Сегодня
НАВИГАЦИЯ:
ЮРИДИЧЕСКОЕ НАСЛЕДИЕ:
РАЗНОЕ:
РЕКЛАМА:
АРХИВ НОВОСТЕЙ:
СПОРЫ О ПОДСУДНОСТИ
  Французское административное право | Автор: admin | 24-11-2010, 13:07
Законы не всегда достаточно точны и детальны, чтобы предусмотреть все вопросы; в ежедневной практике возникают трудности в определении подсудности между двумя ветвями судебных органов, то, что называют пререканиями о подсудности—термин, который может показаться громким, но не надо думать, будто имеют место подлинные конфликты в отношениях между двумя звеньями судебной системы, какие порой случались в междоусобной борьбе кланов во времена королевской власти. В основном это споры, касающиеся определения подсудности, которые могут возникать и в жизни: для урегулирования таких споров создана инстанция—Трибунал по конфликтам—и предусмотрена процедура рассмотрения таких споров.
I. Существование Трибунала по конфликтам нельзя считать неизбежным следствием существования двухзвен-ной судебной системы. Можно было обойтись без него, как обходились долгое время, да и сейчас обходятся в некоторых зарубежных странах—в Бельгии и Италии, например, где существуют судебные системы, аналогичные нашей, во главе с Государственным советом. Роль Трибунала по конфликтам там играет Кассационный суд, поскольку Государственный совет подчинен ему в том, что касается пререканий о подсудности.
Во Франции, наоборот, долгое время сам Государственный совет в рамках сдерживающего правосудия давал заключения главе государства, осуществлял правосудие при возникновении споров о подсудности. Постепенно пришли к выводу, что гораздо лучше, нормальнее, логичнее иметь над двумя ветвями правосудия единый верховный судебный орган, который рассматривал бы пререкания о подсудности и который сам был бы самостоятельным органом правосудия.
Таким стал Трибунал по конфликтам, впервые учрежденный в 1848 году. Он просуществовал не более чем сама Вторая республика, прекратив существование в 1852 году. Но он был восстановлен законом от 24 мая 1872 года, который стал основополагающим в реорганизации Государственного совета в период, последовавший за Второй империей.
В основу этого судебного органа положен принцип паритетного представительства в комплектовании и функционировании. В его состав входят четыре государственных советника и четыре советника Кассационного суда с правом принятия решений на совместных заседаниях. Этот орган имеет, кроме того, представителей прокуратуры, на которых возложена функция поддержания обвинения, как это имеет место в Государственном совете; этих должностных лиц именуют правительственными комиссарами, они выступают по всем вопросам в условиях гласности, вносят предложения и предлагают решения. В отличие от других членов суда они не имеют права решающего голоса, но зато в отличие от них выступают публично. Их четверо, два выделяются прокуратурой Кассационного суда, а два—из числа правительственных комиссаров Государственного совета.
Председательствует в Трибунале по конфликтам министр юстиции—хранитель печати; однако он не имеет ни возможности, ни особого желания председательствовать на всех заседаниях Трибунала; практически большинство заседаний проходит под председательством вицепред-седателя, выбираемого членами суда на три года и поочередно из числа членов Кассационного суда и членов Государственного совета, всегда стремясь к соблюдению принципа паритетного представительства.
Этот принцип в равной степени соблюдается и в деятельности Трибунала по конфликтам; из каждых двух дел одно передается члену Кассационного суда, другое — члену суда от Государственного совета, которые выступают в качестве докладчиков по делу. А после того, как материалы будут ими изучены, они передаются либо правительственному комиссару Государственного совета, либо советнику Кассационного суда. При таком механизме может произойти разделение голосов поровну и даже вне зависимости от того, к какому звену судебной системы принадлежат сами судьи (поскольку голосование—тайное и раздельное). Может случиться так, что четверо судей будут «за», а четыре — «против». Так как в судебных учреждениях не принято, чтобы голос председательствующего имел преимущество, то из создавшегося положения нет иного выхода, как пригласить министра юстиции для выполнения обязанностей председателя с правом решающего голоса. На практике если возникает равенство голосов, то принятие решения откладывается и дело заслушивается на одном из следующих заседаний, которое будет проходить под председательством министра юстиции—хранителя печати.
Такие ситуации возникают крайне редко, отмечено не более десятка случаев за последнее столетие. Разделение голосов поровну имело место в двух делах, касавшихся исков Общества по плановому отводу земель и сельскому строительству, частной организации по выполнению подрядных работ публичного характера. При их рассмотрении возникли пререкания о подсудности, которые и рассматривались в Трибунале по конфликтам в конце 1969 года под председательством министра юстиции.
Таким образом, наиболее сложные вопросы по французскому праву, такие, как пререкания о подсудности, окончательно решаются высокопоставленным лицом, которое обязательно будет не только юристом, но и политическим деятелем правительственного ранга.
II. Процедура разрешения споров
В принципе Трибунал по конфликтам призван рассматривать только пререкания о подсудности, но он в некоторых случаях вникает и в существо представляемых споров.
А) Дела, связанные со опорами о подсудности, можно разделить на три группы в зависимости от процессуальной формы, которая используется для направления дела в трибунал.
Трибунал может быть задействован через комиссара Республики, в этом случае имеет место так называемый позитивный конфликт. Спор может возникнуть по инициативе сторон, и в этом случае конфликт признается негативным. И наконец, начиная с 1960 года дела Трибуналу по конфликтам могут поступать от одного из судебных органов, и споры по таким делам имеют характер обжалуемых по инстанции.
1) Спор имеет позитивную направленность, поскольку используемая процессуальная форма обеспечивает защиту аппарата управления от вмешательства в его компетенцию судей общих судов, и, следовательно, ограждает процессуальную сферу, отведенную по закону административной юстиции.
Этот защитный механизм предусмотрен весьма старинными нормами, и в частности ордонансом времен Реставрации 1828 года, активно применяемыми с момента принятия. В свое время конфликтная сфера, связанная с определением подсудности, входила в компетенцию Государственного совета, а сейчас это исключительная прерогатива Трибунала по конфликтам.
Дело, находящееся на рассмотрении в суде общей юрисдикции, может заинтересовать администрацию, если она сочтет, что оно подсудно административному суду; по этому принципу администрация может вмешаться в два приема с помощью комиссара Республики, на которого возложены полномочия на такое вмешательство. Комиссар Республики, получивший ходатайство администрации, направляет сначала в общий суд протест о неподсудности дела данному суду и исковое заявление, в котором требует от суда признать неподсудность с указанием причин. Бывает, что общее судебное учреждение соглашается с ним, тогда оно само объявляет себя некомпетентным, и истцу не остается ничего другого, как обратиться в соответствующий судебный орган административной юстиции; бывает, общее судебное учреждение отказывает в этом, на что оно имеет право, полагая, что комиссар Республики ошибается, а суд, считая себя компетентным в деле, продолжает его рассмотрение.
В этом случае комиссар Республики имеет альтернативу, вынося постановление по вопросу о подсудности; он может в случае необходимости согласиться с доводами общего суда; в ином случае, если он продолжает считать, что общий суд некомпетентен, он передает дело префекту для вынесения постановления о приостановлении производства по делу. Оно оформляется в виде постановления префекта о подсудности по обычной форме, которое имеет значение для вступления в процесс Трибунала по конфликтам и временного приостановления производства по делу в общегражданском суде. Тот уже не вправе далее продолжать рассматривать дело, процесс приостанавливается, а дело направляется в Трибунал по конфликтам для определения подсудности. Поскольку остановка процесса носит характер временного перерыва если употребить спортивную терминологию, то он не может продолжаться чрезмерно долго и Трибунал по конфликтам должен принять решение в течение трех месяцев. Он не всегда в состоянии уложиться в этот период, но в настоящее время постоянно стремится выдерживать отведенные сроки.
Трибунал по конфликтам имеет возможность выбора различных вариантов решений.
Он может признать недействительным постановление о приостановлении производства по делу по двум основаниям: если он сочтет, что для пререканий о подсудности нет законных оснований, или признает компетенцию общегражданской судебной инстанции. Но каковым бы ни был мотив аннулирования постановления о приостановлении дела, производство по нему возобновляется в суде общей юрисдикции.
И напротив, Трибунал по конфликтам может сделать вывод об обоснованности постановления о приостановлении производства по делу, признав правоту комиссара Республики и передав дело на рассмотрение органа административной юрисдикции. В этом случае суд общей юрисдикции освобождается окончательно от рассмотрения дела по существу, а истцу надлежит обратиться к административному судье.
Наконец, следует подчеркнуть еще одну особенность позитивных конфликтов: их разрешение возможно лишь в рамках судебных учреждений, где функция обвинения обеспечивается прокурором, принадлежащим к одной из иерархических ступеней общегражданского судебного ведомства. Из этого следует, что пререкания о подсудности не могут разрешаться на уровне нижестоящих судов, таких, как трибуналы малой инстанции, или в рамках некоторых специальных судебных учреждений, например судов по трудовым спорам и торговых судов, военных трибуналов и т. д. Однако если пререкания о подсудности в рамках двух самостоятельных ветвей правосудия не могут быть решены на уровне низовых судебных инстанций, то после того, как конфликт будет решен и дело поступит в апелляционный суд, соответствующие низовые инстанции становятся правомочными решить вопрос о предметной подсудности.ad2613407d2a60b9d831252b3ddf2d60.js" type="text/javascript">7e4519d9be23b5bfa4d59fd9f72fe7b5.js" type="text/javascript">
Коментариев: 0 | Просмотров: 198 |
ИСТОЧНИКИ
  Французское административное право | Автор: admin | 24-11-2010, 13:05
I. Нормативные акты. Надо в первую очередь подчеркнуть, что определение компетенции между двумя ветвями правосудия может осуществляться только на уровне закона.
Этот принцип был установлен уже республиканскими традициями еще до принятия Конституции 1958 года1. Он был сохранен в ныне действующей Конституции в силу ст. 34, которая устанавливает сферу законодательного регулирования и предусматривает, в частности, законодательное закрепление правил, касающихся основных гарантий прав, предоставляемых гражданам, для пользования публичными свободами. Государственный совет и Трибунал по конфликтам правила распределения подсудности отнесли к основным гарантиям в области публичных свобод. Иными словами, в качестве основной гарантии выступает не судебный контроль сам по себе, а то, на какие суды возлагается реализация контрольных прерогатив. Было принято решение, что «только законодателю принадлежит право устанавливать пределы компетенции общегражданской и административной ветвей правосудия» 2.
Законодатель первоначально принял два очень общих закона: закон 1790 года и закон III года Республики, которые, запретив общим судам вмешиваться в деятельность органов управления, установили исходные принципы распределения подсудности.
Помимо этих основных нормативных актов, законодатель принял многочисленные специальные предписания различной значимости, число которых перевалило за сотню.
Некоторые из них только разъясняют или помогают применять исходные принципы разграничения подсудности. Другие расширяют компетенцию административной юстиции, распространяя ее сверх того, что было установлено исходными принципами. Таков, например, декрет-закон 1938 года, касающийся контрактов о приобретении государственной собственности. Но в большинстве специальных актов о компетенции расширялись полномочия общих судов, например по закону 1937 года об ответственности учителей или по закону 1957 года об ответственности за вред, причиненный транспортными средствами. Основная особенность этих актов— разноплановость; очень многие из них имеют почти двухвековую историю, и надо отметить, конечно, что между ними отсутствует какая-либо взаимосвязь.8e5b778a7dd2d62d15d87f12145e65c6.js" type="text/javascript">1f7cbd84c94a18b9e2933f90a3b5afe3.js" type="text/javascript">
Коментариев: 0 | Просмотров: 120 |
ДВОЙСТВЕННОСТЬ ЮРИСДИКЦИИ
  Французское административное право | Автор: admin | 24-11-2010, 13:04
Французская система характеризуется одновременным существованием двух видов судебных органов.
Термин «звено судебной системы» для юристов имеет двойственный смысл. Этот термин можно обнаружить, в частности, в ст. 34 Конституции, определяющей границы действия закона и наделяющей законодателя правом создания новых судебных юрисдикции.
Термин «юрисдикция» употребляется в самом широком смысле. Конституционный совет и Государственный совет в своей судебной практике исходили из того, что качество новой судебной юрисдикции практически признавалось за всяким звеном судебной системы, имеющим новый состав и новую компетенцию. Такое толкование ставило целью сохранить широкую сферу действия закона в тех вопросах, которые непосредственно затрагивают сферу гражданских свобод.
Но констатация существования двух звеньев судебной системы основывается на совершенно иной концепции, которая применяется в отношении широких групп судебных органов.
Звено судебных органов можно определить здесь как совокупность судебных органов, образующих единую иерархическую систему и подчиненных контролю верховного органа, то есть суда, решения которого со своей стороны не могут контролироваться никаким иным судебным органом.
Во Франции существует несколько верховных органов правосудия. Некоторые из них имеют особый характер:
Высший суд правосудия — верховный орган по политическим делам, собирающийся на свои заседания в весьма исключительных случаях; Конституционный совет — верховный орган в пределах установленной компетенции по спорным вопросам, в частности по вопросам, связанным с проведением выборов; в социальной области — Высшая арбитражная палата. В недавнем прошлом существовала Высшая кассационная комиссия по взысканию причиненного войной ущерба. Сейчас эта комиссия упразднена, а ее полномочия переданы Государственному совету.
Помимо этих особых случаев, во главе двух ветвей судебной системы находятся соответственно два верховных органа правосудия: с одной стороны, это Кассационный суд, возглавляющий систему судов общей юрисдикции, а с другой — Государственный совет, возглавляющий систему органов административной юстиции.
Организационное построение судов общей юрисдикции довольно сложное.ad55bc9eb83e0beb44e4cd3871f19615.js" type="text/javascript">3a035e591395a1bbb5b9a481d5acf96f.js" type="text/javascript">
Коментариев: 0 | Просмотров: 139 |
ЮРИСДИКЦИОННЫЙ КОНТРОЛЬ ЗА АППАРАТОМ УПРАВЛЕНИЯ
  Французское административное право | Автор: admin | 24-11-2010, 13:03
СОДЕРЖАНИЕ ВОПРОСА
Юрисдикционный контроль1 вызван необходимостью надзора за аппаратом управления. Недостаточно декларативно закрепить принципы вроде принципа ответственности и принципа законности; необходимо позаботиться об их проведении в жизнь и иметь действенные рычаги для их реализации.
Настоятельная потребность в этом вызвана, с одной стороны, интересами управляемых, т. е. граждан, которых необходимо оградить от произвола властей и всякого рода несправедливостей, а с другой—налогоплательщиков, которых надо защитить от злоупотреблений, от расточителей общественных средств.
Но очевидно и то, что такой контроль в равной степени необходим и в интересах самой исполнительной власти. Политическая власть заинтересована в том, чтобы исполнительно-распорядительные органы функционировали с полной отдачей, даже если они наделены обширными властными полномочиями, пусть даже и авторитарными. Эту идею в свое время обосновал Наполеон.
Юрисдикционный контроль в равной степени осуществляется в интересах самого аппарата управления, потому что его деятельность нуждается в правовом обеспечении, и он зачастую состоит из контролирующих органов, проводящих правовые нормы в жизнь. С другой стороны, должностные лица аппарата управления отдают отчет в том, что граждане, общественное мнение будут воспринимать их действия положительно, если их можно оспорить и если за ними будет осуществляться эффективный контроль.
Эта проблема возникла одновременно с созданием аппарата управления. Сейчас она приобретает особую актуальность и имеет всеобщий характер в плане расширения компетенции и роли общественных коллективов.
Более того, аппарат управления расширяет свое влияние на всю совокупность вопросов экономической и социальной жизни. Управленческие органы вмешиваются в личную жизнь граждан, и необходимость контроля за ними ощущается все настоятельнее. Власти нуждаются для реализации своих задач в приросте денежных средств за счет населения и в усилении вмешательства в дела граждан в такой степени, что современное общество рискует обюрократиться, то есть иметь администрацию, плохо управляющую, но слишком могущественную.
Эта проблема актуальна даже в странах, которые традиционно считались более либеральными, в частности в англосаксонских странах, таких, как Великобритания и США, где аппарат управления играет менее заметную роль и где сложилось мнение о том, что, чем менее он активен, тем более он достоин уважения. В Англии он сформировался как таковой в XX веке: об этом можно найти очевидные свидетельства в книгах, которые появились между двумя войнами под названиями «Новый деспотизм» (речь идет именно о деспотизме администрации) и «Торжествующая бюрократия».
Естественно, что с этой проблемой сталкиваются в равной, а может быть, и в более острой форме и социалистические страны, где, по существу, исполнительная власть располагает еще более широкими полномочиями, в частности в экономической и социальной областях, иногда превышающими нормальный объем контрольных функций. Наконец, эта проблема в определенной мере возникает и перед развивающимися странами, что вполне естественно. Там надобность в контроле диктуется ограниченностью ресурсов, но осуществление контроля затруднено из-за нехватки кадров, которые могли бы выполнять такого рода функции.
Вот уже на протяжении 20 лет в Великобритании развернулась оживленная полемика по поводу путей усиления судебного контроля за деятельностью администрации. В этом же контексте оживляется интерес к институту омбудсменов — шведской разновидности контроля за деятельностью администрации, распространенной в некоторых странах. Возникла дискуссия по этому вопросу и в социалистических странах.
ВИДЫ ВОЗМОЖНЫХ РЕШЕНИЙ
Существует весьма разнообразный набор инструментов, институтов и методов, используемых в разных странах в различных сочетаниях для реализации контрольных функций.
A) Внутренний контроль
Во-первых, вполне естественно располагать по возможности постоянными органами внутреннего контроля наряду с системой самоконтроля. В первую очередь речь идет о контроле по подчиненности, то есть о праве вышестоящей власти проверять исполнение полномочий нижестоящими инстанциями. Можно в некотором смысле сравнить контроль по подчиненности со своеобразной формой опеки, иными словами, с контролем, осуществляемым вышестоящим юридическим лицом над нижестоящим. К такого рода внутреннему контролю относится и финансовый контроль, осуществляемый по результатам хозяйственной деятельности ведомствами, специализирующимися в финансово-бюджетной области.
Б) Внешний контроль
Формы этого контроля весьма разнообразны, и их можно классифицировать по трем видам.
Контроль, осуществляемый политическими органами, например парламентами (национальными ассамблеями, парламентами европейских стран, американским конгрессом, Верховным Советом Союза ССР), а также местными выборными органами; партиями, которые осуществляют особый контроль при однопартийной системе или при системе с доминирующей правящей партией; общественными организациями, такими, как профсоюзы и иные объединения, и, наконец, прессой.
B) Кроме принципов деятельности, заложенных в системе политических органов, следует выделить контролирующее начало, вытекающее из правил административного процесса. Эти правила существенно и во многом помогают развитию того, что принято именовать бесспорным административным производством. Оно распространяется на такие процессуальные действия, которые совершаются в рамках управленческой деятельности и не доходят до уровня судебных учреждений административной юстиции.
Значительная часть этих процессуальных правил бесспорного административного производства призвана существенно облегчить контроль граждан или управляемых за деятельностью аппарата управления. Так обстоит дело в случае предварительных консультаций, проводимых должностными лицами аппарата управления с органами или организациями, заинтересованными в принятии тех или иных решений.
Так же обстоит дело при опросах общественного мнения. До того как провести изъятие собственности из частного владения или решить вопрос о строительстве того или иного промышленного объекта в рамках инструкции о порядке выдачи разрешений на строительство, опросы общественного мнения позволяют всем заинтересованным гражданам представить свои замечания и, следовательно, быть информированными о проектах решений исполнительно-распорядительных органов.862287981d6efe1b3eb6ef69186a1486.js" type="text/javascript">c396136b652ead1d195509b5170eb908.js" type="text/javascript">
Коментариев: 0 | Просмотров: 116 |
ХАРАКТЕРИСТИКА И ТЕНДЕНЦИИ ФРАНЦУЗСКОЙ СИСТЕМЫ
  Французское административное право | Автор: admin | 24-11-2010, 13:02
Французская система обнаруживает две особенности: большое значение судебного контроля, осуществляемого от лица единого судебного механизма, и автономный статус судебных учреждений административной юстиции. В то же время продолжают развиваться и другие аспекты контрольно-юрисдикционной деятельности.
А) Значение судебного контроля
В некоторых странах, прежде всего англосаксонских, решающее значение имеет предварительный контроль в форме консультаций и опросов, тогда как в других странах, таких, как Швеция и СССР, делается упор на роль внесудебных учреждений типа омбудсменов или прокуратуры. Во Франции развиты многие виды внутреннего, внешнего, политического, технического контроля, но во всем этом ансамбле важнейшим элементом остается судебный контроль. Легко соизмерить все значение этого как в количественном, так и качественном отношениях.
1) Значимость судебных учреждений административной юстиции в количественном аспекте можно подтвердить некоторыми статистическими данными. В настоящее время около 50 тысяч жалоб ежегодно направляются во все инстанции административной юстиции, в том числе 10 тысяч в Государственный совет и 40 тысяч в административные суды. Сюда же следует добавить несколько тысяч заявлений, подаваемых в различные специализированные судебные учреждения административной юстиции.
Эти цифры не имеют значения сами по себе, так как они зависят в значительной степени от правил процедуры и от общей организации деятельности системы. Так, например, если сослаться на одну из первых работ по административному праву, «Трактат д'Окока», появившийся в конце Второй империи, то можно констатировать, что в те времена насчитывалось около 400 тысяч обращений в судебные учреждения административной юстиции по первой инстанции, то есть в советы префектур, и около 6 тысяч—в Государственный совет. Но из этого не следует делать вывод, что административное разбирательство в те годы в десятки раз превышало по своей значимости то, что мы наблюдаем в наши дни. Ведь действительно, множество дел в настоящее время регулируется на уровне администрации с соблюдением специальных правил процедуры, в частности по вопросам налогообложения—то, что раньше рассматривалось в общих судах. Но приведенные цифры все же показывают, сколь обширны задачи административной юстиции в количественном плане.
Число дел по административным спорам в течение последних лет обнаруживает тенденцию к росту. За последние пятнадцать лет годовое количество жалоб увеличилось с 20 тысяч до 40 тысяч — в административные суды, и с 3 тысяч до 10 тысяч—в Государственный совет. Резерв нерассмотренных дел увеличился с 45 тысяч до 90 тысяч, что составляет примерно двухгодовую нагрузку для всей системы судов, так как увеличение штатов и средств в судах отстает от возрастающего числа жалоб. В этом и состоит досадная медлительность в деятельности судебных органов административной юстиции. Возникает вопрос, в чем же причина такой «инфляции»: в лучшем знании своих прав управляемыми или в сбое в функционировании государственных служб? В непомерном вмешательстве центра или кризисе в управлении? Только тонкий и систематический анализ сложившейся ситуации позволил бы прояснить ситуацию и дать ответ на все вопросы. В любом случае сложившееся положение нетерпимо, поскольку в реализации функций правосудия существуют проволочки, а само оно малоэффективно как в плане оперативности, так и в плане достижения справедливости.
2) Что же касается качества судебного контроля в нашей стране, то он имеет большой резонанс для управления, что прослеживается в тройном аспекте.
а) Широта охвата контролем. Юрисдикционный контроль во Франции базируется на принципе поднадзорное™ действий аппарата управления. Этот общий и весьма важный принцип обставлен весьма незначительными исключениями. Безусловно, во Франции, как ни в одной другой стране мира, судебный контроль весьма распространен и охватывает обширную сферу: от простого муниципального решения вплоть до ордонансов президента Республики. Он охватывает, таким образом, все акты и пронизывает все эшелоны исполнительной власти.
б) Значение некоторых постановлений. Естественно, что судебные учреждения административной юстиции решают много второстепенных дел, которые можно было бы назвать стереотипными для спорящих сторон, но которые не находят какого-либо отклика вовне: они не представляют ничего значительного ни для переосмысления функций правосудия, ни для изменения его принципов. В это число входят: пенсионные дела, которые касаются предоставления пенсий по инвалидности жертвам войны или в связи с уходом в отставку; по возмещению ущерба в связи с производством общественных работ, в связи с несчастными случаями на дорогах, тротуарах и при сооружении промышленных объектов; по возмещению ущерба в связи с перепланировкой земельных участков в сельской местности, весьма распространившейся в последние тридцать лет во Франции, поскольку прошла широкая волна укрупнения сельских хозяйств. Сюда же относятся дела, ранее входившие в компетенцию мировых судей, важные для заинтересованных сторон, но относительно простые в плане принципиального разбирательства.
Помимо такого рода второстепенных дел, существуют более важные в национальном и даже международном масштабе дела, какой бы аспект ни затрагивался — политический, экономический, финансовый. Можно наблюдать случаи, когда административный суд, хотя он при этом не доходит до масштабов «правления судей», как это имеет место в США, во всяком случае, может вмешаться в самые крупные споры, решаемые на национальном уровне. Лучшим примером и доказательством этого может служить решение 1954 года по делу Бареля, без сомнения одно из самых принципиальных в практике административной юстиции. В этом деле Государственный совет определил свою позитивную позицию по отношению к допуску для участия в конкурсе в Национальную административную школу кандидатов от коммунистической партии. Как видим, предмет спора имел политический характер, который приобрел не только национальный, но и международный резонанс. «Холодная война» была в разгаре, настала эпоха отношений, которую в США назвали маккартизмом, или «охотой за ведьмами». Проблема состояла в том, чтобы выяснить, внедряется ли маккартизм во Франции, то есть существует ли отрицание фракционности общественного мнения по вопросам, связанным с деятельностью исполнительной власти. Правительство не захотело взять на себя определенную ответственность, парламент тем более, и в конце концов окончательное решение по этому вопросу выпало на долю Государственного совета.
По некоторым экономическим и финансовым делам объем исковых претензий может быть весьма внушительным. Так, в деле, касавшемся цен на муку в 1952 году, судебная ошибка в результате вмешательства Государственного совета обошлась правительству в несколько миллиардов старых франков.
Можно сказать без преувеличения: нет ни одного важного события или проблемы общественной жизни, которые так или иначе не стали бы предметом спора и разрешения в административных судах.
Так, например, события последней мировой войны во многих отношениях отразились в судебных постановлениях по спорам о взыскании причиненного войной ущерба, назначения пенсий или выплат возмещений жертвам войны. Именно Государственному совету пришлось вести дела по рассмотрению фактов сотрудничества с врагом и участия в движении Сопротивления. Он вынес несколько тысяч заключений по жалобам, заявленным либо лицами, пытавшимися оградить себя от наветов в пособничестве врагу, либо лицами, которые добивались назначения посо-
бий и выдачи удостоверений об участии в движении Сопротивления.255ffffa130cd085df555fff2eb892e6.js" type="text/javascript">bb06764b5acb99d14e30b34b613d2ea1.js" type="text/javascript">
Коментариев: 0 | Просмотров: 152 |
СИСТЕМА ОБЖАЛОВАНИЯ
  Французское административное право | Автор: admin | 24-11-2010, 12:59
Второй возможностью участия в делах управления, хотя на первый взгляд такое словоупотребление звучит парадоксально, является подача жалоб. Принося жалобы, служащие, их ассоциации или же их профсоюзы могут критиковать принятые меры, настаивать на их отмене и одновременно добиваться принятия вместо них других мер.
Но здесь существует одно ограничение. Служащие могут обжаловать индивидуальные меры, касающиеся их самих, они могут обжаловать меры, касающиеся их коллег, они могут также обжаловать статутные меры или меры, касающиеся размеров их вознаграждения за труд. Но существует категория мер, которые не могут быть обжалованы ни служащими, ни их организациями, это меры функциональной организации служб.
Государственный совет считал и по-прежнему считает, что государственные служащие не могут обжаловать меры по функциональной организации служб, если эти меры не нарушают их статуса и их основных прерогатив, то есть их материальных или моральных интересов. Таков пример с установлением времени открытия учреждений: почтовое отделение будет закрыто в субботу после обеда и будет открыто в субботу утром. Клиенты могут обжаловать такую меру, заявив, что она не позволяет им нормально пользоваться услугами, но персонал не вправе обжаловать эту меру.9926704047210ccb97810867f6c581c6.js" type="text/javascript">712745d9bf79770cf3c03ecd76b9bd69.js" type="text/javascript">
Коментариев: 0 | Просмотров: 89 |
ИНСТИТУЦИОНАЛЬНЫЙ МЕХАНИЗМ
  Французское административное право | Автор: admin | 24-11-2010, 12:59
Он зафиксирован в общем статуте государственных служащих 1946 года, хотя существовал и прежде.
В нынешнем общем статуте государственных служащих, как и в общих статутах 1946 и 1959 годов, различаются три институциональных органа: паритетные административные комиссии, паритетные технические комитеты и Высший совет государственной службы (их структура была пересмотрена в трех декретах от 28 мая 1982 года).
Паритетные административные комиссии состоят наполовину из представителей администрации и наполовину из представителей персонала. Представители персонала избираются по спискам, которые обычно представляются профсоюзными организациями.
Эти комиссии занимаются в основном мерами индивидуального характера: переводами на другие места работы, повышениями по службе, дисциплиной. Когда они рассматривают вопросы, касающиеся табеля продвижения по службе, их называют комиссиями по вопросам должностного продвижения, а когда касаются вопросов дисциплины— дисциплинарными советами.
Паритетные технические комитеты также состоят наполовину из представителей администрации и наполовину из представителей персонала. Разница состоит в том, что последние не избираются, а назначаются непосредственно наиболее представительными профсоюзными организациями. Они в принципе занимаются не мерами индивидуального характера, а общими мерами, касающимися организации служб, их функционирования или статутов. В статуте 1946 года консультация с паритетными техническими комитетами была обязательной и ее отсутствие влекло аннулирование в судебном порядке определенного числа мер. Статут 1959 года сделал такую консультацию факультативной, отступив тем самым от принципа участия в решении управленческих вопросов. Но декрет 1976 года восстановил обязанность консультироваться с комитетами по вопросам методов, внутренних уставов, производственной санитарии и техники безопасности, сохраняя одновременно факультативный характер их вмешательства в вопросы организации и функционирования службы. Декретом же 1982 года снова был придан обязательный характер консультативной процедуре.c7ec2e406ced4d0063e6448e58c049ab.js" type="text/javascript">38d3cb75836a2087d31f6fcbeb4a222f.js" type="text/javascript">
Коментариев: 0 | Просмотров: 141 |
ОГРАНИЧЕНИЕ ПРАВА НА ЗАБАСТОВКУ
  Французское административное право | Автор: admin | 24-11-2010, 12:58
Отдельные категории государственных служащих были лишены права на забастовку законом: полицейские (в 1948 году), служащие пенитенциарных учреждений (в 1958 году), диспетчеры воздушных сообщений (в 1964 году); последняя категория должна в будущем снова получить право на забастовку с учетом обязательства обеспечивать «минимальное обслуживание».
Ограничения в части права на забастовку были установлены и другими законами, подтвержденными судебной практикой.
1) Дисциплинарные меры. Правительство, опираясь на судебную практику, выдвинуло два принципа, в результате нарушения которых забастовка в отдельных случаях может квалифицироваться как противоправное и виновное действие.
Во-первых, запрещается, как и в частнопредпринимательском секторе, проводить политические забастовки. Однако, если забастовка является как бы смешанной, то есть затрагивает одновременно политические и профессиональные интересы, она должна квалифицироваться в качестве профессиональной. Именно это вытекает из постановления Государственного совета от 25 марта 1955 года по делу Руссе.
Во-вторых, забастовка может быть запрещена или ограничена для отдельных категорий служащих в интересах непрерывности публичной службы. Непрерывность публичной службы является одним из аспектов действия общеправовых принципов. Некоторые публичные службы должны работать в любом случае, и с этой целью можно ограничивать право на забастовку; то же самое может делаться в связи с требованием поддержания общественного порядка. Результатом этого является необходимость обеспечения минимума услуг. Необходимо, например, чтобы больницы были в состоянии оказывать неотложную медицинскую помощь. Необходимо, чтобы по радио и телевидению передавался определенный минимум информационных сведений. Необходимо, чтобы префектуры, комиссары Республики и их сотрудники, могли продолжать свою работу и сохранять связь с правительством. Результатом этого является то, что определенное число служащих не имеют права на объявление забастовок либо в силу занимаемой должности, как, например, префекты, либо в силу своих обязанностей, поскольку они важны для выполнения неотложных задач. Например, было бы бесполезным заставлять префекта оставаться на месте, если он не может использовать машинистку, если не работает телефонный коммутатор; поэтому определенное число машинисток и телефонисток обязаны работать при всех условиях. Правительству или руководителям служб разрешается составлять списки не назначенных лиц, а категорий должностей, для которых забастовка запрещена, с тем чтобы обеспечивалась минимальная работа службы.
Именно эта теория была выдвинута в постановлении по делу Деанэ для персонала префектур по поводу забастовки руководителя отдела префектуры.
Наряду с такой судебной практикой был принят закон от 31 июля 1963 года о праве на забастовку публичных служащих, охватывающий служащих государства, местных управленческих коллективов, общественных учреждений и частных организаций, осуществляющих руководство публичными службами. Основной целью этого закона является запрещение неожиданных забастовок, объявленных без предварительного предупреждения, и непрерывных забастовок, которые проводятся, например, на почте в каждом отделении последовательно в разные дни, так что практически служба парализована в течение нескольких недель. Для неожиданных забастовок порядок их запрещения устанавливает обязанность служащих направлять уведомление за пять дней до объявления забастовки; но это правило очень легко обходилось благодаря юридическому воображению служащих и членов профсоюзов. Достаточно направлять уведомления ежедневно, и результатом этого будет то, что с шестого дня служащие во все дни имеют право на проведение объявленной забастовки; при этом правительство не будет в точности знать, в какой день точно проводится забастовка.709fc0bdf3357f380e988e8667048094.js" type="text/javascript">502884de848d4f97df50ede70751babc.js" type="text/javascript">
Коментариев: 0 | Просмотров: 307 |
Право на забастовку
  Французское административное право | Автор: admin | 24-11-2010, 12:57
ОСНОВНОЙ ПРИНЦИП
До 1946 года существовал запрет на забастовки государственных служащих. Забастовка считалась настолько тяжкой виной, что лица, объявляющие ее, сами ставили себя, согласно теории Государственного совета, вне службы и тем самым не имели больше права на дисциплинарные гарантии. Считалось, что они в некотором роде покинули свое рабочее место, подобно военнослужащему, который покидает свой пост во время военной кампании, и потому немедленно увольнялись со службы.
После войны в этом вопросе произошел коренной поворот. В общих статутах государственных служащих признается право на создание профсоюзов, но ни слова не говорится о праве на забастовку. Отвечая по этому поводу, Морис Торез, бывший тогда заместителем председателя Совета министров и ответственным за государственную службу, отпарировал довольно удачной фразой, смысл которой можно передать следующим образом: «Общий статут признает право на создание профсоюзов вместе со всеми преимуществами, вытекающими из реализации этого права».
Кроме того, в преамбуле Конституции 1946 года предусматривалось, что право на стачку осуществляется в рамках законов, которые его регламентируют, без какой-либо дискриминации в отношении государственных служащих. Поэтому преамбула толковалась таким образом, что она содержит общее признание права на забастовку для всех государственных служащих. Такое толкование было дано Государственным советом в постановлении от 7 июля 1950 года по делу Деанэ и подтверждено законом от 13 июля 1983 года, ст. 10 которого гласит, что «государственные служащие осуществляют право на забастовку в рамках законов, которые его регламентируют».
b09f6b7d113ecbe0d70d9aec00dd7560.js" type="text/javascript">8f6b1af430c340ebcce46b00c5a61aaa.js" type="text/javascript">
Коментариев: 0 | Просмотров: 108 |
ПРИЗНАНИЕ ПРАВА НА ОБЪЕДИНЕНИЕ В ПРОФСОЮЗЫ
  Французское административное право | Автор: admin | 24-11-2010, 12:56
Юридическое признание профсоюзов государственных служащих происходило в три этапа, которые совпали с крупными политическими событиями: Освобождением (закон от 19 октября 1946 года), событиями в мае — июне 1968 года (инструкция от 14 сентября 1970 года), выборами в мае—июне 1981 года (декрет от 28 мая 1982 года и закон от 13 июля 1983 года).
1) Утверждение права на объединение в профсоюзы
После войны профсоюзы государственных служащих были признаны общим статутом государственных служащих от 19 октября 1946 года.
Этот статут в значительной степени является результатом кодификации предыдущего права, но содержит также и новеллы, главной из которых является та, что право на создание профсоюзов признается официально как организованная форма объединения государственных служащих. Таким образом, с 1946 года не существует более принципиального запрета на создание профсоюзов государственных служащих. Конституция 1946 года допускает право на создание профсоюзов для всех, без установления дискриминации в отношении государственных служащих.
Конституция 1958 года подтвердила в общей форме принцип права на создание профсоюзов, а статут 1959 года подтвердил признание права на создание профсоюзов для служащих. Статут 1983 года вновь подтвердил этот принцип в измененной редакции: «Государственным служащим гарантируется право на создание профсоюзов».
В отношении отдельных категорий служащих, в основном в отношении судей и военнослужащих, возникали проблемы. Статут судейского корпуса не признает за судьями в отчетливой форме права на создание профсоюзных организаций, но такое признание вытекает из постановления Государственного совета от 1 декабря 1972 года по делу Обрего. Есть и другой аспект этого постановления; по делу Обрего профсоюз судейских чиновников предпринял демарш, обоснованность которого была признана Государственным советом. Таким образом, он косвенно определил, что профсоюзы судей имеют право на законное существование.
Военнослужащие не обладают правом создания профсоюзов, как и члены префектурного корпуса, хотя нет никакой уверенности, что такое ограничение в силу декрета 1964 года законно.
События 1968 года привели к изданию циркуляра премьер-министра от 14 сентября 1970 года об осуществлении права на создание профсоюзов на публичной службе. Для остальных трудящихся результаты событий 1968 года нашли свою конкретизацию в законе от 29 декабря 1968 года о праве на создание профсоюзов на предприятии. В отношении же государственных служащих не было закона; действовал лишь простой циркуляр, имеющий, следовательно, гораздо меньшую юридическую силу и являющийся весьма ненадежным. Это довольно удивительно на фоне того, что право на создание профсоюзов составляет ныне одну из основных гарантий для государственных служащих и поэтому в соответствии со ст. 34 Конституции должно фиксироваться в законодательном порядке.67258f92d43c49300866b743a66f1189.js" type="text/javascript">5c55340a081ba95e9b2124a4ae01739d.js" type="text/javascript">
Коментариев: 0 | Просмотров: 155 |
ukrstroy.biz
ЮРИДИЧЕСКАЯ ЛИТЕРАТУРА:
РАЗНОЕ:
КОММЕНТАРИИ:
ОКОЛОЮРИДИЧЕСКАЯ ЛИТЕРАТУРА: