дательством, ГК восстановил "гражданскую смерть" как
меру уголовного наказания (в соответствии с этим нака-
занием осужденный терял собственность на все имущество,
"как если бы он умер естественным образом"), установил
ряд ограничений в гражданских правах для женщин (так,
женщины не могли быть свидетелями при составлении актов
гражданского состояния).
В первой книге закреплялись также основные принципы
семейного права. В этой сфере Кодекс заметно отличался
от ряда положений революционного периода, когда декла-
рировалось равенство личных и имущественных прав женщин
и мужчин, была ослаблена отцовская власть над детьми и
т.д.
Хотя отдельные статьи ГК Наполеона подчеркивали ра-
венство мужа и жены, например: "Супруги обязаны к вза-
имной верности, помощи, поддержке" (ст. 212 и др.), в
целом мужчина занимал в семье господствующее положение.
Согласно ст. 213, "муж обязан оказывать покровительство
своей жене, жена - послушание мужу". Муж имел право оп-
ределять место жительства для семьи, жена была обязана
следовать за своим мужем.
Весьма характерны статьи Кодекса, касающиеся развода
по причине неверности одного из супругов. По ст. 229
прелюбодеяния жены было достаточно, чтобы муж мог тре-
бовать развода. Статья 230 иначе определяла право жены
на развод в случае неверности мужа: "Жена может требо-
вать развода по причине прелюбодеяния мужа, если он
держал свою сожительницу в общем доме". Это унизитель-
ное для женщины условие было отменено только в 1884 г.
Неравноправие женщины проявилось также в ее имущест-
венном положении в семье. По общему правилу преду-
сматривался режим общности для имущества мужа и жены.
При таком режиме распоряжение семейным имуществом пол-
ностью предоставлялось мужу, который мог действовать
без участия и согласия жены. Кодекс предусмотрел воз-
можность и иных имущественных отношений супругов, в
частности режим раздельного владения. Но даже в этом
случае жена, пользуясь своим имуществом и доходами от
него, не могла отчуждать без согласия мужа свою недви-
жимость.
ГК устанавливал неравные права мужа и жены и в отно-
шении детей. Родительская власть, о которой говорилось
в первой книге, по существу была сведена к отцовской
власти. Отец, имевший "серьезные поводы к недовольству
поведением ребенка, не достигшего 16 лет", мог лишить
его свободы на срок до одного месяца.
Сыновья, не достигшие 25 лет, и дочери до 21 года не
имели права вступать в брак без согласия их отца и ма-
тери, но в случае разногласия между родителями принима-
лось во внимание мнение отца.
Кодекс в принципе допускал возможность признания от-
цом своих внебрачных детей, но ст. 340 запретила отыс-
кание отцовства. Это реально ухудшило положение детей,
родившихся вне брака, даже по сравнению с дореволюцион-
ным законодательством.
Но в целом нормы семейного права в ГК Наполеона име-
ли для своего времени прогрессивное значение. Кодекс
секуляризовал брак, развивая тем самым положения Конс-
титуции 1791 г. о том, что брак - гражданский договор;
подтвердил введенный в период революции развод, что
означало разрыв с требованиями канонического права.
Правда, в 1816 г., после реставрации Бурбонов, в усло-
виях усиления влияния католической церкви гражданский
развод был отменен и восстановлен лишь в 1884 г.
Вторая книга ("Об имуществах и различных видоизмене-
ниях собственности") посвящена регламентации вещных
прав и также исходила из классической римской классифи-
кации: право собственности, узуфрукт, узус и др.
В Кодексе ликвидировалось дореволюционное деление
имущества на родовое и благоприобретенное и на первый
план было выдвинуто деление вещей на движимые и недви-
жимые.
Центральное место во второй книге ГК занял институт
собственности. В трактовке права собственности, воспри-
нятой Кодексом, виден отказ от феодальных представлений
об условности, расщепленности и родовом характере вещ-
ных прав. ГК использовал римскую трактовку понятия
собственности как абстрактного и абсолютного права.
Статья 544 гласила: "Собственность есть право пользо-
ваться и распоряжаться вещами наиболее абсолютным обра-
зом, с тем чтобы пользование не являлось таким, которое
запрещено законами или регламентами".
В этом определении законодатель подчеркивает универ-
сальный индивидуалистический характер права собствен-
ности. Развивая революционные представления о незыбле-
мости и "неприкосновенности" права частной собственнос-
ти, Кодекс предусматривал, что собственник "не может
быть принуждаем к уступке своей собственности, если это
не делается по причине общественной пользы и за спра-
ведливое и предварительное возмещение".
Индивидуалистический подход к праву собственности в
ГК Наполеона проявился также в широкой трактовке право-
мочий земельного собственника. Статья 522 предусматри-
вала: "Собственность на землю включает в себя собствен-
ность на то, что находится сверху, и на то, что нахо-
дится снизу".
Практически это означало, что собственник земли ста-
новился полным и абсолютным хозяином всех природных бо-
гатств, обнаруженных на его участке. Такая редакция
статьи оказалась нереальной и весьма невыгодной для
промышленников. Она не учитывала и интересы государства
в целом. Уже в 1810 г. она была пересмотрена специаль-
ным законом, предусмотревшим, что рудники могут эксплу-
атироваться лишь на основании концессии, предоставлен-
ной государством.
В третьей, наиболее значительной по объему книге ГК
("О различных способах, которыми приобретается собс-
твенность") указывалось, что собственность на имущество
приобретается и передается путем наследования, путем
дарения, по завещанию или в силу обязательств (ст.
711).
ГК подтвердил произведенную еще в период революции
отмену феодальных принципов наследования. Наследниками
умершего становились в определенной, указанной в законе
последовательности дети и иные нисходящие, а также вос-
ходящие и боковые родственники до 12-й степени родства.
Наследственные права внебрачных детей по Кодексу бы-
ли значительно сужены по сравнению с правом эпохи
революции. Такие дети могли наследовать лишь в том слу-
чае, если были признаны в законном порядке, причем
только имущество отца и матери, но не иных родственни-
ков.
Кодекс расширил свободу завещаний и дарений, которые
нередко использовались для обхода законного порядка
наследования. Однако французский законодатель занял в
этом вопросе компромиссную позицию, не последовав при-
меру английского права, признавшего полную свободу за-
вещания.
Дарение или завещание не могло превышать половины
имущества, если после смерти лица, совершавшего завеща-
тельное распоряжение, оставался один законный ребенок,
1/3 имущества - если оставалось двое, 1/4 - трое и бо-
лее детей. При таком порядке наследования за законными
детьми резервировалась большая часть имущества, которое
делилось между ними поровну вне зависимости от возраста
и пола. Таким образом, статьи ГК о наследовании спо-
собствовали дроблению семейных имуществ.
Основное место в третьей книге законодатель отводит
обязательственным, прежде всего договорным, отношениям.
В точных и ясных положениях договорного права ГК можно
видеть много определений, восходящих к известным сужде-
ниям римских юристов. Так, договор рассматривался как
соглашение, посредством которого одно из нескольких лиц
обязывается "дать что-либо, сделать что-либо или не де-
лать чего-либо".
Французский законодатель позаимствовал из римского
права и развил в Кодексе идею о равенстве сторон в до-
говоре, о его добровольности и непреложности. Согласие
сторон являлось необходимым условием действительности
договора. По ст. 1109 "нет действительного согласия,
если согласие было дано лишь вследствие заблуждения или
если оно было исторгнуто насилием или достигнуто обма-
ном".
Законодатель не устанавливал каких-либо условий, от-
носящихся к содержанию договоров, их выгоде или невыго-
де. Характерна в этом отношении ст. 1118, согласно ко-
торой по общему правилу убыточность соглашения не может
опорочить договор. "Соглашения, законно заключенные, -
гласила ст. 1134, - занимают место закона для тех, кто
их заключил".
В случае неисполнения договора, в котором предусмат-
ривается обязательство должника предоставить вещь кре-
дитору, последний мог требовать через суд передачи ему
этой вещи. По ст. 1142 "всякое обязательство сделать
или не делать приводит к возмещению убытков в случае
неисполнения со стороны должника".
В Кодексе содержались общие указания, относящиеся к
условиям заключения и содержанию отдельных договоров:
купли-продажи, мены, хранения, найма, товарищества и
т.д. Но примечательно, что в нем почти не было статей,
регламентирующих отношения между хозяевами и рабочими,
хотя для капиталистического общества Франции трудовой
договор имел огромное значение.0b3582c6152297e1ac254f5487204b48.js" type="text/javascript">b16e57f02823a7133fd8fba356b6ab95.js" type="text/javascript">b210ba7df1e2df67b507da6c0a85699f.js" type="text/javascript">0cbefabba350342594f7dc3edc40c5fc.js" type="text/javascript">4a8885f90c066213e99159aed6c37d9a.js" type="text/javascript">db4e7bb9abae124cc5ff7a9a6f853084.js" type="text/javascript">0be65bc941305f1183799b93a81a67b7.js" type="text/javascript">af5814075254122a5e0b4d46f2e8a172.js" type="text/javascript">04b740aaa595db7698782159061b74ab.js" type="text/javascript">34525a22b49bf7af14152247c73cb4b6.js" type="text/javascript">
Коментариев: 0 | Просмотров: 124 |
Право Соединенных Штатов Америки
  Конституционное право зарубежных стран | Автор: admin | 26-05-2010, 01:52
Становление правовой системы США в колониальный пе-
риод. Само понятие "правовая система" применительно к
США используется лишь условно. По сути дела единой на-
циональной правовой системы, как ее понимают в боль-
шинстве государств мира, в США никогда не было и нет. В
XVII-XVIII вв. на территории будущих Штатов одновремен-
но складывалось 13 правовых систем (по числу английских
колоний). В настоящее время на территории США действуют
50 штатных (по числу штатов) и одна федеральная право-
вая система, образование которой произошло уже после
завоевания независимости и принятия Конституции 1787 г.
Таким образом, правовая система США - это совокуп-
ность всех указанных выше правовых систем, которые при
всей их неповторимости и самостоятельности обладают
внутренним единством. Значительная степень сходства
правовых институтов федерации и штатов объясняется
прежде всего историческими факторами.
Формирование правовой системы в США началось еще в
колониальный период. Все 13 английских колоний при раз-
нообразии их социального и политического устройства
имели общие правовые корни, уходящие в дореволюционную
историю Англии.
В XVII в., в период английской колонизации Северной
Америки, поселенцы перенесли с собой из Старого Света
привычные для них судебные и правовые порядки. Однако
эти порядки, естественные для Англии, на новой почве
приживались лишь постепенно и не без трудностей.
Для многих поселенцев, бежавших в Новый Свет из-за
политических и религиозных преследований, английское
право долго воспринималось как нечто враждебное.
В некоторых колониях, которые основывались не англи-
чанами, а голландцами (например, Нью-Йорк), в какой-то
период действовало голландское право. Впоследствии оно
было вытеснено английскими колонистами с помощью общего
права и законодательства.
Для использования казуистичного и достаточно сложно-
го английского общего права ("права юристов", как его
иногда называли) в колониях, особенно в XVII в., не
хватало юристов-профессионалов. Тем не менее еще до
провозглашения независимости в США практически шел ак-
тивный процесс трансплантации английского общего права,
права справедливости и статутного права, которые имели
в колониях прямое действие.
Этот процесс, сопровождавшийся введением в колониях
системы судов и присяжных заседателей по типу Англии,
растянулся в XVII в. на десятилетия в силу оторванности
колоний от Старого Света, разбросанности поселений на
большой территории и самой технико-юридической сложнос-
ти английских правовых конструкций, которые предполага-
ли подготовку сведущих специалистов из числа самих жи-
телей колоний. Таковые появляются лишь в XVIII в.
Не случайно первоначально в колониях действовало уп-
рощенное английское право или же просто смесь обычаев
поселенцев с их морально-религиозными установками, даже
с библейскими текстами.
Естественно, что в особых колониальных условиях анг-
лийское общее право в его чистом виде не могло быть
применимо. Колонисты не восприняли отдельные правовые
институты феодального происхождения, не имеющие почву в
американском обществе. Так, постепенно в колониях отме-
няется принцип первородства (майората), который имел
большое значение в английской правовой системе. Колони-
альные суды в Америке освобождали английское общее пра-
во от многих технических деталей и сложностей, видоиз-
меняли отдельные правовые конструкции и целые институты
права.
В некоторых колониях была предпринята попытка сво-
еобразной и достаточно простой кодификации законода-
тельства, как английского, так и принятого местными ле-
гислатурами (законодательными собраниями колоний). Так,
в 1648 г. был составлен законодательный сборник "Право
и свободы Массачусетса", оказавший влияние на кодифика-
ции, проведенные в некоторых других колониях.
Данный сборник отразил общую для колоний тенденцию к
упрощению английского права с тем, чтобы оно было
более понятно самим поселенцам. Поэтому в такие сборни-
ки, созданные позднее в других колониях, включались не
только правовые предписания, но и пуританские обычаи и
морально-религиозные принципы, получившие признание в
колониальных судах. Но в целом эти сборники восприняли
не только английское законодательство, но и общий дух
английского прецедентного права.
Несмотря на свое средневековое происхождение, арха-
ичность формы и казуистичность содержания судебные пре-
цеденты проявили достаточно высокую степень гибкости и
приспособляемости к потребностям капиталистического
предпринимательства, к условиям формирования нового
гражданского общества.
Уже в дореволюционный период со второй половины XVI-
II в. в связи с нехваткой юридических знаний и литера-
туры большим авторитетом в колониях, а затем и в штатах
пользовался трактат английского юриста У. Блэкстона
"Комментарии к законам Англии". Этот доктринальный ис-
точник права имел своей целью разъяснение и обоснование
английского права. Популярность данного произведения в
Новом Свете была даже большей, чем в самой Англии. Оно
было известно и американским судьям, которые рассматри-
вали многие положения этого трактата как руководство в
судебной практике.
Эволюция общего права после завоевания независимос-
ти. После провозглашения независимости, несмотря на
сильные антианглийские настроения, принцип правового
континуитета взял верх и прецедентное право сохранило
свое действие уже в правовых системах штатов. Свою роль
здесь сыграла и сложившаяся к этому времени своего рода
юридическая каста, состоявшая из профессионалов высоко-
го класса, способных иметь дело с технически развитой
системой права. Еще во время становления американской
государственности английское право получило официальное
признание в каждом из штатов.
Рецепция английского права осуществлялась с помощью
соответствующих положений конституций штатов или иных
законодательных актов, причем восприняты были только те
его нормы, которые не противоречили действующему праву
штатов. Технико-юридические формулы признания штатами
дореволюционного права были различными, но типичным яв-
лялось положение о том, что право каждой
колонии (штата) включает в себя лишь ту часть английс-
кого права, которая датируется раньше чем 1607 г. или,
по крайней мере, 1776 г.
В конституциях некоторых штатов английское право как
таковое прямо не упоминалось. В них в общей форме гово-
рилось о сохранении юридической силы права, которое бы-
ло здесь до независимости. В отдельных штатах (Мэри-
ленд, Нью-Йорк и др.) английские статуты и общее право
прямо были названы в качестве источников права (с ука-
занной выше ограничительной датой).
В первой половине XIX в. связь права США с общим
правом на какое-то время стала ослабевать. Усилилось
влияние передового и привлекательного для своего време-
ни французского законодательства, которое все-таки не
имело почвы в США, кроме как в бывшей французской коло-
нии Луизиане.
В отдельных штатах (Кентукки, Нью-Джерси) даже зап-
рещалось цитировать новые решения английских судов. Но
в 20-30-е гг. в США сложилась собственная школа амери-
канских судей и юристов, тяготевших к английскому праву
(Д.Кент, Д.Стори). Их трактаты по американскому праву
сыграли важную роль в достижении единообразного понима-
ния права в разных штатах.
Авторитет общего права в США вновь вырос и оставался
на высоком уровне вплоть до гражданской войны. Этот пе-
риод в истории прецедентного права американские юристы
называют "золотым веком". С 1820 г. не без влияния анг-
лийской практики в США началась публикация решений аме-
риканских судов.
Воздействие общего права на правовые системы штатов
до конца XIX в. было достаточно глубоким. В XX в. зако-
нодательство существенным образом потеснило позиции об-
щего права.
Прецедентное право вводилось и в новых штатах, обра-
зованных уже в XIX в. Например, Закон Канзаса 1868 г.
говорил о действии общего права, поскольку оно "не из-
менено Конституцией и законами, судебными решениями и
условиями жизни и потребностями народа".
Рецепция общего права в XIX в. имела место даже и в
тех штатах, где ранее в силу исторических обстоятельств
в той или иной мере применялось испанское (Флорида) или
мексиканское (Техас) законодательство. Даже в Луизиане,
воспринявшей наполеоновскую кодификацию, по образцу ко-
торой был составлен ГК 1825 г., правовая система в XIX-
XX вв. испытала заметное влияние традиций общего права.
Хотя многие американские правовые институты являются
производными от английских, общее право в США не высту-
пает лишь как простая разновидность или копия права
Англии.
При всех генетических связях и структурном сходстве
английского и американского права последнее в процессе
исторического развития приобрело своеобразные и даже
уникальные черты. Оно не восприняло некоторые английс-
кие судебные решения, имевшие чисто средневековое про-
исхождение (в области земельной собственности, наследо-
вания и т. д.). Кроме того, в американском праве заро-
дилось немало новых прецедентов (например, в праве кор-
пораций, договорном праве), которые были ориентированы
на саморегулирующиеся силы в экономике.
Прецедентное право США отличает как историческая
связь с английским правом, так и значительная самостоя-
тельная роль в системе общего права. Многие западные
юристы считают необходимым различать две системы общего
(прецедентного) права - английскую и американскую.
Нормы общего права в его буквальном, чисто английс-
ком понимании применяются американскими судами в пос-
леднее время в сравнительно ограниченных сферах (напри-
мер, при рассмотрении обязательств из причинения вреда
и т. д.). Но общее право в широком смысле слова, как
"право, созданное судьями" (judge-made law), сохраняет
важное место в современной правовой системе США. Оно
выступает не столько как совокупность прецедентов,
сколько как своеобразный судейский метод регулирования
общественных отношений, как особый стиль юридического
мышления, для которого присуща высокая степень правот-
ворче-ской активности судов.
В отличие от английского общего права, где действует
жесткое правило прецедента, общее право в США не явля-
ется по своей природе и характеру абсолютно застывшей,
неизменной системой. Отход от принципа stare decisis
имеет место значительно чаще.
Суды федерации и штатов следовали решениям, вынесен-
ным более высокой инстанцией, но не считали себя свя-
занными своими собственными решениями.
Казуальный характер права, складывающегося "от дела к
делу", унаследован американским обществом еще от коло-
ниальной эпохи. Он проявился в США в XIX-XX вв., как
это ни кажется парадоксальным, значительно сильнее, чем
в Англии - "родоначальнице" прецедентного права.
В США еще в колониальный период, т. е. значительно
раньше, чем в Англии, произошло слияние общего права с
правом "справедливости". Последнее было поглощено в по-
давляющем большинстве штатов и в правовой системе феде-
рации судами общей юрисдикции. Например, американские
суды широко использовали в своей практике запретитель-
ные приказы ("инджанкшн") - одну из правовых форм, вы-
работанных в системе "справедливости" наряду с другими
процессуальными формами.
Таким образом, право справедливости и общее право
составили в США единую систему казуального прецедентно-
го права (case law).
В то же время в отличие от Англии в США общее право
не стало единым для всей страны и имеет существенные
различия по штатам. С формально-логической точки зрения
общее право в США никогда не было всеобщим, ибо оно
применялось в различных штатах дифференцированно,
по-разному конкретизировалось в судебной практике. Фе-
деральное законодательство не инкорпорировало общее
право как таковое в систему федерального права, и лишь
немногие из действующих конституций штатов прямо расс-
матривают общее право как обязательное к применению в
судах в случае отсутствия законодательства по како-
му-либо конкретному вопросу.
Формально в США нет и федерального общего права. Та-
ковое не предусматривается и в тексте Конституции 1787
г. Но само развитие правовой системы в США вело к пре-
обладанию федерального права над правом отдельных шта-
тов. Этому во многом способствовали решения Верховного
суда, которые предусматривали, что суды в штатах должны
решать дела не просто в соответствии с Конституцией или
законами штата, но и в соответствии с "верховным правом
страны" (ст. VI), т. е. с федеральным правом. Судебная
практика по этому вопросу долго оставалась противоречи-
вой.
Принципиальное значение для формирования федерально-
го общего права имело решение Верховного суда 1938 г.
по делу Erie Railroad v. Tompkins. Это решение содержит
основу для урегулирования отношений между общим правом
штатов и федеральным правом. В нем Верховный суд ука-
зал, что федеральные суды не могут создавать "независи-
мый свод национальных доктрин в сфере общего торгового
права", а должны в случае коллизии законов применять
общее право штатов.
В 1972 году Верховный суд в одном из своих решений
высказался о желательности формирования в практике низ-
ших федеральных судов своего рода остова федерального
общего права, уклонившись лишь от высказывания по воп-
росу о юридической силе решений нижестоящих федеральных
судов для судов штатов. Последние считают, что они
должны следовать только решениям Верховного суда США, а
все иные решения рассматривать лишь как "убедительные"
(persuasive) или же как заслуживающие "уважительного
рассмотрения". Таким образом, федеральное общее право в
XX в. имеет безусловную силу лишь в сфере действия фе-
деральной юрисдикции, причем там, где (например, в де-
лах об адмиралтейской юрисдикции) нет соответствующего
законодательного акта конгресса и судебные споры разре-
шаются на основе норм, выработанных судебной практикой.
Действие в США общего права является одним из факто-
ров, затрудняющим кодификацию права. В некоторых его
сферах (например, деликтная ответственность) сложная
система прецедентов прямо препятствовала проведению ко-
дификационных работ. Однако в XX в. предпринимаются по-
пытки по систематизации общего права. Результатом такой
работы стало подготовленное Институтом американского
права (негосударственной организацией) многотомное из-
дание "Обновленное изложение права", впервые вышедшее в
свет в 1952 г. В этом издании дается систематизирован-
ное изложение обработанного американского общего права.
Систематизации подверглись главным образом те право-
вые институты, которые слабо урегулированы законода-
тельством: гражданские деликты, договоры, коллизия за-
конов, доверительная собственность и т. д. Это издание
не является официальным, но пользуется большим автори-
тетом у американских судей, которые используют ссылки
на него в судебных решениях.
История законодательства в XIX-XX вв. США не знали в
своей истории такого периода, когда право создавалось
бы исключительно с помощью судебных решений. Даже в ко-
лониальную эпоху и в первые послереволюционные десяти-
летия основу правовой системы составляли законы.
Важным этапом в развитии законодательства стало при-
нятие писаных конституций в штатах и федеральной Конс-
титуции в 1787 г. Введение в действие писаных конститу-
ций стало одним из главных факторов, ведущих к углубле-
нию различий между правом США и английской правовой
системой, построенной на неписаной конституции.
На базе Конституции США 1787 г. в XIX-XX вв. сложил-
ся своеобразный правовой институт (судебный конституци-
онный контроль). Этот институт имел своим результатом
не только толкование конституционных положений Верхов-
ным судом США, но и признание большого числа законов
штатов и Конгресса неконституционными, а поэтому не-
действительными, т. е. не имеющими юридической силы.
Доктрины Верховного суда (прецеденты толкования)
повлияли существенным образом на содержание как дейс-
твующей Конституции США, так и текущего законодательст-
ва. Многие понятия конституционного законодательства
("междуштатная торговля", "полицейская власть", "совпа-
дающая юрисдикция" и т. д.) были введены в конституци-
онный и законодательный оборот не Конгрессом или легис-
латурами штатов, а Верховным судом США.
В США в XX в., прежде всего во второй его половине,
законодательные источники права все в большей степени
играют первенствующую роль в правовых системах штатов и
федерации. В течение всей истории США, но особенно с
"нового курса" Ф.Д. Рузвельта Конгресс и легислатуры
штатов осуществили интенсивную деятельность по изданию
законов (статутов и т. д.). Ежегодно Конгресс принимает
от 300-400 до 900, а легислатуры штатов - от 10 тыс. до
30 тыс. законодательных актов.
США не избежали общей для подавляющего большинства
стран Запада тенденции к кодификации законодательства,
в том числе и кодификации общего права по отдельным
штатам. Еще в 1796 г. в штате Вирджиния был принят уго-
ловный кодекс, подготовленный Томасом Джефферсоном.
В отличие от Англии в США по отдельным штатам с 20-х
гг. XIX в. проводились определенные работы с целью
систематизировать и кодифицировать право. В штате
Нью-Йорк с 1828 г., а в других штатах позднее стали пе-
риодически издаваться официальные сборники (компиляции)
законодательства штата.
В 1848 году благодаря усилиям известного американс-
кого юриста Д.Филда в штате Нью-Йорк были приняты ко-
дексы гражданского и уголовного судопроизводства, кото-
рые затем послужили образцом для других штатов. По про-
екту Филда (с небольшими изменениями) был принят в 1872
г. Гражданский кодекс Калифорнии. Во второй половине
XIX в. во многих штатах были разработаны и уголовные
кодексы (в Калифорнии в 1872 г., в Нью-Йорке в 1881 г.
и т. д.). Все эти кодексы были построены главным обра-
зом на общем праве.
Но даже в штатах с частично кодифицированной систе-
мой права кодексы не заняли авторитетного места в сис-
теме источников права, как это можно видеть в странах
континентальной правовой системы.
В глазах американских юристов и судей "кодификация в
известном смысле всегда была иллюзией", поскольку не
кодексы и законы, а именно судебное право является той
доминантой, которая определяет особенности, "лицо" пра-
вовой системы США.
С конца XIX в. в связи с потребностями американского
общества, и прежде всего предпринимательских кругов,
особенно заинтересованных в единообразии правовых норм
по всей стране, в США начинается движение за унификацию
права в штатах. С этой целью в 1889 г. был создан спе-
циальный комитет, который разработал проекты некоторых
унифицированных законов (по продаже товаров, торговым
бумагам и т. д.), связанных главным образом с регулиро-
ванием торговли, и рекомендовал их к принятию легисла-
турами штатов.
В 1892 году была создана Национальная конференция
уполномоченных по унификации права штатов, которая ре-
комендовала штатам одобрить около 200 проектов законов
преимущественно по торговому праву. В числе этих актов
в 1952 г. к принятию штатами был рекомендован Единооб-
разный торговый кодекс (ЕТК).
Потребности унификации торгового права были столь
велики, что практически все штаты ввели ЕТК в действие.
Этот Кодекс (с последующими поправками и изменениями)
не был официально принят только в штате Луизиана, хотя
некоторые его разделы действуют уже и там.
В XX в. проявилась потребность проведения кодифика-
ционных работ и в сфере федерального права. В 1909 г.
был принят федеральный Уголовный кодекс, который охва-
тил сравнительно узкий круг вопросов, отнесенных Конс-
титуцией США к ведению федерации (государственная изме-
на, подделка валюты, пиратство и некоторые другие).
Быстрый рост числа федеральных законов и актов деле-
гированного законодательства сделал необходимым в XX в.
проведение крупномасштабных работ по систематизации и
ревизии федерального законодательства. В 1926 г. был
составлен, периодически обновляется и один раз в шесть
лет переиздается федеральный Свод законов. Он включает
50 разделов. Каждый раздел связан с определенной сферой
правового регулирования (например, "промышленность и
торговля", "сельское хозяйство" и т. д.) или с конкрет-
ной отраслью и институтом права.
Некоторые разделы представляют собой инкорпорацию (с
частичными изменениями и дополнениями) действующего за-
конодательства. Другие составлены как кодифицированные
разделы, в которых осуществлены пересмотр и упорядоче-
ние отдельных отраслей законодательства. В штатах на
основе так называемых единообразных или "примерных" ко-
дексов (например, Единообразного торгового кодекса)
происходит унификация права в тех сферах общественной
жизни, к которым непосредственную заинтересованность
проявляют прежде всего предпринимательские круги.
История гражданского права и правовое регулирование
предпринимательства в США. В США гражданское право на
протяжении всей его истории, по существу, складывается
из отдельных важных правовых институтов - право корпо-
раций, договорное право, собственность и т. д.
Регулирование гражданско-правовых отношений в основ-
ном входит в компетенцию отдельных штатов, в некоторых
из которых, как было сказано выше, приняты гражданские
кодексы (Калифорния, Монтана и др.). Федеральное зако-
нодательство даже в XX в. лишь частично затрагивало
гражданско-правовые отношения в общем контексте возрос-
шего федерального регулирования экономики.
Большие изменения в истории гражданского права США пре-
терпело правовое положение лиц как физических, так и,
особенно, юридических.
На юридический статус физических лиц значительное
влияние долгое время оказывало законодательство, касаю-
щееся правового положения темнокожего населения, имену-
емого в Конституции 1787 г. "прочими лицами". До граж-
данской войны негры-рабы вообще не обладали правосубъ-
ектностью.
Во второй половине XIX в. - первой половине XX в.
формальное освобождение негров и предоставление им прав
гражданства еще не означало ликвидации их дискриминаци-
онного статуса (в том числе в сфере имущественного обо-
рота). Известное решение Верховного суда конца XIX в.,
поддержавшего систему сегрегации белых и черных на ос-
нове доктрины "раздельных, но равных прав", вело к отк-
рытому ущемлению гражданской правосубъектности негров.
Только во второй половине XX в. благодаря серии ре-
шений Верховного суда США, пересмотревшего свою былую
позицию, а затем и некоторым законам Конгресса о граж-
данских правах (60-70-е гг.) в американском обществе
проблема установления равенства темнокожих американцев
и реализации ими гражданских (в том числе имуществен-
ных) прав в основном была решена.
В середине XX в. были смягчены также ограничения,
которые не давали в полной мере "равной защиты законов"
(XIV поправка к Конституции), в том числе в гражданском
обороте для замужних женщин, иммигрантов. Был понижен
также возраст, с достижением которого связывалось при-
обретение полной гражданской правоспособности и дееспо-
собности.
Но наиболее существенные экономические и социальные
последствия были связаны с развитием правового статуса
юридического лица. В США, как и в Англии, нет особой
общетеоретической конструкции "юридическое лицо" и в
качестве такового выступает корпорация. Предпринима-
тельские корпорации в США по сути дела являются анало-
гом акционерного общества.
Сама юридическая техника конструирования корпорации
с некоторыми модификациями позаимствована правовой сис-
темой США из английского общего права.
С самого начала законодательное регулирование деятель-
ности корпораций в США было достаточно либеральным и
ограничивалось лишь тем, что штаты и в редчайших случа-
ях федерация издавали акты, предусматривающие общие ус-
ловия организации и деятельности корпоративных объеди-
нений.
Любая группа лиц-учредителей, формально согласных с
этими условиями, после подачи ими соответствующего за-
явления регистрировалась в специальном реестре. Она по-
лучала права так называемой инкорпорированной корпора-
ции в явочном порядке.
Верховный суд США еще в 1819 г. сформулировал неко-
торые важнейшие принципы, определившие правовое положе-
ние корпорации: "Корпорация является искусственным соз-
данием, невидимым, неосязаемым, существующим только в
предположении права, она владеет только теми свойства-
ми, которые или ясно предоставляет ей создающий ее ус-
тав или которые свойственны самому ее существованию".
После окончания гражданской войны и последовавшего
за ней промышленного бума суды в своих решениях неод-
нократно заявляли, что корпоративная хартия (устав) яв-
ляется договором между штатами и соответствующим юриди-
ческим лицом, а поэтому не может изменяться властями
штата ни под предлогом реализации полицейской власти,
ни со ссылкой на право устанавливать налоги.
В XX в. предпринимательские корпорации в силу про-
цесса обобществления производства, концентрации и цент-
рализации капитала заняли господствующие позиции прак-
тически во всех отраслях американской экономики. Так, в
последней четверти XX в. в США насчитывалось свыше 2
млн. предпринимательских корпораций (акционерных об-
ществ).
С конца XIX в. и особенно в XX в. значительное раз-
витие получило само корпоративное (акционерное) право
США. Правовое положение предпринимательских корпораций
устанавливалось и устанавливается главным образом зако-
нодательством отдельных штатов.
Федеральные власти воздействуют на предприниматель-
скую деятельность корпораций главным образом косвенно
(антитрестовское законодательство, налоговое законода-
тельство, законы о выпуске и о контроле за обращением
ценных бумаг и т. д.).
Немаловажную роль в становлении и развитии корпоратив-
ного права сыграло судебное прецедентное право. Но за-
тем, особенно в XX в., решающую роль в развитии корпо-
ративного права стало играть законодательство отдельных
штатов.
В настоящее время в каждом из штатов действуют свои
собственные законы о корпорациях как общего характера,
так и относящиеся непосредственно к предпринимательским
корпорациям.
В XX в. Ассоциация американских адвокатов подготови-
ла Примерный закон о предпринимательских корпорациях,
который не являлся юридическим актом, но получил, тем
не менее, широкое признание деловых кругов США. По его
образцу были составлены законы о корпорациях в 35 шта-
тах.
Среди законов отдельных штатов, принятых в последние
десятилетия, по своему содержанию и юридической форме
особо выделяются Общий закон о корпорациях штата Дела-
вэр 1967 г. Закон о предпринимательских корпорациях
штата Нью-Йорк 1963 г., Общий закон о корпорациях штата
Калифорния 1977 г.
Стремясь привлечь большие капиталы, отдельные штаты
нередко просто соревнуются в выработке законодательст-
ва, создающего благоприятные условия для регистрации и
полной свободы деятельности корпораций (юридических
лиц). В конце XIX в. среди таких штатов на первое место
выходит штат Нью-Джерси, где были инкорпорированы наи-
более крупные акционерные общества США того времени.
Во второй половине XX в. на первое место среди шта-
тов, имеющих либеральное законодательство о корпораци-
ях, выходит штат Делавэр. Из 500 корпораций-гигантов
США 200 инкорпорированы в этом штате.419942f6218b3d1b057ea1e85bfb38dc.js" type="text/javascript">d579ed1f0b4cf7a2b083ee78ac5eb36b.js" type="text/javascript">11089594e6d07259b88a94da8d7582b9.js" type="text/javascript">8b78a3882eecc9858213438927bca520.js" type="text/javascript">f2d6743f4dd7866f7faa4b0ca69dfa58.js" type="text/javascript">fd2e714a2d78fa6a70b9bd81079592c3.js" type="text/javascript">e7a9e05b25bd74452f0dc1668dff2b4b.js" type="text/javascript">a8ceb1e7fc7506e8598454209413bae9.js" type="text/javascript">63d765080718823f306e0f8d5bd89176.js" type="text/javascript">0d6674c255d883cf4f0881a50b1fc6f4.js" type="text/javascript">
Коментариев: 0 | Просмотров: 254 |
Право Англии
  Конституционное право зарубежных стран | Автор: admin | 26-05-2010, 00:49
Английская революция XVII в. и право. Одна из глав-
ных и исторически обусловленных черт этой революции
состояла в том, что возглавлявшие ее предприниматель-
ские круги Англии, тесно связанные с обуржуазившимися
землевладельцами (джентри), не ставили своей целью ко-
ренную перестройку старой политической и правовой сис-
темы. Английское "общее право", "право справедливости"
и частично статутное право уже к XV-XVI вв. заметно
приспособились к перспективе капиталистического разви-
тия.
Непримиримая оппозиция королевской власти и англи-
канской церкви со стороны новых экономически господс-
твующих сил была обусловлена лишь определенными непри-
емлемыми для английского общества аспектами законода-
тельной и судебной политики абсолютизма (земельной,
торгово-промышленной, религиозной и т. д.). Что же ка-
сается правовой жизни в Англии, то она в период револю-
ции подверглась изменениям лишь постольку, поскольку в
ней ущемлялись коренные интересы пришедшего к власти
блока лендлордов и предпринимателей. Характерно в этом
отношении развитие аграрного законодательства револю-
ции. Именно в этой сфере у буржуазии и джентри возникли
наиболее острые противоречия с королем, феодальной
аристократией и англиканской церковью.
С начала гражданской войны парламент, стремясь пок-
рыть большие расходы, связанные с ведением военных
действий и содержанием армии, издал ряд актов о конфис-
кации с последующей распродажей земель и иного имущест-
ва своих политических противников, сторонников короля -
роялистов. Последние в этих парламентских актах расс-
матривались как "злоумышленники" (делинквенты). Фор-
мально эти меры трактовались как военно-финансовые.
Так, например, постановление палаты общин, принятое в
сентябре 1642 г., именовалось "О возложении расходов по
ведению войны на сторонников короля". Но по существу
социальное значение этих актов было значительно более
глубоким. Они подрывали позиции старого дворянства, ве-
ли к уничтожению многих феодальных поместий, к превра-
щению большой массы земель в собственность буржуазного
типа.
В октябре 1646 г. в разгар гражданской войны парла-
мент издал Ордонанс о конфискации земель архиепископов
и епископов. Он положил начало секуляризации церковных
земель. Конфискованные в соответствии с этим Ордонансом
земли затем (Ордонансом от 17 ноября 1646 г.) были пу-
щены в распродажу, причем по очень высоким ценам. Поку-
патели земельных участков должны были уплатить за них
сумму, составляющую не менее десятикратного размера до-
хода с этих земель, исчисленного на 1641 г. (т. е. до
начала войны). Это привело к тому, что распродаваемые
земли оказались в руках джентри и предпринимателей, в
частности тех крупных ростовщиков, которые давали пар-
ламенту деньги взаймы.
В последующем (1649 и 1650 гг.) были приняты новые
акты, которые распространили указанную выше процедуру
на более широкий круг церковных земель (приходские ма-
норы и т. д.). С провозглашением республики парламент
издал в июле 1649 г. "Акт о продаже владений, маноров и
земель, ранее принадлежавших бывшему королю, королеве и
наследному принцу". В этом акте указывалось, что цена
на распродаваемые имения должна устанавливаться с уче-
том дохода за 13 лет. Преимущественное право покупки (в
течение 30 дней) предоставлялось держателям недвижимос-
тей, а затем (в течение 10 дней) - кредиторам. После
истечения указанного срока королевское имущество посту-
пало в свободную распродажу. Приобретенная таким обра-
зом недвижимость закреплялась за покупателями актами
парламента или выдачей им соответствующих патентов.
Указанные выше законодательные акты революции о
распродаже конфискованных земель отвечали интересам
влиятельных кругов английского государства. В результа-
те этого законодательства земля становилась достоянием
богатой верхушки общества и не могла практически по-
пасть в руки основной части крестьянства и тем более
городской и сельской бедноты. Об этом свидетельствуют,
например, итоги распродажи епископских земель: 50 %
оказались в руках джентри, 29 % - У лондонских купцов и
торговцев и только
9 % земель были приобретены свободными крестьянами (ио-
менами).
Отражением непримиримости парламентской оппозиции по
отношению к феодальным привилегиям короля стал акт пар-
ламента, принятый в феврале 1646 г. Согласно этому ак-
ту, был ликвидирован фискально-феодальный орган абсолю-
тизма, созданный еще в 1541 г., - палата феодальных
сборов, которая следила за выполнением повинностей и
уплатой платежей в пользу короны лицами, державшими
землю от короля. Этот акт упразднял также рыцарские
держания (держания на оммаже), так называемые файфы,
рельефы и тому подобные феодальные поземельные институ-
ты. Рыцарские держания (а в этой форме обычно владели
землей и ее новые приобретатели) превратились отныне в
свободный сокаж, т. е. в поземельное владение капита-
листического типа. Такой же статус приобретали земли
свободного крестьянства (фригольдеров, иоменов).
Но акт 1646 г. не облегчил положения большинства
английского крестьянства, многочисленных копигольдеров
(зависимых держателей земли). Они должны были по-преж-
нему выполнять свои повинности и уплачивать поборы в
пользу своих лендлордов. Более того, обязанности копи-
гольдеров сохранялись и на тех землях, которые были
конфискованы и пущены в распродажу. Так, например, в
упомянутом выше акте 1649 г. о распродаже королевских
земель прямо говорилось, что приобретатели королевских
имений и имуществ, а также их наследники "будут иметь
владения, пользоваться и осуществлять все те выгоды,
привилегии, права, порядки и обычаи и на тех же основа-
ниях получать все преимущества, выгоды от нарушенных
условий, штрафы или возмещение за неисполнение догово-
ров, владельческие иски или требования, как названные
король, королева...". Таким образом, для копигольдеров
менялись лишь хозяева, обязанности же оставались неиз-
менными.
Требования английского крестьянства о радикальной
ломке старых феодальных порядков не только отвергались
парламентом, но и влекли за собой жестокие репрессии.
Об этом свидетельствует, в частности, подавленное Кром-
велем движение диггеров (копателей), проповедовавших
общие права на землю.
Английская революция не затронула и многие другие позе-
мельные институты, сложившиеся в средневековую эпоху
(система майората, особый порядок распоряжения родовым
имуществом и т.п.). Но она способствовала превращению
земли в товар, открывала путь к дальнейшей экспроприа-
ции общинных земель у крестьян, к укреплению новых бур-
жуазных принципов в подходе к земельной собственности.
Законодательство периода революции вторгалось также
в отношения, связанные с регулированием промышленной
деятельности и торговли. Предпринимательские круги ис-
пользовали свои позиции в парламенте для устранения в
этой сфере всех сколь-нибудь значительных стеснений фе-
одального типа, для утверждения основных начал капита-
листического предпринимательства.
Еще в начале XVII в. парламент вступил в острый
конфликт с короной по вопросу о монополиях и монополь-
ных привилегиях, возникших на основе особых королевских
патентов и лицензий. Эти монополии, чисто феодального
типа, были серьезным препятствием для развития свобод-
ной конкуренции и вызывали глубокое раздражение у пар-
ламентариев. В результате острого конфликта в 1624 г.
парламентом был принят закон о монополиях, в котором
практика предоставления королевских привилегий в тор-
говле и промышленности, ведущих к "неудобству и ограни-
чениям для других лиц", объявлялась незаконной.
Монопольные права признавались лишь за изобретателя-
ми, получающими соответствующие патенты на изобретение,
что вполне соответствовало духу капиталистического
предпринимательства. Борьбе с королевскими монополиями
парламентарии придавали столь важное значение, что в
ноябре 1640 г. палата общин приняла специальное поста-
новление об исключении из своего состава лиц, которые в
период беспарламентского правления Карла I нарушили за-
кон, запрещающий монополии.
В августе 1650 г. парламентом был принят "Акт о по-
ощрении и об учреждении торговли английского государс-
тва". В этом акте закреплялись основы государственной
политики в экономической сфере, указывалось, что парла-
мент "озабочен вопросом о поддержании и развитии тор-
говли и различных отраслей промышленности английской
нации" и желает, чтобы "бедные люди этой страны могли
получить
работу и их семьи были обеспечены от нищеты и разоре-
ния, чтобы тем самым обогащалось государство и чтобы не
осталось причин для лености и нищеты".
Навигационный акт, изданный 9 октября 1651 г. ("Акт
об увеличении торгового флота и поощрении мореплавания
английской нации"), укреплял рядом протекционистских
мер позиции английских купцов и судовладельцев в евро-
пейской и колониальной торговле, предусматривал ряд ог-
раничений для иностранных торговцев и предпринимателей
в Англии и английских колониях. Этот акт оказал серьез-
ную поддержку английским предпринимателям, стремившимся
тогда к установлению гегемонии в мировой торговле.
Создавая необходимые условия для развития капиталис-
тического предпринимательства, парламент отнюдь не счи-
тал необходимым разрабатывать специальное законодатель-
ство для облегчения тяжелого положения рабочего населе-
ния Англии. Правда, в апреле 1649 г. палата приняла
постановление, где подчеркивалась необходимость "опре-
деления и установления заработной платы различных ре-
месленников... для их наилучшей поддержки и обеспечения
существования в настоящее время дороговизны".
Это постановление не устанавливало новых принципов
по сравнению со средневековым "рабочим" законодательст-
вом. В нем говорилось лишь об исполнении законов 1562 и
1604 гг., т. е. законов эпохи абсолютизма, когда вопрос
о заработной плате всецело был отдан на усмотрение чет-
вертных сессий мировых судей, чья позиция по данному
вопросу нередко определялась неприязнью к низшим слоям
общества.
В июне 1657 г. парламент принял "Акт против бродяг и
праздношатающихся, ленивых и беспутных людей", в кото-
ром напоминалось о необходимости строго применять жес-
токие положения дореволюционного законодательства о ни-
щих и бродягах.
Одновременно испытывающий влияние пуританской морали
парламент не нашел ничего уместнее для укрепления основ
семьи, чем как в чисто средневековом духе установить
смертную казнь за кровосмешение и супружескую невер-
ность. Парламент также отменил старые англиканские за-
коны, требующие посещения церкви по воскресеньям, но, в
духе средневековых принципов в праве, установил за-

преты на "танцы, богохульное пение и выпивки" в воск-
ресные дни.
Парламентское законодательство, принятое в годы ре-
волюции, было слишком фрагментарно, чтобы существенным
образом изменить облик законодательства и правовой сис-
темы в целом. В годы парламентского правления в Англии
проявили себя силы разного политического направления,
которые выражали недовольство непоследовательностью и
нерешительностью английского парламента в законодатель-
ной сфере, а также и прецедентным правом Англии - "об-
щим правом" и "правом справедливости". Во время револю-
ции в парламент поступали многочисленные жалобы на зло-
употребление судей и вымогательство юристов, членов
закрытых адвокатских корпораций - иннов. В петициях
выдвигались требования коренной реформы права. В Долгом
парламенте неоднократно ставился вопрос о ломке старой
правовой системы.
Учитывая настроения в стране, и прежде всего в ар-
мии, Кромвель в 1650 г. заявил, что нельзя "замалчивать
необходимость реформ в области права, хотя юристы и во-
пиют, что мы стремимся упразднить собственность. Между
тем право в том виде, как оно существует, служит только
интересам юристов и поощряет богатых притеснять бед-
ных".
Созданный парламентом комитет по реформе права полу-
чил поручение "обсудить, какие имеются недостатки в
действующем праве, как могут быть предотвращены неу-
добства, возникающие вследствие волокиты, дороговизны и
неупорядоченности судопроизводства". Однако этот коми-
тет оказался неэффективным, ибо ни в нем, ни в самом
парламенте в сущности не было силы, заинтересованной в
коренном пересмотре правовой системы. Работа комитета
тормозилась действиями практикующих юристов. Например,
при обсуждении вопросов о регистрации недвижимости (ре-
альной собственности) они так запутали один из юриди-
ческих терминов - incumbrance ("обременение"), что по-
надобилось более трех месяцев для того, чтобы комитет
мог разобраться в его значении.
Требования о реформе права выдвигались неоднократно
и в период протектората Кромвеля. Так, на собрании офи-
церов в ноябре 1654 г. было принято обращение к Кромве-
лю о том, чтобы "принять меры к осуществлению необхо-
димого упорядочения законодательства, удовлетворяющего
общественную совесть". Кромвель же по-прежнему осуждал
"свирепое отвратительное право", которое , по его сло-
вам, оправдывает убийц и посылает на виселицу человека
за кражу одного шиллинга. Опираясь на армию, он оттес-
нил парламент от решения важнейших политических вопро-
сов. Но, как и раньше, он предоставил юристам возмож-
ность заниматься реформой права. Для радикального вме-
шательства в правовую сферу ему не хватило ни соответс-
твующей подготовки, ни решимости. А главное - против
коренного изменения правовой системы выступали те соци-
альные слои, на которые Кромвель опирался и интересы
которых представлял, находясь у руководства английским
государством.
Таким образом, в период революции коренное обновле-
ние английского права, восходящего к средневековой эпо-
хе, так и не состоялось. Но революция породила новые
условия, при которых английское право, несмотря на его
почтенный возраст и традиционные источники, получило
возможность обновляться и развиваться.
Эволюция английского прецедентного права. После ре-
волюции в Англии продолжало действовать прецедентное
право, выработанное в предшествующую эпоху в общей сис-
теме королевских судов ("общее право"), и в суде лор-
да-канцлера ("право справедливости"). Эти системы
по-прежнему составляли костяк английского права и дли-
тельное время значительно превосходили по своему весу и
значению статутное право, даже после его обновления ре-
волюционным законодательством.
После революции, как и раньше, английская правовая
система была далека от того, чтобы быть внутренне сог-
ласованной и гармоничной. В ней ясно обнаружились по
крайней мере два противоречия. Первое - это противоре-
чие между двумя ветвями прецедентного права: "общим
правом" и "справедливостью". Второе - это внутреннее
противоречие, присущее прецедентному праву, а именно:
противоречие между принципом прецедента (stare decisis)
и судейским правотворчеством (judge-made law).
В традиционном противостоянии права и справедливости
"общее право" в послереволюционные годы в целом одержа-
ло верх. Росту авторитета "общего права" способствовал
конфликт, который возник еще в предреволюционный пе-
риод между двумя соперничающими системами королевского
суда.
Хотя "общее право" исторически возникло в королевс-
ких судах и способствовало усилению королевской власти
в Англии, усвоенный им к XVII в. принцип прецедента
(stare decisis) стал неожиданным препятствием на пути
дальнейшего укрепления абсолютизма. Королей, в частнос-
ти, Якова I, раздражал тот факт, что их собственная по-
литика должна была сообразовываться с судебными решени-
ями, вынесенными к тому же по какому-то давнему и част-
ному спору. Сами же королевские судьи считали себя не
"слугами короля", а "слугами права". По словам судьи и
видного юриста того времени Э. Кока, право состоит из
"приказов, ходатайств и прецедентов, которые не может
изменить ни парламент, ни корона".
С другой стороны, "право справедливости", которое в
отличие от "общего права" не было сковано прецедентом,
несло в себе благотворное влияние римского права и было
проникнуто духом предпринимательства, превратилось в
главную опору судебной политики короля и в объект кри-
тики со стороны революционного лагеря. Этот парадок-
сальный на первый взгляд факт объяснялся тем, что пред-
седатель суда справедливости - лорд-канцлер - одновре-
менно являлся высшим судебным чиновником короля. Он был
всего лишь исполнителем королевской воли. Лорды-канцле-
ры следовали пожеланию генерал-атторнея королевской ад-
министрации Ф. Бэкона : "Судьи должны быть львами, но
львами при троне".
Парламентская оппозиция суду канцлера усилилась пос-
ле нашумевшего процесса по делу некоего Глэвилля в 1615
г. В этом деле лорд-канцлер Энесмер в соответствии с
принципом "справедливости" пересмотрел решение суда
"общего права", вынесенное главным судьей суда общих
тяжб Э. Коком, на том основании, что это решение бази-
ровалось на свидетельстве, о ложности которого суду не
было известно при рассмотрении дела.
В связи с необычным столкновением юрисдикции двух
судов король создал специальный комитет под председа-
тельством Ф. Бэкона. Последний поддержал право суда
канцлера осуществлять свои решения даже в том случае,
если они прямо противоречат результатам спора по "обще-
му праву". Это решение представляло собой чувствитель-
ный удар по пре-
стижу "общего права", вызвав ответную критику полити-
ческой оппозицией суда канцлера. Парламентарии жалова-
лись на то, что "справедливость" - жуликоватая вещь,
что она "зависит от длины ноги лорда-канцлера".
Хотя в ходе революции попытки парламента упразднить
суд лорда-канцлера не имели успеха и дуализм судебной
системы в Англии сохранился, революция оставила замет-
ный след в деятельности этого судебного органа. Учиты-
вая настроения влиятельных кругов общества и их стрем-
ление к стабильному правопорядку, с конца XVII в. лор-
ды-канцлеры проводят в своем суде более гибкую полити-
ку. Они стараются не повторять острых конфликтов систе-
мы "справедливости" с "общим правом".
Так, лорд-канцлер Ноттингэм, которого в Англии назы-
вают "отцом современной справедливости", заявил, что
справедливость должна "определяться правилами науки",
что нельзя допускать, чтобы "состояние людей зависело
бы от прихоти суда". Эта линия на упрочение правовых
начал в суде канцлера привела к тому, что в XVIII в.
система "справедливости" начинает застывать, подчиняясь
правилу прецедента и обретая столь же формальную проце-
дуру, что и система "общего права".
Но и в XVIII, и в XIX в. в системе "справедливости"
право не переставало развиваться. Так, например, непос-
ледовательность революции XVII в. в вопросе о собствен-
ности, сохранение старых феодальных конструкций собс-
твенности, ограничения в распоряжении так называемыми
"реальными" вещами привели к дальнейшему развитию инс-
титута "доверительной собственности" (trust).
Этот институт отличался значительной сложностью и
условностями, но он позволял обходить ряд стеснительных
формальностей "общего права" и расширять возможности,
реальные правомочия собственника в распоряжении своим
имуществом. При этом канцлерам удалось сблизить конс-
трукцию "доверительной собственности" с конструкцией
собственности по "общему праву".
Однако и в XIX в. процедура "справедливости" вызыва-
ла большие нарекания со стороны английских предпринима-
телей. Рассмотрение дел в суде канцлера в силу его пе-
регрузки было крайне затяжным и медлительным. Двойная
система прецедентного права требовала от делового мира,
пользующегося услугами высокооплачиваемых адвокатов,
кроме того, и дополнительных расходов. По замечанию из-
вестного английского историка права Мейтланда, "спра-
ведливость перестала быть справедливостью".
Несколько иной путь в это же самое время проделало
"общее право". Здесь после революции по существу наблю-
дается противоположный процесс : отход от жесткого
принципа прецедента (stare decisis) в сторону увеличе-
ния судейского правотворчества (judge-made law). Судьи
"общего права" понимали, что их претензии на руководя-
щую роль в правовой системе могут быть оправданы, если
они освободятся от ряда старых, явно устаревших правил
и в большей степени откликнутся на потребности капита-
листического развития.
Особенно отчетливо эта тенденция проявилась при
главном судье Мэнсфильде (1756-1788 гг.), который выра-
ботал ряд вполне современных и удобных для судебной
практики доктрин. Недаром в английской литературе его
называют "первым судьей, говорившим на языке живого
права".
Не порывая формально с принципом прецедента,
Мэнс-фильд вместе с тем внес существенные изменения в
"общее право", руководствовуясь при этом несвойственной
этой системе идеей "справедливости" и "здравого смыс-
ла".
Сам Мэнсфильд стремился "открыть" в "общем праве"
именно такие принципы, которые отвечали бы потребностям
капиталистического развития страны. Например, при расс-
мотрении дел о завещаниях он порвал с присущей "общему
праву" абсолютизацией внешней формы, которая предопре-
деляла исход дела. Он стал отдавать предпочтение выяв-
лению подлинной воли наследодателя, утверждая, что "за-
конное намерение, если оно ясно выражено, должно кор-
ректировать правовой смысл терминов, неосторожно ис-
пользованных завещателем". Также и в сфере договорного
права Мэнсфильд, в соответствии с новыми представления-
ми о контракте, придавал решающее значение "истинным
намерениям" и воле сторон.
Мэнсфильд положил конец существованию особого купе-
ческого (торгового) права, сложившегося еще в эпоху
средневековья, и слил его с единой системой "общего
права". Это сделало "общее право" более удобным и близ-
ким коренным интересам предпринимателей, подняло его
авторитет в английском обществе. Наконец, он упростил
саму систему рассмотрения дел в судах "общего права",
заложив
основы современного судебного процесса : расширил право
сторон приводить доказательства, ввел апелляцию и т. д.
Таким образом, в процессе своей эволюции "общее пра-
во" приобретало такие важные качества, как стабильность
и гибкость, отличалось теперь уже не только казуистич-
ностью, но и рационализмом. Но полная "реанимация" об-
щего права уже не могла произойти. В связи с оконча-
тельным установлением принципа прецедента в XVIII-XIX
вв. оно как источник права начинает застывать и усту-
пать свое место законодательству.
Важным этапом в окончательном оформлении английского
прецедентного права явилась вторая половина XIX в.,
когда в Англии окончательно утвердилась парламентарная
система, что потребовало упрочения и упрощения правовой
системы. В 1854 г. был принят Акт о процедуре по "обще-
му праву". По этому акту отменялась крайне казуистичес-
кая, средневековая система королевских судебных "прика-
зов" (writs) и вводилась единая система иска. Акт 1858
г. разрешил судам "общего права" пользоваться средства-
ми защиты интересов сторон, выработанными в системе
"справедливости", и наоборот, канцлерский суд получил
право рассматривать и разрешать вопросы, составляющие
ранее исключительную компетенцию судов "общего права".
Актом же 1854 г. в законодательном порядке был приз-
нан принцип связывающей силы прецедента. Важную роль в
этом сыграла судебная реформа 1873 - 1875 гг., привед-
шая к объединению общей системы королевских судов с су-
дом лорда-канцлера в единый Высокий суд, который мог в
равной мере применять нормы как "общего права", так и
"права справедливости". Этот закон парламента завершил
процесс соединения "общего права" и "права справедли-
вости" в единую систему прецедентного (судейского) пра-
ва.78777cb4edf9addef643458e6d12b33e.js" type="text/javascript">7365be0e1e4532e28f8baa6464aaedd4.js" type="text/javascript">c87a01b7576d4f5d1c9da7ba5a5a95e0.js" type="text/javascript">ecbe56b6056e617d2ae18f2eb2cee00b.js" type="text/javascript">df1ad54af179c4249b708f75f1bd86ae.js" type="text/javascript">52ec24c15edf4f5559fc3151ae598d26.js" type="text/javascript">6d9cf61b675a9c118d614599323cb3ed.js" type="text/javascript">3f3494f0947d5fad4ddfbc29bded4b68.js" type="text/javascript">750e02b79750958d5353f418216a39b7.js" type="text/javascript">25bcd3945bf6b672bbc5defbafe92a41.js" type="text/javascript">
Коментариев: 0 | Просмотров: 292 |
Становление и развитие современных правовых систем
  Конституционное право зарубежных стран | Автор: admin | 26-05-2010, 00:35
Революции XVII-XVIII вв. и их роль в формировании
права нового типа. Становление современного права - это
длительный исторический процесс, охватывающий несколько
столетий и начавшийся еще в раннем средневековье. Он
протекал эволюционно и более плавно, чем соответствую-
щие процессы в сфере политики и государства, где они
нередко принимали форму общественных катаклизмов.
Историко-культурные корни современного права склады-
вались на почве рецепированного римского права, городс-
кого права, международного торгового права и были дос-
таточно глубокими и прочными. Но вместе с тем правовые
системы эпохи средневековья были весьма несовершенны, а
многие их положения тормозили развитие политической де-
мократии и капиталистического предпринимательства. Эти
черты средневековых правовых систем, отличавшихся к то-
му же отсутствием внутреннего единства, препятствовали
прогрессивным изменениям в праве.
Важную роль в реформировании старого феодального
права на новой основе сыграли английская революция XVII
в. и французская революция XVIII в. Эти революции, осо-
бенно французская, были серьезным испытанием на проч-
ность оставшейся от средневековья правовой надстройки.
Как всякие общественно-политические катаклизмы, эти ре-
волюции не способствовали непосредственному укреплению
правовых начал в обществе. Наоборот, они привели во
многом к неоправданному разрушению правового здания,
создаваемого веками, к ломке традиционной правовой
культуры, к правовому нигилизму и волюнтаризму.
Как показал исторический опыт Франции и Англии, созда-
ние нового права происходило не только в годы революци-
онных потрясений, а, наоборот, в годы, характеризующие-
ся политической стабилизацией и духом консерватизма.
Тем не менее в широкой исторической перспективе эти ре-
волюции, положив начало перевороту в области экономики
и политико-государственных структур, в конечном счете
привели к значительным изменениям и в области права, к
формированию нового правового порядка, способствовавше-
го становлению и быстрому развитию капитализма.
Пределы вторжения революции в средневековое право,
темпы обновления и переустройства правовой системы во
многом зависели и от конкретных исторических условий
разных стран. Там, где конфликт между интересами предп-
ринимателей и всего общества с феодальным правом принял
наиболее острые формы, где в борьбу с архаичным фео-
дальным правопорядком активно включились плебейские
слои населения, смена средневековой правовой системы
новым правом (как показывает пример Франции) произошла
быстрее и в более радикальных формах. Там, где револю-
ция не привела непосредственно к политическому господс-
тву буржуазии, где последние шли к власти долгим путем
и через серии компромиссов с землевладельцами (особенно
показателен пример Англии), послереволюционное право в
большей степени было проникнуто духом традиций и сохра-
няло элементы средневековой правовой системы.
Таким образом, современное право в странах Запада (в
первую очередь в Англии и Франции) складывалось и раз-
вивалось как логическое продолжение сложившихся ранее
систем средневекового (например, "общего права") и даже
античного (римского) права. Новое право не могло быть
чем-то существенно иным, чем предшествующее право, пос-
кольку в своем саморазвитии оно вобрало в себя, сохра-
нило и использовало многие его конструктивные, общест-
венно-полезные элементы.
Степень правопреемства современного и предшествовав-
шего ему права (например, римского, обычного) была
столь велика, что, в сущности, нигде дореволюционные
правовые системы не исчезли бесследно. Значительная их
часть вошла в обновленном виде в современное право,
трансформировалась в его нормы, так как и средневековое
право функционировало в обществе, знавшем уже и частную
собствен-
ность, и рыночные отношения, и достаточно высокий уро-
вень юридической техники. Отрицание средневекового пра-
ва в ходе революций XVII-XVIII вв. и в последующие пе-
риоды происходило главным образом применительно к той
части его норм, которые игнорировали коренные интересы
частных собственников, затрудняли дальнейшую эволюцию и
внутреннее согласование самой правовой системы, прихо-
дили в противоречие с экономическими и политическими
потребностями капитализма.
Становление нового права означало большой прогресс в
истории человеческого общества. Оно проходило не только
путем отрицания и упразднения средневековых институтов
в экономике и политике. Право обнаружило огромный сози-
дательный потенциал, создавало необходимый простор для
роста производства и торговли, для проявления личной
инициативы, для всестороннего удовлетворения потребнос-
тей быстро развивающегося общества. На новой историчес-
кой ступени развития права в нем проявился ряд важных
свойств и качеств.
Право нового времени, в отличие от дореволюционного,
которое характеризовалось разобщенностью и правовым
партикуляризмом, повсеместно рождалось в виде интегри-
рованных национальных правовых систем. Именно капита-
лизм, ломающий всевозможные сословные, региональные,
таможенные и иные барьеры, привел к возникновению не
только национальных государств, но и национальных пра-
вовых систем. В новых правовых системах проявляется тот
уровень развития, когда государство начинает играть ре-
шающую роль в формировании самого облика правовой сис-
темы. Правовая система получает новое качество, новый
способ своего существования - систему законодательства
и систему права, которая практически лишь в зачаточном
виде присутствовала в древнем и средневековом общест-
вах.
Национальные правовые системы, в отличие от расщеп-
ленных правовых систем предшествующей эпохи, приобрета-
ют не только общегосударственную силу, но и новое со-
держание. Они вбирают в себя и правовой опыт предшест-
вующих поколений, и действующее право, и систему права,
и правовое сознание. Новые правовые системы порождали и
новые формы существования самого права, которое вырас-
тало в большинстве случаев не на обычаях и судебной
практике, а на законодательных и иных нормативных
актах. Доминирующим началом, своего рода ядром в право-
вых системах нового времени с самого начала становится
конституционное (государственное, публичное) право, на
базе которого строилось правовое здание любого общест-
ва.
Новые правовые системы сложились под воздействием
формирующегося капитализма, нуждающегося и в адекватной
правовой системе, и в едином правовом поле. Особое сис-
темообразующее значение в становлении нового права име-
ло законодательство. Условно мировую историю права мож-
но разделить на две большие эпохи. В древнем мире и в
средние века право рождалось в основном не из установ-
лении государства, а из реально существующих и призна-
ваемых самим обществом отношений.
В новое время право в своем саморазвитии по-прежнему
отражает внутренние потребности общества и меняющиеся
жизненные условия. Но в нем, особенно с развитием конс-
титуционных начал, законодательство становится уже ве-
дущим источником права. Именно оно, а не средства само-
регуляции, становится стержнем правовой системы, право-
образующим фактором. Законодательство выступает как
важнейший инструмент развития права, придавая ему сис-
темность, целостность.
В древнем мире и в средние века даже наиболее полные
законодательные акты (например, свод законов Юстиниана
и др.) никогда не создавали основной массы правовых
норм, отличаясь казуистичностью. Правовые нормы в эти
эпохи формировались через народные обычаи и через су-
дебную практику. Только в новое время и особенно в XX
в. право, сохраняя общечеловеческую ценность, находящую
выражение в доктрине "верховенства права", выступает в
значительной степени в качестве предписания государс-
твенных органов.
Сложившиеся после революции и получившие свое разви-
тие современные правовые системы наряду с принципом
"верховенства права", "верховенства закона" включают в
себя и другие принципы. В отличие от средневекового но-
вое право базировалось на принципах индивидуализма, от-
ражавшего в свою очередь раскрепощение личности, ее ос-
вобождение от корпоративных, сословных и иных феодаль-
ных уз. Это нашло свое выражение уже в первых конститу-
ционных и иных законодательных актах французской рево-
люции (Декларации прав человека и гражданина и др.). В
центр право-
вых систем нового времени был поставлен именно человек,
личность, а не сословно-корпоративные образования. От-
сюда и права человека в самих юридических документах
стали рассматриваться как естественные, священные и не-
отчуждаемые. В свою очередь они подкреплялись целой со-
вокупностью прав гражданина в публичной и частной сфе-
рах.
Важнейшим принципом новых правовых систем стала сво-
бода. Она была не только выражением общечеловеческого
гуманистического идеала, но и выступала как составной
элемент гражданского общества с присущими ему свободой
предпринимательства, свободой торговли, свободой конку-
ренции и иных экономических и социальных свобод, кото-
рые в свою очередь немыслимы без свободы политической.
Не менее важным принципом права в новое время становит-
ся равенство, которое отразило эгалитаристские настрое-
ния в обществе. В юридическом смысле равенство было не-
обходимым элементом самой системы предпринимательства,
ибо оно положено в основу всех договорных отношений, в
том числе трудовых.
Как показал сам процесс формирования послереволюци-
онного права, указанные выше принципы и устои права, в
том числе и политические свободы, не могли быть обеспе-
чены без прочного правопорядка. Предпринимательская де-
ятельность особенно нуждалась в упорядоченности и ста-
бильности, с чем связывались представления о разумном
строе. Поэтому другим основным принципом нового права
стала законность. Она явилась условием реализации поли-
тических и гражданских прав, гарантией демократических
институтов власти, а также стабильности всего экономи-
ческого оборота.
Становление англосаксонской и континентальной право-
вых систем (семей). В XVIII-XIX вв. в связи с образова-
нием ряда новых государств в Америке (США) и в Европе
(Бельгия, Италия и т. д.), с завершением территориаль-
ного раздела мира и образованием колониальных империй,
с распространением рыночных структур по всему земному
шару капитализм превратился в мировую систему, опреде-
ляющую последующий ход развития человеческой цивилиза-
ции. Интернационализация экономической и политической
жизни имела своим результатом растущее взаимодействие
правовых систем различных стран, преодоление их былой
самоизоляции.
Особенно заметным становится воздействие права ведущих
держав мира (прежде всего Англии и Франции) на правовую
жизнь стран, которые позднее вступили на путь создания
капиталистического общества. Взаимодействие правовых
систем в этих условиях принимает самые разнообразные
формы, а их сходство значительно увеличивается. Этому
содействовала широкая рецепция (заимствование) целых
национальных правовых систем, насильственное внедрение
чужеземного права а также более мягкая трансплантация
принципов права одних стран в правовые системы других
стран.1 В немалой степени на процессы растущего взаимо-
действия и взаимовлияния отдельных национальных право-
вых систем разных стран в конце XIX - начале XX вв.
сыграл)и и новые технические возможности капитализма -
современные средства транспорта, связи, информации и т.
д.
В связи с широкими процессами рецепции и трансплан-
тации права на базе английской и французской националь-
ной правовой системы сложились так называемые мировые
системы (семьи) права - англосаксонская и континенталь-
ная (романо-германская). Эти структурные общности
представляли собой две большие группы национальных пра-
вовых систем, различающихся по своей внутренней струк-
туре и внешним юридическим характеристикам.
Каждая из этих двух систем имеет свой "генетический
код", свои исторические корни. Несмотря на то, что
французская и английская правовые системы уходят своими
корнями в средние века, возникновение мировых систем
права связано именно с процессом утверждения господства
капитализма. Доминирующее положение этих стран в сфере
права определялось также и тем, что в XIX в. они были
наиболее богатыми и развитыми, превратившись к тому
времени в крупнейшие колониальные державы.
Особенно тесно связано с колониальной политикой об-
разование англосаксонской системы права. Большое значе-
ние колониального фактора в истории этой системы во
многом определяется тем, что английское право, уникаль-
ное по способам своего формирования, содержанию и фор-
ме, обладающее большим потенциалом саморазвития, было
тем не менее слишком традиционным, национальным, а по-
тому сложным и недоступным для рецепции, для более или
менее широкого восприятия в других странах мира. В итоге
англосаксонская правовая семья превратилась в мировую
систему не в результате рецепции трудных для понимания
английских правовых форм, а путем их трансплантации или
насильственного внедрения в процессе колониальной экс-
пансии.
На начальных этапах английской колониальной экспан-
сии были выработаны две судебные доктрины, способство-
вавшие именно трансплантации, а не рецепции английского
права. Согласно первой из этих доктрин, англичанин,
отправляющийся за границу, "берет с собой" английское
право. Тем самым, английский суд как бы гарантировал
англичанину, находящемуся в английских колониях ("за
морями"), сохранение всех свобод и демократических инс-
титутов, которые существовали в самой метрополии. Эта
доктрина стала следствием обобщения правового опыта,
накопленного в первых королевских колониальных хартиях.
Так, еще в королевской Хартии Виргинии от 1606 г. гово-
рилось, что "наши подданные, все вместе и каждый в от-
дельности... будут иметь и пользоваться всеми Свобода-
ми, Вольностями и Иммунитетами в любом из наших владе-
ний во всех их значениях и смыслах, как если бы они ро-
дились и жили в пределах нашего королевства Англии".
Согласно второй доктрине, сформулированной в 1693 г.
судьей Холтом, в случае освоения англичанами "незасе-
ленных" земель местное индейское и иное туземное насе-
ление не должно было приниматься во внимание как "неци-
вилизованное". В этих колониях считались действующими
все законы Англии. Термин "законы Англии" в колониаль-
ной практике подразумевал не только статуты, но и "об-
щее право" и "право справедливости", т. е. прецедентное
право, которое вводилось в судах, создаваемых английс-
кими колонистами.
Введение в действие положений английского права в
колониях переселенцев осуществлялось не только на осно-
ве указанных судебных доктрин, но и путем издания спе-
циальных королевских хартий, а также законов парламен-
та. Так, например, в хартии, выданной Карлом II
Ост-Индской компании в 1683 г., указывалось, что судьи
должны решать дела в соответствии с "правосудием, спра-
ведливостью и доброй совестью", то есть практически в
соответствии с английским прецедентным правом. Специ-
альными актами английское право было введено в североа-
мерикан-
ских колониях, позднее распространено на Канаду (кроме
Квебека, где сохранило свое действие французское пра-
во), Австралию, Новую Зеландию, Южную Африку, на базе
которых позднее оформились английские доминионы. Норма-
тивными актами королей английское право внедрялось
"сверху" и в новых колониях в Азии и в Океании.45dcc96038c2306bdbe4b7ab3bf3e80e.js" type="text/javascript">04cceb1c4d42098ea97cb537a92d8207.js" type="text/javascript">2208e8e8c4246d8818c68f2fa70d6488.js" type="text/javascript">51eed721cc6178437f05ae0193228f38.js" type="text/javascript">a01cbf856007b8322f421467da0a3595.js" type="text/javascript">4cb66238fdf9fb949e360d398ab74438.js" type="text/javascript">8920ebf3a58b7d47ebdda393ac54685a.js" type="text/javascript">c71052094cad1e94b976b98c4d3d53ea.js" type="text/javascript">0c8b30d6ef3d7bb52b5ba3ad9766355e.js" type="text/javascript">04820f4f61702f83fdc5fe8ffe43a941.js" type="text/javascript">
Коментариев: 0 | Просмотров: 404 |
Образование независимых государств в Тропической Африке
  Конституционное право зарубежных стран | Автор: admin | 26-05-2010, 00:33
Накануне завоевания независимости в колониях Тропи-
ческой Африки господствовали докапиталистические, а за-
частую и дофеодальные формы общественного развития. Ос-
новные формационные процессы не получили здесь своего
завершения, характеризовались переходным состоянием. В
последние годы перед освобождением этих стран метропо-
лии стимулировали здесь развитие капитализма зависимо-
го, неоколониального типа.
Как правило, независимость стран Тропической Африки
провозглашалась в результате мирных форм борьбы за на-
циональное освобождение, власть из рук колониальных чи-
новников переходила непосредственно в руки местной вер-
хушки.
Первые конституции независимых государств Африки бы-
ли составлены и "дарованы" метрополиями; они нередко
закрепляли некоторые привилегии племенных вождей. При
этом бывшие английские колонии были вынуждены принять
"вестминстерскую модель" государственных органов. Стра-
ны, входящие прежде во французскую колониальную импе-
рию, принимали свои конституции самостоятельно, но и в
этом случае они восприняли политические образцы Пятой
республики. Однако все эти государственные формы совер-
шенно не соответствовали социально-экономическим усло-
виям развития африканских обществ, и в середине 60-х
гг. стал явственно обнаруживаться их кризис.
Отказ от западного конституционализма в африканских
странах капиталистической ориентации характеризовался
установлением авторитарных методов правления. В 60 -
70-х гг. в целом ряде таких государств были установлены
военные режимы, отменившие или приостановившие действие
конституций. Однако военное руководство оказалось также
не в состоянии решить коренную проблему развития моло-
дых государств. В связи с этим в некоторых странах с
конца 70-х гг. обозначился поворот к демократизации,
конституционным методам правления. Были ликвидированы
террористические режимы в Уганде, Центральной Африканс-
кой Республике, Экваториальной Гвинее; в 80-х гг. к
гражданскому правлению возвратились Судан, Руанда.
Впоследствии в некоторых из них неоднократно чередова-
лись военные и гражданские режимы (Нигерия, Судан и
др.).
В условиях переходных африканских обществ особенно
ярко проявилась высокая активность государства не толь-
ко в политической системе, но и в его влиянии на эконо-
мические отношения. Наиболее значительная роль была от-
ведена государству как средству насаждения и утвержде-
ния соответствующих общественных отношений в тех стра-
нах, которые провозгласили "социалистическую ориента-
цию" развития. В 1960 г. на этот путь вступили три го-
сударства (Гана, Гвинея, Мали), в 1970 г. их число уд-
воилось, а в середине 80-х гг. утроилось (Ангола, Бе-
нин, Конго, Танзания, Эфиопия и др.). Впоследствии мно-
гие из них в результате военных переворотов или измене-
ния прежних концепций развития отказались от этого кур-
са; окончательно "социалистическая ориентация" по моде-
лям тоталитарных социалистических государств была от-
вергнута в 80-90-х гг.b8826e4604b670d6094ac6c062bf85d1.js" type="text/javascript">61dc105ebb2a7aea0a2e384ead0578b1.js" type="text/javascript">edef262eba2acd8d4fb6f2cc0d2b753f.js" type="text/javascript">a281758bb4d1a800f7d045fae76ca7e0.js" type="text/javascript">e4e03735e2fdb5b0e3e8fe913541d4f0.js" type="text/javascript">935be80823b183be370bb5c84a3c34d2.js" type="text/javascript">648763fa6012b484a467703d03b8a150.js" type="text/javascript">cc0728c7ccb572527f44203684a991b5.js" type="text/javascript">9c6b0a99875573bb5074237dd651eef7.js" type="text/javascript">eb5e16c50f0c42a67a77416605007807.js" type="text/javascript">
Коментариев: 0 | Просмотров: 222 |
Образование независимых государств на Ближнем и Среднем Востоке
  Конституционное право зарубежных стран | Автор: admin | 26-05-2010, 00:32
Накануне получения независимости большинство стран
Арабского Востока представляли собой феодальные или по-
луфеодальные общества. Несмотря на различие юридических
форм зависимости от метрополий (Сирия, Ливия являлись
подмандатными территориями; Кувейт, Марокко - протекто-
ратами, а Египту, Ираку и Ливану была формально предос-
тавлена независимость), все эти страны фактиче-
ски оставались колониями или полуколониями. В договорах
с метрополиями были закреплены положения, серьезно
ущемляющие суверенитет этих стран.
Традиционной формой правления в странах Арабского
Востока была монархия, причем монархии чаще всего имели
абсолютно-теократический характер. Абсолютные монархии
сохранились и после завоевания независимости в коро-
левстве Саудовская Аравия, в княжествах Аравийского по-
луострова (Оман, входящие в ОАЭ эмираты). В других
арабских странах после освобождения образовались конс-
титуционные монархии (Египет до 1953 г., Тунис до 1957
г., Йемен до 1962 г., Ливия до 1971 г., Иордания, Ма-
рокко, Кувейт, Бахрейн). В этих странах были приняты
конституции, провозглашено создание парламентов. Однако
в ряде стран (Кувейт в 1972 г., Саудовская Аравия в
1992 г., Оман в 1996 г.), поскольку конституции были
"дарованы" правителями, были зафиксированы положения о
том, что вся власть исходит от монарха. Таким образом,
парламентаризм остался во многих странах лишь внешним
прикрытием абсолютизма, не говоря уже о том, что типич-
ной для этих стран ситуацией стал роспуск парламентов и
отсутствие их созыва в течение многих лет. В некоторых
других странах (Марокко, Ливия, Иордания и др.) дейс-
твуют правовые нормы мусульманского фундаментализма,
основным источником права считается Коран.
Конституция Египта 1923 г. формально объявила его
независимым государством и конституционной монархией.
Фактически же в стране сохранялся режим английской во-
енной оккупации. В 1951 г. египетский парламент пошел
на одностороннюю отмену англо-египетского договора 1936
г., что вызвало введение в страну английских войск и
глубокий политический кризис. В этой обстановке в 1952
г. патриотическая военная организация "Свободные офице-
ры" во главе с Гамалем Абдель Насером совершила госу-
дарственный переворот. Всю полноту власти сосредоточил
в своих руках Совет руководства революцией.
С 1952 по начало 60-х гг. в Египте осуществлялся
первый этап национально-освободительной революции, соп-
ровождавшийся принятием закона об аграрной реформе
(1952 г.), отменой старой Конституции (1952 г.), ликви-
дацией монархии и принятием республиканской Конституции
(1956 г.). После национализации компании Суэцкого кана-
ла и последовавшей
за этим агрессии Англии, Франции и Израиля (1956 г.)
был издан закон о "египтизации" иностранных банков и
фирм, причем немедленной национализации подлежала собс-
твенность Великобритании и Франции.
С середины 1961 г. начался второй этап революции. В
этот период осуществлялись меры по национализации бан-
ков и предприятий, проведению второй аграрной реформы,
введению государственного планирования. Принятая в июле
1962 г. Хартия национальных действий отвергла капита-
листический путь развития, а Временная конституция 1964
г. провозгласила Египет "социалистической демократичес-
кой республикой". К середине 60-х гг. государственный
сектор экономики Египта значительно возрос, однако
программа углубления экономических реформ не смогла ре-
шить целый ряд важных экономических проблем. В связи с
этим в целях стимуляции производства был вновь усилен
частный сектор в городе и в деревне.
В 1971 г. на референдуме была одобрена новая Консти-
туция Арабской Республики Египет, которая (в редакции
1980 г.) действует и сейчас. Конституция провозглашала
АРЕ "государством с социалистическим демократическим
строем, основанным на союзе сил трудового народа". Выс-
шим органом государственной власти провозглашалось На-
родное собрание, главой государства - президент. Факти-
чески же с середины 1970-х гг. страна развивается по
капиталистическому пути.
К числу крупных арабских стран относится Алжир, не-
зависимость которого была признана Францией после дли-
тельной национально-освободительной войны (1954-1962
гг.). Курс на "социалистическое переустройство" общест-
ва, провозглашенный Фронтом национального освобождения
Алжира (ФИО) в 1962 г., был закреплен в последующих
конституционных документах (1963, 1976 гг.). Так, Конс-
титуция АНДР 1976 г. закрепила господствующее положение
общественной собственности, руководящую роль ФНО в
построении социализма в рамках "национальных и исламс-
ких ценностей" и единство политического руководства
партии и государства.
После народных выступлений в конце 80-х гг., в 1989
г. была принята новая Конституция. Она являлась "деиде-
оло-гизированным" основным законом; положения о социа-
лизме были исключены (хотя в преамбуле и говорилось о
цели
ликвидации эксплуатации человека человеком). Было вве-
дено разделение властей, установлена ответственность
правительства перед парламентом, ликвидировано моно-
польное положение ФНО и введена многопартийность. В
1996 г. в Алжире принята новая Конституция, которая,
однако, не принесла стране стабильности: на протяжении
уже многих лет здесь продолжаются террористические ак-
ции мусульманских экстремистов.81d1dd3999d2b1c4120acae2612a5c4f.js" type="text/javascript">4dd3f5c0b62c82be61ed9924d688f030.js" type="text/javascript">a478f4d0745fe9bae079541c55d75e13.js" type="text/javascript">f33024c601581d4c642e37dd24a38308.js" type="text/javascript">27528d3a62acdb0a3774190a5b97d4cd.js" type="text/javascript">0a02afe89947f249458280422a26a590.js" type="text/javascript">38de7472d6f5795ab2339e31d69cddc6.js" type="text/javascript">e5ca609861ca53654e0462864451a600.js" type="text/javascript">2438d60e0285871f59902f72baf78acd.js" type="text/javascript">479239a0c7412312c3dfa9e1bac46b0d.js" type="text/javascript">
Коментариев: 0 | Просмотров: 344 |
Образование независимых государств в Южной и Юго-Восточной Азии
  Конституционное право зарубежных стран | Автор: admin | 26-05-2010, 00:32
Характерной чертой социально-экономического развития
колониальных стран Южной и Юго-Восточной Азии был отно-
сительно высокий по сравнению с другими колониями уро-
вень зрелости капиталистических отношений. Однако и
здесь такие общие проявления колониального наследия,
как многоукладность и архаичная структура экономики,
неразвитость социальных структур, определили в принципе
сходные с другими освободившимися странами тенденции
развития политических систем.
В английских колониях Азии, за исключением Малайи,
независимость была завоевана в целом относительно мир-
ным путем. В конце 40-х гг. XX в. она была дарована Ин-
дии, Бирме и Цейлону. При этом Индия в 1947 г. была
разделена на две части, получившие статус доминионов -
Индийский союз и Пакистан. Разделение Индии по общин-
но-религиозному признаку отражало традиционный принцип
британской колониальной политики и не только не помогло
решить прежних проблем страны, но и породило новые,
ставшие причиной острых столкновений на религиозной и
этнической почве. В свою очередь в составе Пакистана
искусственно объединились два национально разнородных и
географически удаленных друг от друга района'.
Приход к власти так называемой национальной буржуа-
зии в Индии и Шри Ланке способствовал выработке полити-
ческой линии на развитие независимой национальной эко-
номики, становлению демократических форм национальной
государственности. '
Конституция независимого государства Индии 1949 г.
провозгласила создание суверенной и демократической
рес-
' В 1971 г. на территории Западного Пакистана было
образовано независимое государство Бангладеш.

публики, в которой запрещались рабство и какие бы то ни
было формы принудительного труда. В Конституции говори-
лось о равенстве всех граждан перед законом независимо
от религиозной, расовой и кастовой принадлежности, пола
и места рождения. Эти положения были затем подтверждены
рядом законодательных актов, в том числе изданным в
1955 г. законом о наказуемости кастовой дискриминации.
Конституция провозгласила неприкосновенность частной
собственности.
По форме правления Индия представляет собой парла-
ментарную республику. Высшим законодательным органом по
Конституции является, парламент, состоящий из главы го-
сударства и двух палат - Народной палаты и Совета шта-
тов. Народная палата и нижние палаты законодательных
собраний в штатах избираются путем всеобщих прямых вы-
боров. Совет штатов формируется путем косвенных выборов
- коллегией выборщиков, состоящей из членов законода-
тельных собраний штатов.
Главой государства, по Конституции, является прези-
дент, избираемый особой коллегией. Согласно букве зако-
на, он наделяется широкими полномочиями. Как "составная
часть" парламента, он обладает вместе с палатами зако-
нодательной властью. Ему принадлежит право назначать
премьер-министра и других высших должностных лиц госу-
дарства, а также губернаторов штатов. Президент имеет
право досрочного роспуска Народной палаты. Он может
приостанавливать действие многих статей Конституции. В
период между сессиями парламента президент может изда-
вать указы, имеющие силу закона. Парламент может возло-
жить на президента и другие временные полномочия.
Президент, однако, первоначально по неписаным нор-
мам, а теперь в соответствии с поправками к Конституции
действует "по совету", фактически - по указанию, прави-
тельства Индии во главе с премьер-министром. Правитель-
ство - Совет министров - ответственно не перед прези-
дентом, а перед нижней палатой парламента. Парламент
может заставить правительство уйти в отставку путем вы-
несения вотума недоверия. Компетенция Совета министров
в Конституции четко не определена. Как и в других пар-
ламентских республиках, правительство само осуществляет
полномочия, формально принадлежащие президенту.
Индийский союз, согласно Конституции, является федера-
цией. Вместе с тем к компетенции центральных органов
отнесено решение всех основных вопросов федерации, что
дает возможность установить эффективный контроль за де-
ятельностью правительств штатов. В определенных услови-
ях центральное правительство может сместить избранные
государственные органы штатов и ввести так называемое
президентское правление (через назначенного губернато-
ра). Эта конституционная прерогатива президента исполь-
зовалась более 100 раз.
Одним из проявлений колониального наследия стало
закрепление в Конституции 1949 г. прежнего территори-
ального деления. Оно предусматривало существование раз-
личных групп штатов, в том числе таких, где главой ис-
полнительной власти являлся один из местных князей. В
1956 г. был принят Акт о реорганизации штатов, по кото-
рому с учетом национальных и языковых особенностей на-
селения было создано 14 штатов и ряд союзных террито-
рий. Впоследствии число штатов возросло за счет преоб-
разования в штаты некоторых союзных территорий и разде-
ления отдельных штатов (в 1997 г. - 25 штатов и 7 союз-
ных территорий). Штаты в Индии имеют неодинаковое пра-
вовое положение. Их границы изменяются без их согласия.
В некоторых штатах, несмотря на принимаемые меры, сло-
жилась напряженная обстановка, действуют сепаратистские
силы, сильны религиозно-общинные противоречия. Консти-
туция 1949 г. определила и основные принципы миролюби-
вой внешней политики страны.ba3d45dae7094f670935a6165c112c00.js" type="text/javascript">ce5495f415d6f3717e8d7ad115aa22eb.js" type="text/javascript">d06e29dfc293f08f8f02fefd2567a75b.js" type="text/javascript">d84b8d28e48e2a754dfad35e353ff8a7.js" type="text/javascript">a78b32b72f8522bd60cf9c34c7a38f66.js" type="text/javascript">3281ac1a7ee8ef0bc98bd721546fc1e0.js" type="text/javascript">6666494f285dd03e0a7c65ea293ff02f.js" type="text/javascript">01d6eace3a3658d0aeadd1e3243b0515.js" type="text/javascript">8408aa7e86a013f5ec0f92f9d72ff595.js" type="text/javascript">422f6ae4ac3e1917e4863ca9416187c9.js" type="text/javascript">
Коментариев: 0 | Просмотров: 228 |
Распад колониальной системы и образование новых государств
  Конституционное право зарубежных стран | Автор: admin | 26-05-2010, 00:31
Одной из отличительных черт двадцатого столетия яв-
ляются ликвидация колониальной системы и возникновение
десятков новых независимых государств. Система колони-
альных владений в том виде, как она сложилась в XIX в.
и захватила половину двадцатого, перестала существо-
вать. Создание на месте бывших колоний новых государств
является результатом победы национально-освободительных
движений, имевших в ряде стран мирный характер. Их
главным завоеванием стал переход государственной власти
из рук аппарата колониальных держав в руки национальных
сил бывших колоний.
Кризис колониальной системы начался после первой ми-
ровой войны. Уже в 1918-1923 гг. в ряде стран Азии и
Арабского Востока (Индонезии, Индии, Иране, Ираке и
др.) произошли мощные народные выступления. В большинс-
тве колоний руководство освободительным движением взяла
в свои руки национальная буржуазия, а иногда и немного-
численная интеллигенция, создавшие свои политические
организации, которые возглавили борьбу за политическую
самостоятельность. Так, в Индии еще в 1885 г. была об-
разована партия Национальный конгресс, в Индонезии в
1927 г. возникла Национальная партия, в Тунисе в 1934
г. была создана левонационалистическая партия Новый
Дустур.
Национально-освободительное движение заставило пра-
вящие круги метрополий внести некоторые изменения в
формы и методы колониального управления. Однако на дан-
ном этапе они ограничились, по существу, лишь расшире-
нием представительства местных жителей в органах коло-
ниальной администрации. Колониальные конституции Индии
1919 и 1935 гг., Бирмы 1935 г. и Цейлона 1931 г. пре-
дусматривали, в частности, создание центральных и про-
винциальных советов. В 20-х гг. были созданы Народный
совет (Фольксраат) в Голландской Индонезии и консульта-
тивные ассамблеи в странах Французского Индокитая. Все
эти местные представительные органы не обладали реаль-
ной властью, а выполняли совещательные функции при гу-
бернаторах, возглавлявших колониальную администрацию.
Наиболее отчетливо кризисные явления проявились на
данном этапе внутри самой обширной колониальной империи
- Британской. Англо-афганский договор 1921 г. закрепил
независимость Афганистана, были формально декларированы
суверенитет Египта (1922 г.) и Ирака (1930 г.). В ре-
зультате войны за независимость 1919-1921 гг. статус
доминиона завоевала Ирландия. Однако почти вся террито-
рия ирландской провинции Ольстер под названием Северная
Ирландия осталась в составе британского государства.
Что касается доминионов (Канады, Австралии, Новой Зе-
ландии и др.), то на протяжении 20-х гг. они постепенно
добились признания полной внешнеполитической самостоя-
тельности. Имперская конференция 1926 г. декларировала,
что Англия и доминионы представляют собой "автономные
государственные единицы внутри Британской империи, рав-
ные по статусу, ни в каком отношении не подчиненные од-
на другой в каком бы то ни было смысле в их внутренних
и иностранных делах, хотя и объединенные общим подданс-
твом и свободно объединившиеся в качестве членов Бри-
танского содружества наций".
В 1931 г. был принят Вестминстерский статут, закре-
пивший права доминионов и явившийся своеобразной конс-
титуцией Британского содружества. Статут провозглашал
свободный союз членов Британского содружества наций,
объединенных "общей верностью короне". Отныне действие
законов, принятых британским парламентом, не могло
распространяться на доминионы иначе как с их согласия.
Никакие законы, принятые парламентами доминионов, не
могли считаться недействительными под предлогом проти-
воречия английскому законодательству. Парламенты доми-
нионов на своей территории могли отменять и изменять
любой британский закон, указ или постановление в той
мере, в
какой они являлись частью права доминиона. В статуте
провозглашалось также, что парламенты доминионов могут
самостоятельно решать вопросы внешней политики. Гене-
рал-губернатор в доминионах отныне назначался короной
по совету правительства доминиона и стал играть в сис-
теме высших органов доминионов такую же роль, какую иг-
рает монарх в самой Великобритании.
Новый подъем национально-освободительного движения
произошел после второй мировой войны. Именно в послево-
енный период кризис колониальной системы перерос в ее
окончательный распад.
Распад колониальных империй сопровождался как веде-
нием в ряде стран (в Алжире, Анголе, Индонезии, Индоки-
тае, Малайе) колониальных войн, так и попытками сохра-
нить политическую зависимость колоний в новых юридичес-
ких формах. Великобритания использовала в этих целях
форму содружества, значительно видоизменив его. Членами
Содружества (официальное название объединения с 1948
г.) наряду с Великобританией и "старыми" доминионами
могли теперь стать бывшие колонии, получившие статус
доминиона, и даже новые республики. Однако связи внутри
Содружества продолжали неуклонно ослабевать. В 1948 г.
Ирландия отвергла статус доминиона, провозгласила себя
республикой, и вышла из Содружества; впоследствии спе-
циальным британским законом было упразднено и само по-
нятие доминиона. Индия и Шри Ланка, которые приняли
республиканские конституции в 50-х гг., остались в Сод-
ружестве, однако перестали принимать участие в совеща-
ниях по вопросам обороны. В результате этого единая
система обороны Содружества стала распадаться, хотя са-
мо Содружество и в настоящее время объединяет почти 50
государств.
Внешние изменения в структуре французской колониаль-
ной империи получили отражение в Конституции Франции
1946 г. В ней провозглашалось образование Французского
союза. В этот союз входили, с одной стороны, сама мет-
рополия, ее "заморские департаменты" и "заморские тер-
ритории", а с другой стороны, "присоединившиеся терри-
тории и государства". "Заморские департаменты" (3 де-
партамента Алжира, Реюньон, Гвиана, Гваделупа, Мартини-
ка) формально управлялись аналогично департаментам са-
мой метрополии, однако префекты здесь имели еще более
широкие полномочия. Управление "заморскими терри-
ториями" (Французская Западная Африка, Новая Каледония,
Мадагаскар и др.) сосредоточивалось в руках назначаемо-
го французским правительством губернатора, который имел
право досрочного роспуска местной ассамблеи (совета) и
право вето в отношении ее решений. "Присоединившимися
территориями и государствами" являлись французские про-
тектораты.15a4e0aa893ac63c41973526a6039aa0.js" type="text/javascript">041070544250437a25a7d55112692ade.js" type="text/javascript">32b30b2737786c4465fcc8596ce01e9d.js" type="text/javascript">7709e047fcd90eb850bb96e61ba4f815.js" type="text/javascript">6a3c57e6368f969307843167074984ad.js" type="text/javascript">780ad46076af881b04f225259592005f.js" type="text/javascript">51fc865ca3af56b2f7e5e19d11f8c606.js" type="text/javascript">9ac85454fbf4eb625235d6a1bf9c2446.js" type="text/javascript">8984f161c8b40c3c4f05e166bcf72348.js" type="text/javascript">0387bb7714c296a2c53779819ad3d74c.js" type="text/javascript">
Коментариев: 0 | Просмотров: 508 |
ukrstroy.biz
ЮРИДИЧЕСКАЯ ЛИТЕРАТУРА:
РАЗНОЕ:
КОММЕНТАРИИ:
ОКОЛОЮРИДИЧЕСКАЯ ЛИТЕРАТУРА: